Последний рыцарь или театр как донкихотство

Е сли название «Дон Кихот» вызывает у вас воспоминания о наивном рыцаре, его верном оруженосце и прекрасной Дульсинее Тобосской, то оставьте их на входе в МХТ им. Чехова. Вас ждет спектакль о том, как экспериментальный советский театр 1930-х ставит пьесу по роману М. Сервантеса и сталкивается с конкуренцией идейных постановок того времени. Матрешка, которая кусается — никак иначе это не назвать.

Весной 1937 года Михаил Булгаков, чьи пьесы одна за другой подпадали под цензурный запрет, в очередной раз зарекся писать для сцены: «Мои последние попытки сочинять для драматических театров были чистейшим донкихотством с моей стороны. И больше я его не повторю». Однако уже под конец года он согласился на предложение Вахтанговского театра сделать инсценировку знаменитого романа Сервантеса. Заказчики приняли пьесу на ура и стали восторженно обсуждать потенциальных режиссеров, задумываясь даже о В. Мейерхольде. Но реальность была жестока, как и сам 1937 год, романтические пьесы уступали место в афише спектаклям о вождях революции, так что постановка вышла уже после смерти драматурга в 1940 году.

«Дон Кихот» — спектакль в спектакле, рассказывает как в 1937 году ставилась инсценировка романа Сервантеса, сделанная М. БулгаковымА. Торгушникова / МХТ

В 2026 году отмечается 135 лет со дня рождения Михаила Булгакова, и «Дон Кихот» режиссера и сценографа Николая Рощина в МХТ им. Чехова приурочена к юбилею писателя. Уверен, что спектакль получит немало номинаций на театральных премиях: уже одна только сценография, ее многосложность и технические решения вызывает визуальный восторг. Огромные, как крановые балки, высотные конструкции, за которыми ряд за рядом идут картинки и пейзажи мест путешествий Дон Кихота. В эту машинерию встроены передвигающиеся кабины-гримерки, в которых актеры переодеваются на глазах у зрителя, и один и тот же актер за пару минут превращается то в Дон Кихота, то снова в режиссера того самого советского театра.

Конечно, это спектакль о Михаиле Булгакове. Про то, как творец ищет путь в эпоху политических запретов. Про то, что в 1937 году любое искусство было донкихотством. Николай Рощин использует документы эпохи — например, речь В. Мейерхольда на конференции 1939 года. И этот монтаж текстов, где Сервантес спорит с Главреперткомом, а Булгаков переглядывается с Мейерхольдом, создает то самое «четвертое измерение», за которое зритель любит большой театр. Быстро понять, где заканчивается Дон Кихот и начинается сцена из жизни советского театра, порой не сразу возможно, и ты поражаешься, как много параллелей можно провести между эпохами.

Дон Кихот — это рыцарь, который не может победить, потому что победа в этом мире хуже пораженияА. Торгушникова / МХТ

Илья Козырев в роли Режиссера и Дон Кихота — фигура трагическая. Его герой не смешон: он экстравагантен, он одержим и идет к победе, но отказывается от нее в последний момент. И это, пожалуй, главный нерв спектакля. Рыцарь, который не может победить, потому что победа в этом мире хуже поражения.

Иван Волков (Санчо Панса и Актер) здесь не просто «верный оруженосец», а соавтор всего действия. Волков, кстати, написал музыку к спектаклю, и она звучит как ироничный, но добрый голос из-за кулис.

Удивительно, но главная героиня здесь — труппа. В спектакле заняты восемь ведущих актрис МХТ, и это, надеюсь, не пасхалка к другому спектаклю театра. Ирина Пегова, Вера Харыбина, Янина Колесниченко, Юлия Чебакова, Ульяна Глушкова, Полина Романова, Ксения Теплова и Владислава Сухорукова — каждая играет от четырех до семи ролей. Они то монахини, то каторжницы, то дуэньи и даже похоронщики.

В спектакле занято восемь ведущих актрис театра и играет от четырех до семи ролейА. Торгушникова / МХТ

На мой взгляд, у Николая Рощина с подачи Михаила Булгакова получилась история не про рыцаря, сражающегося с мельницами. Это история про театр, который сражается с пустотой. И про людей, которые до последнего стремятся победить, но в итоге выбирают свой путь. Потому что в этом мире, как и в том, булгаковском, это единственное, что остается. С мечом, с Санчо и с верой в то, что искусство сильнее страха.