Зачем лидер Китая поехал в КНДР впервые за семь лет
Пекин снова хочет сближения
Председатель КНР Си Цзиньпин 8 июня начал в Пхеньяне свой первый зарубежный визит в 2026 г. В КНДР он не был почти ровно семь лет. Государственный визит китайского лидера продлится два дня, пишет «Синьхуа». В аэропорту его вместе с женой Пэн Лиюань встретил лично вождь КНДР Ким Чен Ын с супругой Ли Соль Чжу, а также жители КНДР. Они же приветствовали Си и во время его пути в большом кортеже на главную площадь Пхеньяна им. Ким Ир Сена. К церемонии встречи с участием военных на ней закрепили и огромные портреты двух лидеров современности.
В состав китайской делегации также включен еще один из семи членов постоянного комитета Политбюро ЦК КПК Цай Ци и министр иностранных дел Ван И, который уже был в КНДР в апреле 2026 г. Формально визит приурочен к 65-летию Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи, который до сих пор делает КНДР единственным военным союзником Китая. А у Северной Кореи в 2024 г. появился второй военный союзник – Россия.
Си, который в Пхеньяне прочувствовал «особую теплоту и близость», уже по итогам первого дня переговоров сообщил, что они с Кимом «достигли важного консенсуса» (традиционная для дипломатии КНР с участием лидера формулировка. – «Ведомости»). Он также заявил, что две страны должны «твердо защищать свои суверенитет, безопасность и интересы развития», а также вместе служить поддержанию мира в регионе. Китайский лидер заверил, что его Компартия и правительство высоко ценят «традиционную дружбу» с Пхеньяном, которая «уходит корнями в общие идеалы и убеждения», а также подкреплена «глубоким историческим фундаментом и сильными эмоциональными связями». Со слов Си, это не изменится, несмотря на внешние обстоятельства.
Пекин готов расширять и «практическое сотрудничество» с КНДР в экономике, торговле, сельском хозяйстве, строительстве, научно-технической отрасли и здравоохранении. На Китай до сих пор приходится около 90% официальной торговли Северной Кореи (в 2025 г. их товарооборот составил $2,73 млрд), и она получает оттуда важнейшее продовольствие.
Сейчас также заявлено, что Китай и КНДР договорились укрепить обмены на высоком уровне, углубляя стратегическую коммуникацию. Ким посчитал развитие отношений с КНР для Пхеньяна «важнейшим первоочередным стратегическим направлением». А на торжественном банкете Си заверил, что отношения стран теперь на «новом историческом этапе».
Ранее, в мае 2026 г., Си по очереди принял в Пекине высокопоставленных гостей, имеющих собственные интересы в отношении КНДР, – президентов США Дональда Трампа и России Владимира Путина. По итогам первого саммита Белый дом выпустил релиз, в котором утверждалось, что Трамп и Си «подтвердили общую цель – денуклеаризацию Северной Кореи». В Китае это не подтверждали, обозначив лишь присутствие темы ситуации на полуострове в повестке. И накануне визита Си в КНДР сестра лидера Ким Ë Чжон, руководитель отдела ЦК Трудовой партии по общим вопросам, назвала американское сообщение «полной выдумкой» и «абсурдным фейком». В мае МИД КНДР подтвердил, что Пхеньян никогда не пойдет на денуклеаризацию, несмотря на требования США.
Еще Великий кормчий Китая Мао Цзэдун говорил, что КНР и КНДР близки, «как губы и зубы», что подтверждалось и на практике, например, в ходе Корейской войны 1950–1953 гг., в которой значительную роль сыграли китайские народные добровольцы. Но за прошедшие с тех пор десятилетия стало ясно, что поддерживать стабильно безоблачные межгосударственные отношения им все-таки не удается. Заметным поводом для противоречий, например, в 2010-х гг. были испытания КНДР ядерного оружия, что Китай не одобрял.
А в 2024 г., после заключения Россией и КНДР Договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, западные СМИ видели признаки похолодания в отношениях Пхеньяна и Пекина. На основании статьи 4 договора военнослужащие Корейской народной армии приняли затем участие в освобождении от ВСУ части Курской области, а позже – в ее разминировании.
