Сергей Рябков: «Сложно представить нормализацию ситуации в мире без диалога России и США»

Попытки России и США устранить «препоны» в двусторонних отношениях продолжают сталкиваться со значительными проблемами, связанными как с внутри-, так и с внешнеполитическими факторами. Несмотря на это, Москва остается открытой к диалогу и партнерству на направлениях, представляющих взаимный интерес. На вопросы «Ведомостей» о существующих проблемах и перспективах взаимодействия с Вашингтоном ответил заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков. По его мнению, желательным будущим разрушенных в настоящий момент российско-американских отношений станет модель неидеологизированного и взаимоуважительного сосуществования, основанная на обоюдном признании интересов друг друга.

– Главным вызовом, сыгравшим определяющую роль в катастрофическом обрушении российско-американских отношений и их переходе, по существу, в режим перманентно высокой конфликтогенности с отдельными вкраплениями диалога, стала линия Вашингтона на всемерное сдерживание, ослабление и геополитическое окружение России, которая отрабатывалась предыдущими администрациями. Команда Джо Байдена дошла до заявлений о стремлении нанести нашей стране стратегическое поражение, используя в качестве тарана русофобствующий и вооруженный западниками до зубов режим Зеленского.

Нынешняя республиканская администрация в значительной мере отошла от догматического либерал-глобалистского мировоззрения своих предшественников. При этом рассуждать об окончательном разрыве США с прежней линией на изоляцию России и подрыв наших интересов, безусловно, не приходится. Однако применительно к украинскому кризису мы действительно наблюдаем нацеленный на результат подход Вашингтона, отталкивающийся, особо подчеркну, от признания важности учета первопричин развернутого странами НАТО против России конфликта. Разумеется, нельзя не упомянуть в связи с этим и личный вклад президента США Дональда Трампа в поиск путей нормализации двусторонних отношений.

Конечно, процесс идет непросто, учитывая как масштабы оставленного демократами «токсичного наследия», так и агрессивную линию нынешних властей США по продвижению собственных интересов на мировой арене. Однако вести соответствующую работу нам с ними необходимо, поскольку на наших странах – как крупнейших ядерных державах – лежит особая ответственность за судьбы мира.

– Еще прошлой весной в рамках инициированного по поручению президентов России и США диалога по снятию «раздражителей» в отношениях между двумя странами наша переговорная команда поставила перед госдепартаментом вопрос о возвращении нам всех шести конфискованных американскими властями в 2016–2017 гг. объектов дипнедвижимости. Предоставили американской стороне дорожную карту, четко излагающую этапы полного восстановления наших прав собственности, в которой в качестве первого шага значился доступ наших дипломатов на объекты для инспекции.

В госдепартаменте, как будто не понимая значения этой темы для оздоровления дипломатических отношений между нашими странами, отреагировали на инициативу прямолинейным отказом. Причем не постеснялись при этом сослаться на действие собственных односторонних и не признаваемых нами неправомерных антироссийских рестрикций. В результате американцы завели в тупик разговор не только по этой, но и по другим – смежным – проблемам, с устранением которых мы связывали нормализацию условий функционирования дипмиссий двух стран.

Продолжим добиваться положительного решения данного вопроса. Конечной целью для нас остается скорейший возврат всей российской конфискованной дипломатической собственности. Обойти этот сюжет, сделав вид, что его не существует, американской стороне не удастся.

– Под «духом Анкориджа», если вы заостряете внимание именно на этой формулировке, мы подразумеваем атмосферу доверия, сложившуюся между президентами России и США, которая позволила в контексте прошлогоднего саммита на Аляске согласовать на уровне руководства двух стран базовые контуры урегулирования вокруг Украины, которым мы, со своей стороны, остаемся привержены. Поэтому неважно, как этот процесс именуется за океаном, – главное, что на высшем уровне в России и США сохраняется настрой на продолжение созидательной работы как на украинском направлении, так и по поиску путей восстановления взаимоуважительного межгосударственного сотрудничества между нашими странами.

Не видим оснований, учитывая текущую динамику и интенсивность контактов между Россией и США на разных уровнях, рассуждать о замедлении двустороннего диалога. Скорее, следует отметить, что, сравнительно быстро продвинувшись в прошлом году на тех направлениях, где многолетний простой был очевиден и наносил ущерб обеим сторонам, мы переходим к решению более многоплановых, уходящих корнями в сложные политико-правовые перипетии проблем в отношениях. Ничего невозможного тут нет, но для успеха с обеих сторон потребуется политическая воля и готовность смотреть на вещи трезво, не встраивая их в искаженную геополитической конъюнктурой «картинку», как были склонны поступать предшественники нынешней администрации США. Решения и выбор в конечном счете за американской стороной.

