Политика
Бесплатный
Ринат Сагдиев|Иван Васильев
Статья опубликована в № 4414 от 25.09.2017 под заголовком: Наука без денег

Зачем Михаилу Ковальчуку Российская академия наук

Давний знакомый Владимира Путина не смог стать академиком, но возглавить РАН может близкий к нему человек

Сегодня, 25 сентября, пройдут выборы президента РАН – вторые в этом году и первые с тех пор, как в 2013 г. началась реформа российской академической науки. Выбор нового президента оказался трудным делом. Если бы все шло по плану, академики проголосовали бы еще в марте. Но тогда выборы не состоялись: три баллотировавшихся кандидата, включая действовавшего в тот момент президента РАН, доктора физико-математических наук Владимира Фортова, взяли самоотвод. Этому предшествовала встреча Фортова с президентом России Владимиром Путиным и его помощником Андреем Фурсенко, сообщал «Дождь» со ссылкой на источники в окружении Фортова. Пресс-секретарь Путина это опровергал.

Официально случившееся назвали формальностью: Фортов заявил, что после реформы 2013 г. механизм отбора, выдвижения и обсуждения кандидатур претендентов на пост президента РАН так и не был детально прописан и теперь его надо прописать в уставе. При этом в интервью «Российской газете», данном за несколько дней до выборов, сам же Фортов решительно возражал против изменения устава. Узнать его позицию «Ведомостям» не удалось: пресс-секретарь Фортова отказался отвечать на вопросы газеты. В сегодняшних выборах он не участвует.

Летом 2017 г. Путин подписал закон об изменении порядка выборов президента РАН. Теперь кандидатов на этот пост согласует правительство, для избрания необходимо простое большинство голосов, а не две трети, как раньше. Другой новацией стала возможность выдвижения кандидата не только отделениями РАН, как было раньше, но и инициативными группами. Кроме того, теперь президент России, а не правительство получает право утверждать и снимать с должности главу академии. Если выборы не состоятся, то он же по предложению правительства назначает одного из академиков исполняющим обязанности президента РАН.

За пост президента РАН будут бороться пять кандидатов, которых в конце августа согласовало правительство: гендиректор ВНИИ авиационных материалов Евгений Каблов, гендиректор НИИ молекулярной электроники Геннадий Красников, исполняющий обязанности научного руководителя Института океанологии им. Ширшова Роберт Нигматулин, председатель совета Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) Владислав Панченко и директор Федерального исследовательского центра «Институт прикладной физики РАН» Александр Сергеев.

Еще двух кандидатов – директора екатеринбургского Института иммунологии и физиологии Валерия Черешнева и проректора МГУ им. Ломоносова Алексея Хохлова правительство не согласовало без объяснения причин. При этом Хохлов считался одним из фаворитов выборов. 12 сентября он призвал голосовать за Сергеева.

Все кандидаты отказались комментировать «Ведомостям» свои предвыборные программы и положение вещей в РАН. Сами академики тоже не горели желанием открыто говорить о выборах и кандидатах. Но в неофициальных беседах члены РАН сходятся во мнении: академия стремительно теряет влияние, научная политика переходит в руки бюрократов и это станет катастрофой для страны. «Наc ведут на расстрел, а вы спрашиваете, какой румянец у нас на щеках и что нам снилось накануне», – ответил один из академиков на просьбу «Ведомостей» поделиться мнением о программах кандидатов. Чиновники возражают: перемены идут отечественной науке на пользу. «Ведомости» узнали, что произошло с РАН и финансированием фундаментальной науки за время реформы – и к чему эту привело.

История вопроса

Российская академия наук учреждена по распоряжению императора Петра I 8 февраля 1724 г. для проведения фундаментальных исследований, до 1917 г. она носила название Петербургской, а в 1925 г. – Советской. Изначальное название академии вернули в 1991 г. Члены высшего научного заведения страны пожизненно избираются общим собранием академии. Президента они выбирают раз в пять лет.

Реформа системы государственных академий наук началась в 2013 г. по инициативе министра образования и науки Дмитрия Ливанова. Он курировал разработку соответствующего законопроекта. Руководство РАН – президент Владимир Фортов и вице-президент Жорес Алферов – отказалось участвовать в обсуждении законопроекта. 27 сентября 2013 г. президент Владимир Путин подписал закон «О реформе РАН», лишивший академию всех ее научных институтов. Они переподчинялись новой структуре – подконтрольному правительству Федеральному агентству научных организаций (ФАНО). В академии наук появление ФАНО восприняли болезненно – агентство лишило академию имущества и финансирования.

