Статья опубликована в № 4523 от 12.03.2018 под заголовком: Брюно Габэ: Мы сохранили дух пионеров

«Мы сохранили дух пионеров»

Президент Агентства по развитию туризма Валь-Торанса Брюно Габэ объясняет феномен горнолыжного курорта, в который не поверили местные жители и который стал лучшим в мире
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Наша встреча с президентом Агентства по развитию туризма Валь-Торанса Брюно Габэ начинается на парковке: Габэ забирает меня из новых апартаментов, построенных на окраине станции, и везет в ее исторический центр, в старейший отель Валь-Торанса, где у нас запланировано интервью. По дороге президент показывает мне местные достопримечательности: «Вот этот бар принадлежит датчанам, этот – англичанам. Этот отель – шведам: если вы зайдете туда и заговорите на французском, вас не поймут. На английском в Валь-Торансе говорят все».

Бум строительства туристической инфраструктуры во Франции случился в 1960–1980-е гг., когда экономика страны росла, соответственно, увеличивались доходы населения и отдых на летних и зимних курортах перестал быть привилегией только богатых, вспоминает Габэ. Валь-Торанс появился на картах в 1971 г., когда на высоте 2300 м по инициативе частных инвесторов были установлены первые подъемники, начали строиться апартаменты и проч. До этого там была только пара хижин, в которых летом жили пастухи, перегонявшие выше в горы свой скот. Когда местные жители узнали об идее построить дома так высоко, они сочли ее безумной: «На такой высоте невозможно жить, зимой снег занесет дороги, все замерзнут и умрут!» Поэтому никто из местных не захотел работать на новом горнолыжном курорте, и персонал набирали из других регионов Франции и даже других стран. «Люди приезжали в Валь-Торанс, не имея ничего – буквально с одним рюкзаком за спиной, – говорит Габэ. – По духу это были настоящие пионеры – как те, которые в свое время отправлялись на Дикий Запад. Они сначала работали официантками, поварами, рабочими на подъемниках, но постепенно заводили свои бизнесы – открывали рестораны, магазины, отели».

«И мы до сих пор сохранили этот дух пионеров, – добавляет Габэ. – Поэтому в Валь-Торансе никого не отвергают, всегда рады новым людям, которые приезжают сюда жить и работать».

В Валь-Торансе до сих пор продолжается строительство – как апартаментов, так и инфраструктуры для увеличивающегося количества туристов. По данным издания BrefEco, в период с 2010 по 2020 г. в различные проекты в Валь-Торансе будет инвестировано 839 млн евро. Причем строятся в Валь-Торансе не частные шале, а комплексы апартаментов, владельцы которых подписывают обязательство сдавать свои квартиры в то время, когда их нет на курорте. Так местные власти добиваются высокой загрузки, чтобы у местных ресторанов и магазинов всегда были клиенты, а у мэрии – налоги, чтобы содержать инфраструктуру в порядке.

Четыре года Валь-Торанс признается «лучшим горнолыжным курортом мира» по версии World Ski Awards. Победители в различных номинациях определяются по результатам интернет-голосования (в 2017 г. в голосовании приняли участие 1,6 млн человек из 85 стран). Секрет этого – не только в качестве сервиса, который получают гости Валь-Торанса, но и в круглогодичной работе с клиентами и партнерами курорта, объясняет Габэ: у Валь-Торанса очень продвинутая и постоянно обновляемая клиентская база, курорт очень хорошо знает своих гостей. «Считаем ли мы себя лучшим курортом в мире? Нет. Мы один из лучших, но мы понимаем, что нам еще многое нужно улучшать и развивать», – говорит президент Агентства по развитию туризма. Что именно и как, Габэ рассказал «Ведомостям».

– Валь-Торансу без малого 50 лет, но ваш курорт продолжает застраиваться – вниз по долине. Сейчас в Валь-Торансе 25 466 спальных мест. Видите ли вы пределы роста вашего курорта?

– Первоначальный проект горнолыжной станции в Валь-Торансе был «фараоническим» и включал застройку даже противоположного склона долины [по направлению к Морьену]. Он так и остался нереализованным, поскольку банк остановил финансирование – из-за первого нефтяного шока, который случился в 1973 г. Проект пришлось существенно уменьшать: то, что было построено, лишь четверть по сравнению с тем, что было запланировано изначально.