– Наши страны несут особую ответственность за мировую стабильность и безопасность как постоянные члены Совета Безопасности ООН, а также с учетом степени влияния Москвы и Вашингтона на международные и региональные процессы. Сложно представить себе сценарий существенной нормализации ситуации в мире в отсутствие полноценного диалога и сотрудничества между Россией и США на основе взаимоприемлемого баланса интересов.

Понимание обоюдной ответственности руководства СССР и США за судьбы мира широко разделялось в годы холодной войны правящими кругами обеих стран. К сожалению, сейчас ситуация несколько иная, подобное мироощущение стало редкостью. Проще говоря, страны Запада, высокомерно упиваясь убежденностью в собственном превосходстве, навеянной исходом биполярного противостояния, попросту перестали верить в реальность катастрофических сценариев. А ведь ими изобилует всемирная история, особенно первой половины XX в.

Если говорить об упомянутой вами категории «дружбы», она едва ли применима в отношениях с любой из стран «коллективного Запада», тем более на нынешнем отрезке. Приемлемым, на мой взгляд, в этом плане будет движение России и США к модели неидеологизированного и взаимоуважительного сосуществования, основанной на обоюдном признании интересов друг друга и готовности решать возникающие проблемы через диалог. Разумеется, наша страна остается готовой и к другим вариантам развития событий.

– Как в таких случаях говорят сами американцы, «для танго нужны двое». Представители администрации Дональда Трампа высказываются в том плане, что необходимо-де устранить тему развязанного при администрации Байдена конфликта вокруг Украины и тогда, мол, откроются радужные перспективы для всего спектра российско-американского взаимодействия, включая торгово-экономические и культурно-гуманитарные направления.

Пока это в теории. На практике видим, что Белый дом не только сохранил почти все введенные против России с 2014 г. санкции, но и добавил новые. Более того, нашим партнерам пытаются запретить покупать доступные российские энергоносители, сотрудничать с Россией в других сферах. При этом американский бизнес по-прежнему сохраняет интерес к присутствию на российском рынке, ждет, когда сможет сюда вернуться.

Реализация огромного потенциала торгово-экономических отношений между Россией и США возможна лишь при наличии у Вашингтона политической воли к устранению масштабных односторонних ограничительных барьеров, наложенных на сотрудничество с нашей страной. Пока же, оставаясь открытыми к взаимодействию со всеми, включая США, вынуждены искать дополнительные защищенные пути развития наших финансовых, экономических, интеграционных, логистических и прочих проектов с дружественными и прагматично настроенными государствами.

– Сюжет с новым американским послом, скорее, относится не к области двусторонних отношений, а к общей кадровой картине в США. Ни для кого не секрет, что вакантными по причине разного рода внутриполитических перипетий остаются 59% должностей послов США (в том числе в России). Поэтому ситуацию не драматизируем, исходя из того что это внутреннее дело американской бюрократии.

Коллектив нашего посольства в Вашингтоне работает эффективно, несмотря на трудности. Некоторые проблемы решаются благодаря диалогу по «раздражителям», другие – сохраняются. Речь идет, например, о серьезных ограничениях на передвижение российских дипломатов по стране.

Что касается упомянутой вами культурно-образовательной повестки, то, как бы ни пытались либеральные СМИ на Западе «отменить» нашу страну, интерес к русской культуре и искусству в США не только сохраняется, но и во многом получает «второе дыхание». Видим, что в американском обществе за годы засилья «воукистского» агитпропа накопилась колоссальная усталость от непрерывной цензуры. На подмостки театров возвращаются произведения российских композиторов. Книги наших классиков широко представлены на полках магазинов, их можно заказывать и через интернет. Для граждан США открыты (и, кстати, никогда не закрывались) возможности обучения в российских вузах, участия в различных конференциях и мероприятиях в сферах профессиональной специализации. На кинопоказы и круглые столы в посольстве и Российском культурном центре в Вашингтоне по-прежнему приходит англоязычная публика. Это укрепляет нас в убежденности, что мы на правильном пути.