Академия без имущества

Реформа науки как раз и началась с имущественных вопросов. В 2013 г. к РАН были присоединены академии медицинских и сельскохозяйственных наук (РАМН и РАСХН), после чего более 1000 входящих в академии организаций распоряжением правительства были переданы в управление ФАНО. Часть институтов РАН были при этом объединены в научные центры. Теперь в системе ФАНО находятся 668 научных учреждений и 168 предприятий.

В начале реформы не только в РАН, но и в правительстве плохо представляли, каким именно имуществом и в каком количестве распоряжались академии. По итогам проведенной ФАНО инвентаризации нашлось почти на 20% больше земельных участков и капитальных объектов, чем числилось в документах, сообщила пресс-служба ФАНО. Часть обнаруженной недвижимости была списана из-за плохого состояния, часть передана региональным властям. Но осталось все равно много. По данным ФАНО, на балансах подведомственных ей организаций к сентябрю 2017 г. числилось 2 млн га земельных участков и 30 777 объектов капитального строения общей площадью 32,4 млн кв. м.

Академия без грантов

Другой частью реформы науки было учреждение Российского научного фонда (РНФ) для распределения грантов на приоритетные исследования. Его попечительский совет возглавил бывший министр образования и науки, ныне помощник президента Андрей Фурсенко. Штаб-квартира фонда находится в центре Москвы на Солянке, в здании РАМН. Помещения фонду передало в безвозмездное пользование ФАНО, указано в годовом отчете РНФ.

Где кандидаты в президенты РАН предлагают искать деньги на науку (выдержки из предвыборных программ)

Владислав Панченко
председатель совета Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ)
«РАН должна получить статус главного органа научной экспертизы в России»
При получении любых лицензий, допусков, патентов, сертификатов и иных разрешительных документов, имеющих отношение к научной деятельности и инновациям или требующих научного обоснования, экспертиза РАН должна стать обязательной, считает академик. ФАНО должно не усложнять жизнь российских ученых, а стать их главным помощником в работе. От формальных, бюрократических взаимоотношений надо перейти к такому типу коммуникации, при котором во главу угла будет поставлена научная деятельность и ее поддержка.

Александр Сергеев
директор федерального исследовательского центра института прикладной физики РАН
«Необходимо создание фонда «инструментализации» за счет введения «налога на науку»
По мнению академика, для финансирования науки требуется создать специальный фонд с объемом не менее 30 млрд руб. в год, который наполнялся бы «за счет введения «налога на науку», взимаемого с прибылей сырьевых госкорпораций и крупных компаний». Плюс к этому необходимо ввести трехуровневую систему господдержки фундаментальной науки, построенную по схеме «от понимания через конкуренцию к лидерству», и обеспечить ее дополнительным бюджетным финансированием не менее чем 60 млрд руб. в год.

Роберт Нигматулин
научный руководитель Института океанологии имени П. П. Ширшова РАН
«Госкомпании должны выделять на науку долю средств от оборота»
Неэффективность науки связана в том числе с отсутствием платежеспособного спроса на товары, а отсюда – на новые технологии и знания. Организовать спрос на знания должно государство, считает академик. Также он предлагает создать четыре целевых фонда с финансированием из госбюджета: для обновления измерительной и наблюдательной базы, для финансирования издательской деятельности, для ремонта и модернизации зданий институтов и для обеспечения социальной поддержки членов РАН.

Евгений Каблов
гендиректор Всероссийского института авиационных материалов
«РАН следует передать научный аудит проектов, выполняемых за счет госбюджета»
Академия наук должна получить право рассматривать любые программы и проекты, имеющие отношение к научной деятельности и инновациям, стать главным органом страны по экспертизе и сбору научной информации для предоставления аналитических материалов органам власти, уверен академик. Он предлагает передать РАН полноценные экспертные функции. Только независимая экспертиза со стороны РАН позволит оптимизировать расходование средств, выделяемых на научные исследования в госкорпорациях, научных и исследовательских центрах, полагает кандидат.