Брюно Габэ
президент Агентства по развитию туризма Валь-Торанса
  • Родился в 1962 г. в Лионе. Учился в гостиничных школах Гренобля и Бордо. Шеф-повар и специалист по гостиничному менеджменту
  • 1984
    переезжает в Валь-Торанс. Работает менеджером в гостиницах Hotel des 3 Vallees, Chalet de la Marine, Pashmina и др.
  • 1993
    член правления Агентства по развитию туризма Валь-Торанса
  • 2010
    президент Агентства по развитию туризма Валь-Торанса
  • 2017
    советник компании SETAM, управляющей подъемниками и спусками в Валь-Торансе

Но действительно, курорт до сих пор продолжает застраиваться. Последний проект – комплекс апартаментов на 1500 мест на въезде в Валь-Торанс. Он должен быть построен в течение 3–4 лет. После, я думаю, новое строительство должно быть запрещено, поскольку курорт уже зрелый, а рост должен быть контролируемый. Иначе есть риск столкнуться с недовольством клиентов, которым курорт покажется чересчур большим и переполненным людьми. И у компаний, ведущих здесь бизнес, тоже могут возникнуть проблемы – слишком большое предложение грозит уронить цены.

Строительство инфраструктуры также продолжается. Существует большой проект, чтобы связать Валь-Торанс с Морьеном (это решено на 95%). Подъемник [из Ореля] уже есть, но речь идет о новом, гораздо более мощном. Через 2–3 года должен быть построен новый подъемник на пик Карон, который позволит людям прибывать из Морьена сразу на склон. Если они приезжают только на уикенд, с небольшим количеством багажа, то смогут спуститься к отелю/апартаментам сами. Если же багажа много, его будут доставлять отдельно, а люди тем временем уже смогут кататься. Дорога из долины Морьен в Валь-Торанс будет занимать всего 40 минут – намного меньше, чем по шоссе. Это будет очень востребовано у туристов, прибывающих к нам с южной стороны – с юга Франции, из Италии, Хорватии, Словении, Сербии...

Также мы хотим обустроить вершину пика Карон, куда с двух сторон будут приходить новые гондольные подъемники из Морьена и Валь-Торанса. На вершине планируется построить большой панорамный ресторан с обзором в 360 градусов. Вид оттуда [с высоты 3200 м] – потрясающий! Этот гондольный маршрут – Морьен – пик Карон – Валь-Торанс – будет открыт девять месяцев в году, как для горнолыжников, так и для пеших туристов, днем и вечером, чтобы гости могли спуститься из ресторана. Средства размещения там тоже предусмотрены – и это новаторский концепт по сравнению с тем, что существует сейчас. В конкуренции с другими курортами всегда нужны новые идеи – это основа маркетинга.

– Инвесторы у этого проекта те же самые, что уже вкладывают в Валь-Торанс?

– Самые разные. Интерес очень велик. Если бы была возможность реализовать здесь 100 проектов, они все были бы воплощены в жизнь. Но реализуются только 5–7 из 100. Качество снега, продолжительность сезона, репутация курорта – все это делает Валь-Торанс очень привлекательным для инвесторов.

– Что вы думаете о проекте Олега Тинькова La Datcha и его новом шале у вас?

– Олег Тиньков стал послом Валь-Торанса: он сам приезжает сюда, сюда приезжают его друзья и друзья его друзей. Благодаря Тинькову Валь-Торанс стали посещать люди, которые без него сюда никогда бы не приехали. И это бизнес, поскольку шале сдается: у [Тинькова, как и у других владельцев недвижимости в Валь-Торансе] есть контракт, по которому он должен сдавать свое шале.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее об этой особенности Валь-Торанса.

– В Валь-Торансе практически нет жилья, выставленного на продажу, – такова бизнес-модель курорта. Недвижимость в Валь-Торансе построена на коммунальной земле, частное шале на ней построить нельзя – для этого требуется особое разрешение коммуны (Олег Тиньков купил в Валь-Торансе недостроенное шале, которое не сумел закончить предыдущий инвестор. – «Ведомости»), строительство, владение и эксплуатация недвижимости обставлены большим количеством условий. Получить в Валь-Торансе участок земли, застроить его шале и тут же их распродать в частную собственность не получится. Люди, которые покупают апартаменты в Валь-Торансе, принимают на себя обязательства не продавать их в течение минимум 20 лет (без штрафов). И сдавать свою собственность другим людям в то время, когда они не находятся в Валь-Торансе. При перепродаже недвижимости также подписывается контракт, предусматривающий, что она будет сдаваться в аренду.

