«Хочу всем показать, что не воровал деньги и не выводил активы»

Микаил Шишханов рассказывает, что привело Бинбанк к санации, оценивает свои ошибки и обещает больше никогда не заниматься банковским бизнесом
Основной владелец, председатель совета директоров Бинбанка Микаил Шишханов /Валерий Левитин

Микаил Шишханов отказался фотографироваться для интервью – по нему видно, как трудно далась ему последняя неделя. Он в который раз прокручивает в голове историю Бинбанка, анализирует допущенные ошибки. Бинбанк второй из топ-15 по размеру активов российских банков, которому предстоит санация – вслед за «Открытием». Так же, как и «Открытие», группа Бинбанка пройдет процедуру по новой схеме – за счет Фонда консолидации банковского сектора (ФКБС). Шишханов обещает, что собственники вернут в банк активы более чем на 300 млрд руб. Этого должно хватить, чтобы закрыть дыру в банке исходя из предварительной оценки. Впервые регулятору придется иметь дело со строительным бизнесом – банку отойдет «Интеко» и часть активов А101.

Шишханов, по его словам, решил больше не заниматься банковским и регулируемым бизнесом и не собирается претендовать на 25% акций Бинбанка, если они даже останутся у старого собственника – как допускает закон при санации силами ФКБС. Он отказался бы от них в пользу своего дяди, владельца «Русснефти» Гуцериева, с которым вместе контролирует банк, поскольку сам их «не заслуживает». Он признает, что добил Бинбанк покупкой «МДМ банка», но не скрывает, что повторись история заново – он все равно бы его купил.

– Расскажите, как вы дошли до жизни такой – как вы пришли к этой ситуации?

– Вы знаете, за два дня уже столько раз пришлось объясняться.

– Мы же не на допросе. Вы расскажите свою историю.

– Эта ситуация сложилась по нескольким причинам. Ключевая – это экономическая ситуация в стране в целом, с учетом геополитических противостояний. Кроме того, категорически поменялся надзор со стороны Центробанка. Я на рынке с 1993 г., и тогда ЦБ многие вещи делал по-другому, а сегодня у регулятора поменялась идеология – она стала совершенно другой. ЦБ очень жестко сейчас преследуют одну цель: все банки должны стать максимально прозрачными и понятными. Все-таки все эти нововведения – «Базель III», буферы по капиталу – жестко ударили по российским частным банкам. У частных банков нет того объема поддержки, который есть у государственных банков. Мы готовились с 2010 по 2013 г. – я объездил весь мир, смотрел, какие бизнес-модели выбрать, какие выбрать модели управления. На тот момент, в 2013 г., было две модели поведения – органический рост и рост за счет M&A. На тот момент точно никто не мог предположить, что экономика окажется в такой ситуации. Никто не мог предположить, что и ЦБ будет таким, какой он сейчас – в хорошем смысле, – т. е. жестким и последовательным. Я понимаю, что сегодня надзор это должен сделать, чтобы не стало еще хуже завтра. Вот, собственно, и все. Потом был Москомприватбанк – это сложнейшая сделка.

Вы видите часть этого материала
Подпишитесь, чтобы дочитать статью
Подарки за годовую подписку