Геннадий Красников
гендиректор АО «НИИ молекулярной электроники»
«Мы должны максимально брать деньги по федеральным целевым программам»
РАН должна стать главным экспертным органом по разработке предложений для госорганов и госкомпаний по оптимизации финансовых потоков в науке, полагает академик. РАН может участвовать в общей координации расходования бюджетных средств на фундаментальные и поисковые научные исследования. Дополнительный источник финансирования РАН – в федеральных целевых программах на 500 млрд руб. в год, связанных с наукой, к которым академия не имеет пока отношения, рассказал академик.
«Интерфакс-Сибирь»

СвернутьПрочитать полный текст

С 2013 по 2016 г. фонд получил 28 млрд руб. бюджетных субсидий плюс в 2015 г. взнос на 14,9 млрд руб. от «Роснефтегаза». Часть средств РНФ разместил на депозитах в Промсвязьбанке и банке «Открытие». На конец 2016 г. проценты по ним составили 3,9 млрд руб., говорится в отчетности фонда.

Итого получается 47 млрд руб. Из них 40 млрд руб. фонд уже выдал в виде грантов более чем на 2500 научных проектов. Сумма грантов колеблется в пределах 4–20 млн руб.

По данным РНФ, крупнейшими получателями грантов стали не академические институты, а МГУ и СПбГУ.

Эффективность проектов, судя по словам кураторов науки и указу президента о мерах по государственной политике в области образования и науки, оценивается в первую очередь по их цитируемости. «Сейчас многие пытаются «оцифровать» фундаментальные исследования, и эти попытки чиновников как-то поделить те деньги, которые выделяются на фундаментальные исследования, естественны, – рассказывал гендиректор РНФ Александр Хлунов. – Для того чтобы упростить работу чиновников, мы предоставляем данные: сколько миллионов на проект мы потратили и сколько публикаций в Web of Science получили». По его подсчетам, в среднем на грант в 5–6 млн руб. российские ученые достигают результата, который позволяет получить больше пяти публикаций в Web of Science.

В среднем по 10 млрд руб. бюджетных субсидий в год раздает и РФФИ (учрежден в 1992 г.), совет фонда возглавляет кандидат в президенты РАН академик Владислав Панченко. По данным отчета РФФИ, больше половины грантов обычно достается организациям, подведомственным ФАНО: 58% в 2015 г., треть – высшим учебным заведениям.

Академия экспертов

По одобренному правительством соглашению о сотрудничестве ФАНО и РАН агентство формирует и утверждает государственные задания на научные работы, программу развития научных организаций и назначает директоров научных институтов. Академии наук осталось только право готовить свои предложения по этой части и согласовывать предложения агентства.

Реформа превратила РАН в клуб академиков, почти не имеющих влияния на бюрократию и финансы в российской науке, основной функцией ученых из Академии наук стал прогноз и экспертная функция, возмущался академик Черешнев. Несмотря на то что в документах по реформе было специально отмечено, что никакое научное задание для институтов не утверждается без президиума Академии наук, ФАНО стало перераспределять деньги по институтам. Причем в президиум РАН никаких документов не поступало, констатирует академик Борис Кашин. Практически никаких рычагов влияния на научную политику у новой РАН не осталось, соглашается он: ФАНО отводит РАН совещательный голос, в итоге управление наукой отняли у ученых и передали чиновникам.

Как это отразилось на фундаментальной науке?

Не развитие, а выживание

Основная проблема в развитии отечественной науки – сократившиеся расходы государства на фундаментальные исследования, констатирует ведущий научный сотрудник Института экономики переходного периода Ирина Дежина.

Из-за скудного финансирования львиная доля средств уходит на зарплату научным работникам и об обновлении экспериментальной базы не приходится даже мечтать, замечает академик Кашин. По его словам, в области экспериментальной науки наша страна отстала на десятилетия, по доле расходов на фундаментальную науку в ВВП Россия находится на одном уровне с Мексикой (0,16%).

Похожие принципы

Пойти по тому же пути администрирования фундаментальной науки, что и в СССР, пытались во Франции. Там в 1939 г. была создана структура, похожая на Академию наук СССР, – Национальный центр научных исследований Франции (Centre national de la recherche scientifique, CNRS), ставший высшим научным заведением страны. Сейчас CNRS взаимодействует с университетами через систему ассоциированных лабораторий. В свою очередь, Россия при внедрении новых принципов финансирования научных исследований действовала по иностранному образцу. Российский фонд фундаментальных исследований (РФФИ) создавался по примеру Национального научного фонда США (National Science Foundation, NSF). Однако получилось по-разному. В команде NSF – чиновники, которые определяют наиболее перспективные научные направления для финансирования. Под каждое новое направление набирается команда ученых. В совет РФФИ входят ученые, которые и отбирают проекты для получения грантов.