Это делается, чтобы не допустить появления «холодных кроватей», как в Куршевеле, – апартаментов и шале, которые заняты только 2–3 недели в году. Сданные апартаменты, «теплые кровати» – это деньги для компании, обслуживающей подъемники и склоны, для ресторанов и магазинов, это означает процветающий курорт.

– Почему так получилось, что основная часть жителей Валь-Торанса – приезжие, а не из этой долины?

– Потому что изначально местные жители не поверили в то, что на такой высоте можно жить, отдыхать и работать, поэтому здесь не было резидентов – уроженцев долины. И до сих пор практически нет, потому что они не поверили в перспективы курорта, не стали покупать здесь недвижимость и открывать бизнесы. Сейчас в Валь-Торансе круглогодично живут более сотни человек, здесь находится самая большая школа в долине Бельвиль. Школа тут очень необычная – в ней учатся дети англичан, датчан, голландцев, шведов, осевших в Валь-Торансе и имеющих тут свои бизнесы, они говорят на разных языках.

– Валь-Торанс четыре раза за последние пять лет признавался «лучшим горнолыжным курортом в мире» по версии World Ski Awards. В чем секрет вашего успеха?

– Рецепт нашего успеха – очень сплоченная команда.

Конкуренция – глобальная. Мы конкурируем с Церматтом, Китцбюэлем, Гштаадом и другими курортами. Считаем ли мы себя лучшим горнолыжным курортом в мире? Нет. Мы один из лучших, но мы понимаем, что нам еще многое нужно улучшать и развивать – мы еще молодой курорт по сравнению с нашими конкурентами. Но мы выигрываем эту конкуренцию, потому что мы лучшие в сфере коммуникаций: у нас отличный контакт с нашими клиентами. Наша база данных клиентов создана уже давно и постоянно обновляется и совершенствуется, и мы активно взаимодействуем с клиентами. В этом мы сильно обогнали многие другие курорты – здесь мы чемпионы мира.

Сила Валь-Торанса в том, что, как я уже говорил, мы сохранили дух пионеров. Новые проекты мы обсуждаем сообща, и новые вызовы, новые технологии вызывают у нас не страх, не отторжение, но кураж. У нас работает много молодых людей, и мы не блокируем их идеи, не ставим им барьеры, но наоборот, подбадриваем: дерзайте, делайте!

Единственное шале в Валь-Торансе
Единственное шале в Валь-Торансе

«Я тусовался с местными фрирайдерами в Валь-Торансе, и они меня вывели на местного человека, который начал строить там шале, но у него не хватило денег, – рассказывал Олег Тиньков «Ведомостям». – Это единственное шале в Валь-Торансе, и название у шале оказалось русское – La Datcha. Я выкупил этот проект». Общая площадь La Datcha Val Thorens – 1200 кв. м, в нем восемь спален на 15 человек, обслуживают шале 11 сотрудников. La Datcha сдается только целиком. На фото: фирменный сервиз La Datcha Val Thorens, изготовленный на Императорском фарфоровом заводе.

– Каковы главные вызовы, стоящие перед Валь-Торансом?

– Главный вызов – обеспечить контролируемый рост курорту. Чтобы новые 1500 мест соответствовали ожиданиям клиентов. Второй вызов – новый спортивный центр, который должен быть построен через три года на месте старого. И, конечно, новый подъемник из Морьена в Валь-Торанс и ресторан на вершине горы. Ресторан, полагаю, будет приблизительно на 300 человек – большой, но не гигантский (окончательного проекта пока нет).

– 42,2% туристов, приезжающих в Валь-Торанс, – французы, 57,6% – иностранцы из 55 стран. Но Россия не входит в топ-5 крупнейших рынков для Валь-Торанса – это Великобритания (15,9%), Нидерланды (13,3%), Бельгия (6,2%), Израиль (3,5%), Германия (3,3%). Вам нужно больше туристов из России?

– Несколько лет назад в Валь-Торансе было больше русских, чем в Куршевеле. Сила нашего курорта в том, что он мультинациональный. Россияне массово приезжают в конце декабря – начале января, у бельгийцев – свои недели, у англичан – тоже.

