С марта 2026 г. бизнесу приходится внимательнее смотреть на язык общения с потребителем. В публичном поле – от вывесок и витрин до сайтов – русский язык должен быть основным способом донесения информации. При этом сам закон не запрещает иностранные слова как таковые – он лишь проводит границу между допустимым использованием бренда, термина или заимствования и ситуацией, когда иностранный текст без перевода уже становится нарушением.
Вокруг так называемого закона об отмене англицизмов возникло много эмоциональных трактовок – от ожиданий тотальной борьбы с иностранными словами до опасений, что бизнесу придется в спешке менять все названия, вывески, упаковку и маркетинговые материалы. На практике ситуация менее радикальная.
Смысл изменений прагматичен: все, что адресовано неопределенному кругу потребителей и предназначено для публичного ознакомления, должно быть понятно на русском языке. Государство не столько борется с англицизмами, сколько требует, чтобы в коммуникации с потребителем русский не уступал иностранному ни по содержанию, ни по визуальной подаче. Для бизнеса это означает простую, но важную вещь: иностранное слово само по себе не под запретом, но использовать его без русского аналога или перевода теперь во многих случаях рискованно.
Новые правила касаются информации, предназначенной для публичного ознакомления потребителей. Речь идет о любой информации, которая размещается в общедоступных местах и доводится до сведения неопределенного круга лиц при торговле, бытовом или ином потребительском обслуживании. На практике сюда попадают вывески, указатели, таблички, витрины, информационные плакаты и сайты в интернете.
Самая распространенная ошибка – считать, что достаточно где-нибудь внизу мелким шрифтом добавить русское пояснение. Теперь такой подход выглядит небезопасным. Чтобы иностранный текст использовался корректно, важно соблюсти несколько условий.
Во-первых, русский текст должен быть на первом месте. Во-вторых, речь должна идти именно о переводе по смыслу, а не о простой транслитерации. И наконец, русский и иностранный тексты должны быть выполнены одинаково читаемо: один и тот же шрифт, размер, цвет и графическое оформление. Иначе контролирующий орган вполне может прийти к выводу, что русский текст существует лишь номинально. Для бизнеса это больше не дизайнерская формальность, а вопрос комплаенса.
Не все иностранное теперь должно быть обязательно переведено. Во-первых, без перевода могут использоваться неологизмы, возникшие путем заимствования из иностранных языков, но только если соответствующее слово закреплено в актуальных словарях. В качестве одного из ориентиров можно использовать словарь иностранных слов, подготовленный Институтом лингвистических исследований РАН.
Во-вторых, не требуют перевода зарегистрированные в России товарные знаки и знаки обслуживания на иностранном языке – это важное исключение для брендов. Если обозначение охраняется как товарный знак, его можно использовать в исходном виде. Без перевода могут оставаться фирменные наименования юридических лиц, внесенные в ЕГРЮЛ.
Но и здесь есть нюансы. Бренд на вывеске вправе использовать не только сам правообладатель, но и законный пользователь – например, франчайзи, пункт выдачи заказов или пользователь по лицензионному договору. А вот фирменное наименование на иностранном языке может использовать только сама организация-владелец: передача такого обозначения другим лицам не допускается. Для ИП этот вариант вообще не работает, поскольку фирменное наименование может быть только у юридического лица.
Что теперь будет с упаковкой, ценниками, карточками товаров и маркетплейсами?
Это один из самых чувствительных вопросов. Информация, предусмотренная ст. 8, 9 и 10 закона «О защите прав потребителей», и раньше должна была доводиться до потребителя на русском языке. Это касается, в частности, информации о товаре, работе или услуге, которая доводится до потребителя через этикетки, ценники, упаковку, карточки товаров, витрины маркетплейсов. Революции не произошло, однако учитывать следует не только общий закон, но и требования технических регламентов для отдельных категорий товаров.
Технически необходимую терминологию заменять на искусственно русифицированные аналоги не требуется. Задача бизнеса – обеспечить понятность и достоверность информации для потребителя.
Если смотреть на правоприменение прагматично, зона риска там, где иностранное слово начинает подменять обязательную информацию. Бренд на вывеске – это одна история. Но если рядом с брендом указаны условия обслуживания, описание услуги, указатели, режим работы, характеристики товара, навигация на сайте или иная информация, которая влияет на восприятие предложения, здесь уже нужен русский язык как основной канал коммуникации. Именно эту грань бизнесу важно уловить, чтобы не тратить ресурсы на избыточный перевод, но и не пропускать реальные нарушения.
За соблюдением требований в части информации для потребителей будет следить Роспотребнадзор. Ответственность будет наступать по общим нормам законодательства о защите прав потребителей. В зависимости от ситуации возможны штраф до 40 000 руб. за продажу товаров или оказание услуг при отсутствии обязательной информации; штраф до 500 000 руб. – за введение потребителя в заблуждение; штраф до 10 000 руб. – за нарушение права потребителя на получение необходимой и достоверной информации. Если речь идет о рекламе, подключаются уже ФАС России и Роскомнадзор, санкции также могут достигать 500 000 руб. Вопрос вышел за рамки филологии или стилистики – это полноценная зона регуляторного контроля и финансовых рисков.
Вывод один: не стоит оценивать закон по заголовкам, лучше провести инвентаризацию публичной коммуникации. В первую очередь, проверить вывески, навигацию в торговых точках, рекламные конструкции, витрины, посадочные страницы, мобильные приложения, карточки товаров, разделы сайтов с описанием услуг и любую иную визуальную информацию, которую видит клиент. После этого необходимо разделить элементы на три группы: то, что можно оставить без изменений; то, что допустимо использовать только с полноценным русским переводом; то, что и раньше должно было быть на русском языке, но теперь попадает в дополнительную зону внимания контролеров.
На вопрос о том, можно ли вообще употреблять английские слова, закон отвечает ясно: можно, но не вместо русского языка там, где потребитель должен получить понятную и достоверную информацию. Роспотребнадзор уже выпустил разъяснения: смысл требований не в том, чтобы механически вытеснить иностранные слова из деловой среды, а в том, чтобы русский язык действительно выполнял роль государственного в общении бизнеса с потребителем. Бизнесу стоит воспринимать изменения не как атаку на маркетинг, а как напоминание: все, что обращено к клиенту, должно быть не только красиво упаковано, но и юридически понятно.