Как американцы присутствовали на ПМЭФе и о чем они говорили

Второй официальный день Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) был богат на мероприятия и людей, так или иначе связанных с США: две сессии, а также несколько гостей с гражданством этой страны. В предшествующие «русскому Давосу» дни СМИ готовились принять первого за долгие годы представителя американского правительства – руководителя комиссии по изящным искусствам Родни Кука. На этом фоне отрезвляюще прозвучала фраза госсекретаря Марко Рубио, произнесенная в ходе сенатских слушаний 3 июня: «Не знаю ни о какой делегации. Не думаю, что это высокопоставленное официальное лицо».

Настало 4 июня. В списке выступающих изменений не было: гражданина США не потеряли. Тема первой и основной сессии по Америке (основная она именно потому, что Кук числился там спикером) была посвящена культурным связям Москвы и Вашингтона. И неискушенным наблюдателям за международными процессами может показаться, что такой формат не соответствует нынешнему довольно низкому уровню отношений. Но в истории мировой дипломатии можно найти много примеров, когда даже непримиримые противники могли найти общий язык. Поэтому, когда дело касается российско-американских отношений, межкультурный диалог кажется, как никогда, актуальным, а главное – безопасным с точки зрения возможных внутриполитических барьеров.

Список спикеров был соответствующий и включал, в частности, министра культуры России Ольгу Любимову, главу Большого и Мариинского театров Валерия Гергиева, директора Эрмитажа Михаила Пиотровского, предпринимателя Виктора Вексельберга, актера Стивена Сигала, а также ректора ФГБОУ ВО «Академия русского балета им. А.Я. Вагановой» Николая Цискаридзе. Модератором дискуссии выступил спецпредставитель президента России по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой. Каждый из спикеров старался подчеркнуть необходимость наращивания связей в этой сфере. Собравшиеся отметили переплетения русской и американской музыки и литературы, а также перспективы укрепления взаимодействия в гуманитарной сфере в целом.

Казалось, что Куку остается только поддержать сложившуюся в ходе мероприятия риторику. Он попытался. Показал презентацию, в которой перечислил свои проекты, показал свой загородный дом, шуточно назвав его дачей. Но он воздержался от конкретных предложений и инициатив по укреплению культурных связей России и США. И, с одной стороны, он не был обязан их предлагать: диалог между странами только начинает процесс стабилизации. Но с другой – приезд Кука вне зависимости от его безусловного обширного послужного списка является больше дружеским жестом, нежели реальным прогрессом переговорного трека, начавшегося в феврале 2025 г. Завершая сессию, Кук сказал, что всё возможно, но после того, как «будет мир». Иначе говоря, он косвенно подтвердил сложность развития двустороннего диалога Москвы и Вашингтон без урегулирования украинского конфликта.

Приезд Кука на ПМЭФ кажется частной инициативой, дань личного уважения со стороны человека, заинтересованного в российской культуре, говорит заведующий отделом внутриполитических исследований ИСКРАНа Вадим Козлов. «Я бы сравнил это с приездами в Россию отца Илона Маска Эррола», – уточнил эксперт.

В конце концов, дипломатические прорывы фиксируются за закрытыми дверьми, а не на открытых платформах, поэтому визит Кука – отдельная часть американо-российского взаимодействия, напрямую не относящаяся к перспективам переговоров по стабилизации двустороннего диалога и урегулирования украинского конфликта, говорит научный сотрудник ИМИ МГИМО Владимир Павлов.