– Вы говорили о проекте подъемника из Морьена, который сократит путь для туристов, приезжающих к вам с юга. К сожалению, россиянам он не поможет – мы к вам приезжаем из Женевы или Лиона. И дорога оттуда до Валь-Торанса, который расположен выше других станций, занимает 3–4 часа в зависимости от загрузки дорог.

– Это действительно проблема – время в пути и стоимость трансфера. Мы постоянно ведем по этому поводу дискуссии с департаментом – необходимо повышать скорость движения автобусов и улучшать маршрутную сеть, связывающую аэропорты, вокзалы и станции. А в идеале надо строить тоннель.

– Деньги на это у региона есть?

– Овернь-Рона-Альпы – это второй-третий регион по доходам во Франции.

– Что хуже для горнолыжного курорта – отсутствие снега, как в прошлом сезоне, или его избыток, как в этом?

– Я очень рад, когда снега много, тогда всем кататься весело, в том числе и самым маленьким, начинающим лыжникам, а это наши будущие клиенты. Большая наша проблема в том, что дети во Франции перестают кататься на лыжах. И не только во Франции – то же самое в Швейцарии, Австрии, Италии... А население стареет.

Так что обилие снега позволяет почувствовать вкус горных лыж новым поколениям лыжников.

А когда снега мало, то в Валь-Торанс съезжаются туристы со всех других станций [в Трех долинах], потому что мы выше всех. Но нельзя строить свой бизнес на проблемах других. Нужно делать это, улучшая собственную инфраструктуру и сервис.

– В чем вы кооперируетесь с другими станциями, располагающимися в Трех долинах?

– Les 3 Vallees – это ассоциация, куда каждая коммуна, располагающаяся в Трех долинах, делает свой взнос, а ассоциация продвигает Три долины как единую зону катания. У нас единый ски-пасс на три долины.

– И все?

– Это уже немало (улыбается). Каждая станция продвигает себя и Три долины как единую зону катания. Когда я еду, например, в Лондон, я рассказываю обо всех наших зонах катания.

– Вы, как и другие курорты, по-прежнему работаете с туроператорами. Но насколько интернет-каналы продаж меняют ваш бизнес?

– Каждый год в конце января [Агентство по развитию туризма во Франции] Atout France организует большую выставку Grand Ski, на которую съезжаются туроператоры, специализирующиеся на горнолыжном туризме, со всего мира и где представители всех курортов рассказывают о себе. И каждый год я вижу, как туроператоры исчезают. Клиенты уходят в интернет – на Expedia, Amazon и проч. У нас есть собственная система бронирования [book.valthorens.com] – и она лучшая в Альпах по обороту и доходности. Но мы не знаем, насколько долго такая ситуация сохранится.

Валь-Торанс

Горнолыжная станция в коммуне Бельвиль в департаменте Савойя, регион Овернь-Рона-Альпы

Коммуна Бельвиль образована 1 января 2016 г. в результате слияния коммун Сен-Мартен-де-Бельвиль и Виларлюрен, объединяет 24 населенных пункта.
Население (на 1 января 2017 г.) – 3067 человек.
Территория – 170 кв. км.

– Баланс разных категорий туристов в Валь-Торансе – богатых, среднего класса, студентов и проч. – вас устраивает или хотите его в какую-то сторону менять?

– Мы курорт спортивный и неформальный, здесь вы можете одеваться так, как считаете нужным, а не так, как вам навязывает общественное мнение. Показная роскошь – не наш стиль. А рост цен, если он происходит, должен сопровождаться повышением качества услуг.

В Валь-Торансе четыре 5-звездочных отеля. Три новых – Koh-I-Noor, Pashmina, Altapura. И Fahrenheit7 – это один из старейших отелей Валь-Торанса, он раньше входил в группу Accor, назывался сначала Novotel, потом Mercure, а в прошлом году был реконструирован, после того как сменил собственников.

– Вы не только президент Агентства по развитию туризма Валь-Торанса, но и директор риэлторской компании Val Thorens Immobilier. Конфликта интересов не возникает?

– Бизнес по торговле недвижимостью я продал в конце прошлого года. Я еще на несколько лет останусь там советником, но никакого финансового интереса у меня больше нет. Два года назад у меня появились проблемы со здоровьем, и я решил, что пора остановиться. Так что бизнесом я больше не занимаюсь. Теперь моя главная работа – в Агентстве по развитию туризма и в компании – операторе подъемников и спусков SETAM – я возвращаю Валь-Торансу то, что он дал мне.

Валь-Торанс