Парадное освобождение

Почему Сергей Собянин решил так быстро вывести народ из самоизоляции
Владимир Гердо / ТАСС

Поэтапная, но внезапно довольно быстрая отмена противоэпидемических мер в Москве вызвана прежде всего политическими, а не медицинскими причинами. Власть стремится снять раздражение граждан, вызванное самоизоляцией, до парада Победы и голосования о поправках в Конституцию.

Еще недавно, на прошлой неделе, московский градоначальник Сергей Собянин говорил, что полного возвращения к доковидной жизни можно ожидать только к февралю будущего года, а до появления вакцины может сохраниться масочный режим.

Однако уже 8 июня он объявил, что самоизоляция в Москве отменяется – в три этапа. С 9 июня прекращается принудительная самоизоляция горожан, в том числе цифровые пропуска и графики прогулок, разрешается работа парикмахерских, салонов красоты и театров, снимается ограничение на посещение кладбищ. С 16 июня открываются музеи, летние кафе, библиотеки по предварительной записи, разрешаются спортивные мероприятия с ограничением количества зрителей. С 23 июня начнут работать рестораны и кафе, спа-салоны, фитнес-клубы, детские сады в обычном режиме, возобновится навигация по Москве-реке.

Мэр объяснил такое решение тем, что уже несколько недель – медленно, но верно – пандемия идет на спад: «Все показатели движения по выходу из эпидемии в норме». Официальные данные показывают снижение численности выявленных в Москве зараженных COVID-19 с 6000 человек в сутки в начале мая до менее 2000 человек со 2 июня. Но вряд ли быструю смену позиции Собянина можно объяснить только данными о заболеваемости коронавирусом и смертности от него — они были известны и до этого.

С эпидемиологической точки зрения со снятием навязанных самоограничений можно было бы подождать, считает академик Вадим Покровский, в Москве выявляется еще достаточно большое количество заражений.

По мнению эпидемиолога, профессора Высшей школы экономики Василия Власова, мэрия затянула с открытием парикмахерских и парков, кроме того, в жаркую погоду неадекватным представляется требование носить перчатки. Он считает необходимым поощрение социального дистанцирования, в том числе контроль предельной наполняемости предприятий общественного питания и магазинов, расстояния между столиками в кафе.

В марте и апреле Сергей Собянин настаивал и настоял на жестких самоограничениях, будучи одним из ключевых руководителей борьбы с пандемией в России. Его действия, если судить по официальным данным о снижении заболеваемости и смертности в Москве, можно признать эффективными. Однако ставка Собянина на твердые, не всегда хорошо просчитанные (вроде проверки пропусков на входе в метро в середине апреля) и затрудняющие повседневную жизнь горожан (длительный запрет работы парикмахерских и мастерских по ремонту обуви и одежды) меры сделала его заложником собственных запретов, отмечает политолог Александр Кынев. Их медленная отмена и не всегда понятная логика смягчения угнетала горожан.

Кроме того, сами ограничения не всегда были обоснованны с точки зрения эпидемиологии и нередко были обусловлены политическими или коммерческими интересами, считает Власов. По мере не всегда логичного их продления они вместе с подчеркнутым нежеланием считаться с повседневными нуждами горожан (вроде запрета на работу парикмахерских) вызывали растущее раздражение, особенно на фоне более значительного смягчения противоэпидемического режима в Подмосковье. Тысячи москвичей и москвичек устремились в подмосковные парикмахерские и маникюрные салоны.

Лозунги продолжения самоизоляции странно сочетались с призывами прийти и проголосовать за поправки в Конституцию и создали у граждан диссонанс и впечатление, будто разные версии исполнительной власти в стране действуют несогласованно, противореча друг другу.

Вероятно, в мэрии и в Кремле тоже поняли, что сохранение жестких мер еще на несколько дней может испортить и без того отложенный праздник Победы – парад 24 июня – и таким образом повлиять на результаты голосования о поправках в Конституцию, говорит политолог Андрей Рябов. Именно поэтому Собянин – самостоятельно или по рекомендации Кремля – снял ограничения, на которых настаивал еще совсем недавно. Это сделано загодя, чтобы смягчить накопившийся за месяцы самоизоляции негативный психологический фон.

Тем более что москвичи стали откровенно игнорировать ограничительные меры и новации вроде ношения масок на улице и в парках и прогулок по графику, их сохранение означало бы падение авторитета власти и ее распоряжений, что также могло стать причиной их отмены, предполагает Кынев.

Еще одним фактором в пользу отмены противоэпидемических мер могли стать внутриэлитные противоречия, недовольство части высших федеральных чиновников расширением полномочий и возросшим политическим весом Собянина. Положительное для него заключение Минюста о законности самоограничительных мер могло стать результатом аппаратного торга между мэрией и Кремлем, считают эксперты. Еще одним намеком Собянину на необходимость отмены самоизоляции стала недавняя книжная ярмарка на Красной площади – территории, подчиненной федеральным властям. 

Самодеизоляция по-собянински означает компромисс между Москвой и центром, а его прочность зависит от того, как пройдут парад и голосование о поправках.

Влияние отмены самоизоляции на результаты борьбы с коронавирусом трудно прогнозировать. По мнению Власова, риск роста заболеваемости очень велик: в Центральную Россию пришла хорошая погода, может начаться массовый выход из дома. Пожилые люди измотаны после заточения и сейчас могут особенно сильно пострадать. А для регионов время снятия ограничений в основном не пришло – большинство находятся в периоде роста заболеваемости, считает эпидемиолог. Нельзя исключить, что приток работников из сопредельных регионов может негативно сказаться на ситуации в столице. 

3 июня директор Европейского регионального бюро Всемирной организации здравоохранения Ханс Клюге предупредил, что сохраняется угроза повторной вспышки ковида, для России она может стать очень разрушительной.