Приезд Кима на парад в Пекин по случаю окончания Второй мировой войны в сентябре 2025 г. продемонстрировал, что как минимум серьезного раскола нет: тогда три лидера были постоянно рядом в центре событий. В марте 2026 г. произошло восстановление транспортных связей между КНР и КНДР: спустя шесть лет было восстановлено прерванное пандемией пассажирское железнодорожное сообщение, а китайская авиакомпания Air China наладила регулярные рейсы в Пхеньян.
В майском же заявлении 2026 г. Путина и Си также было сказано, что «они продолжат работу в трехстороннем формате совместно с КНДР по согласованию выхода в море через реку Туманную». Россия и Северная Корея заканчивают строительство автомобильного моста через эту реку, которая впадает в Японское море (а находящаяся рядом провинция КНР Цзилинь не имеет к нему выхода).
В целом же Си спустя семь прибыл в совсем другую Северную Корею, подчеркивает гонконгская South China Morning Post: у нее есть современные военные корабли (только 4 июня Ким наблюдал за испытанием эсминца ВМС «Кан Гон» водоизмещением 10 000 т, также идет строительство атомной подлодки), БПЛА с искусственным интеллектом, также она демонстрирует заметный прогресс в развитии своей ядерной программы. Согласно свежим оценкам SIPRI, в ее распоряжении около 60 боеголовок, а перед визитом Си Ким «руководил на месте делами запущенного в эксплуатацию нового завода по производству ядерных материалов», писало ЦТАК.
Китаю теперь приходится иметь дело с Северной Кореей, военные возможности которой теоретически могут породить у Пекина желание использовать их в целях сдерживания США и Японии, допустил профессор Института исследований Дальнего Востока при Университете Кённам в Сеуле Лим Ыль Чхуль. «Похоже, они [китайцы] пришли к выводу, что стратегическое использование военных возможностей Северной Кореи более выгодно», – сказал он.
Китай взял курс на сближение с КНДР и преодоление периода охлаждения в отношениях с 2025 г., говорит директор ЦКЕМИ НИУ ВШЭ Василий Кашин. Именно тогда стороны начали рассматривать ряд новых проектов, а Ким был приглашен на парад к годовщине победы во Второй мировой. Теперь Си, по сути, совершает ответный визит, где они с Кимом наметят дальнейшие перспективы сотрудничества. Большого негатива в связи со сближением Москвы и Пхеньяна в Пекине не испытывают, считает Кашин. При этом Китай остается как основным экономическим партнером Северной Кореи, так и главным экспортным рынком для ее угольной отрасли и промышленности цветных металлов.
Что же касается ядерного оружия, то Китай по-прежнему формально выступает за денуклеаризацию на Корейском полуострове и в Пекине вопросами ядерного оружия КНДР озабочены куда сильнее, чем в Москве, уверен эксперт. «Но совершенно ясно, что никак извне воздействовать на Пхеньян нельзя, так как для него развитие своих вооружений – абсолютный приоритет», – говорит Кашин.
Со стороны же северокорейцев есть страх их чрезмерной зависимости от КНР и вмешательства КПК в дела ТПК, продолжает аналитик. Он уверен, что все стратегические решения по вопросам нацбезопасности северокорейцы будут принимать самостоятельно. Сложно КНР будет и подтолкнуть Пхеньян к переговорам с Вашингтоном: северокорейцы ждут укрепления своих позиций и не уверены в том, что на фоне политической нестабильности внутри США есть смысл договариваться с администрацией Трампа, резюмирует Кашин.
Визит Си происходит на фоне укрепления позиций КНДР на международной арене, считает кореевед Александра Зуева. По мере того как отношения Пекина и Вашингтона все сильнее заходят в тупик, для КНР растет и значимость укрепления отношений с союзниками в регионе. Эксперт не спешит противопоставлять отношения Пхеньяна с Пекином партнерству КНДР и России.
Со стороны КНР, продолжает Зуева, с большей вероятностью не будет открытого осуждения ракетно-ядерной программы КНДР. И из-за роста конфликтного потенциала увеличение ее ядерного арсенала действительно может быть рассмотрено как преимущество для сохранения стратегической стабильности в регионе, говорит Зуева. Кроме того, у Китая пока нет необходимости подталкивать КНДР к переговорам с США, а сам Пхеньян сейчас куда «более серьезный актор», чем это было в 2016–2017 гг. И пока Ким не примет решения о возобновлении переговоров с США, заставить его вести их малореально, подытоживает Зуева.