Грантовое финансирование в России не выполняет функции развития, отмечает Дежина. РФФИ и РНФ выделяют мало средств на инициативные проекты, основные деньги идут на поддержку выбранных ими приоритетных направлений. Само же финансирование тратится не на поддержку аспирантов и молодых ученых, участвующих в проекте, проведение полевых исследований, экспедиций, участие в конференциях, закупку приборов и материалов, как это происходит за рубежом, а идет в основном на увеличение низкой оплаты труда, продолжает она.

К тому же выводу пришла коллегия Счетной палаты, проанализировав деятельность РНФ за 2013–2016 гг., сообщало ведомство. Хотя и повышать зарплату необходимо: по майским указам Путина средняя зарплата научных сотрудников должна достичь 200% от средней по региону к 2018 г. Но для достижения этих показателей приходится жонглировать цифрами. Зачастую научных сотрудников переводят в режим неполного рабочего дня, рассказывает Кашин: вместо восьми часов они работают четыре или даже два часа. В таком случае их реальные доходы не растут, зато формально зарплата увеличивается в 2–4 раза.

Кашин считает, что ФАНО должно быть подчинено РАН, а если у власти есть недоверие к ученым, то за ФАНО можно закрепить контрольную функцию. Цитируемость работ математиков в разы ниже, чем у физиков, но это не значит, что они бездельничают, поясняет академик. Адекватным мерилом работы ученого является исключительно оценка коллег из Академии наук, добавляет Кашин. Дежина считает, что отделение институтов от Академии наук и подчинение их чиновникам ФАНО не является порочной идеей, если на практике реализуется принцип «двух ключей» и экспертное мнение ученых учитывается при определении тематик исследований, которым будет предоставлено государственное финансирование. Кроме того, важно предусмотреть бюджетное финансирование для крупных исследовательских тем, инициированных самими учеными, добавляет она.

Российская наука в контексте мировой

Слишком большой выбор

Большинство академиков поддержали выдвижение в президенты Панченко, отдав свои подписи за его выдвижение. Панченко в научных кругах считают человеком, близким к президенту научно-исследовательского центра «Курчатовский институт» Михаилу Ковальчуку. Его брат, бизнесмен Юрий Ковальчук, – давний знакомый Путина.

С 2006 г. Панченко возглавляет Институт молекулярной физики НИЦ «Курчатовский институт», президентом которого является Ковальчук, а также руководит советом РФФИ, в состав которого входит Ковальчук. На вопросы и о шансах на избрание и близости к Ковальчуку Панченко отвечал журналистам дважды: в марте 2017 г. он сказал Би-би-си – «это сложный вопрос и не совсем корректное утверждение». В интервью «Коммерсанту» Панченко заявил: «Наверное, про любого сотрудника можно сказать, что он человек своего начальника. Но ситуация не так примитивна, как ее воспринимают некоторые люди в силу тех или иных причин, связанных с персональным отношением к М. В. Ковальчуку».

Административный ресурс работает на Панченко, полагает замдиректора Института проблем передачи информации РАН Михаил Гельфанд. Этот кандидат вряд ли победит в первом туре из-за большого числа кандидатов, а во втором высока вероятность голосования за любого кандидата против навязываемого властью, считает Гельфанд. Ковальчука неоднократно не избирали действительным академиком и не утвердили на посту директора Института кристаллографии, вспоминает Кашин. «Курчатовский центр получает огромное финансирование и не подотчетен никому, кроме первых лиц страны. Академия наук критически относится к содержанию некоторых научных исследований центра, но в силу особого статуса центра не имеет возможности влиять на его работу», – считает Кашин. По данным Счетной палаты, в 2016 г. «Курчатовский институт» израсходовал 14 млрд руб. бюджетных денег. Он финансируется отдельной статьей бюджета.

Эпоха экстенсивного развития науки закончилась лет 30 назад, с падением Советского Союза, сейчас денег на всех не хватает, поэтому надо выбрать приоритеты, парирует претензии чиновник администрации президента. Сами академики это сделать не смогли: в ответ на просьбу о выборе 5–7 «прорывных» приоритетных направлений они принесли, по сути, 300-страничный годовой отчет о научной деятельности академии, добавив, что все, чем они занимаются приоритетно, продолжает он. «При такой постановке вопроса они вынуждают чиновников определить приоритеты для финансирования за них. Пусть теперь не обижаются», – говорит собеседник «Ведомостей».

Представители ФАНО и вице-премьера Аркадия Дворковича, курирующего науку в правительстве, а также пресс-служба РАН от комментариев отказались.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать