Путевка в смерть
Новый обрусевший роман супервостребованного французского писателя-провокатора Мишеля Уэльбека отдает той же болезненно-страшной горечью, что и предыдущая его книжка "Элементарные частицы". Однако от мартирологического манифеста "Частиц" "Платформу" отличает куда более светская и бодрая структура повествования - большей частью это крайне уютное, местами просто забавное чтение. Но, разумеется, только местами. Лирический герой "Платформы", сорокалетний лысеющий чиновник министерства культуры по имени Мишель, хоронит нелюбимого отца, ни за грош убитого арабским подростком, и, чтобы развеяться, приобретает себе турпутевку в Таиланд, где вдумчиво гусарит с проститутками и тихо пьет. В той же чудесной стране он знакомится с молодой женщиной по имени Валери. По возвращении в Париж они начинают спать вместе и даже любить друг друга. Валери 27 лет, она нежна и богата, она работает в туристическом бизнесе. Счастливый Мишель предлагает ее конторе учредить под вывеской "галантный туризм" некую спасительную для неудовлетворенного западного мира негоцию - а именно открыть сеть секс-клубов в странах третьего мира, где уставшие от денег и нуждающиеся в сексе европейцы могли бы на законных (all inclusive!) основаниях наслаждаться плотью нуждающихся в деньгах и не имеющих проблем с сексом цветных девиц. "Меня ты поймешь - лучше страны не найдешь". Эта идея производит эффект разорвавшейся бомбы - хмурый антиисламист Уэльбек фактически предсказал трагедию на Бали. "Платформа" - это роман про крушение утопии как в личном, так и в общечеловеческом масштабе. Единственный, по Уэльбеку, способ затмить человеческие страдания - это секс. (Не любовь, потому что любовь в книгах М. У. - это скорее послевкусие секса.) Жить - значит "время от времени заниматься любовью, пока всему не придет конец". Но секс стал несбыточен. По одним причинам - для героя, по другим - для всего остального мира. В принципе, и в "Частицах", и в "Платформе" Уэльбек пестует лишь одну (и не то чтобы оригинальную) мысль - человек смертен и он несчастен. Эту максиму он расцвечивает упоительными в своей ненужности подробностями, которые и принесли ему (более чем заслуженно) славу крупного прозаика. В "Платформе" Уэльбек вообще зарекомендовал себя отменным бытописателем-сатириком. По касательной он проходится по всем нелепостям современного мира - от романов Джона Гришема до маек группы Rage Against The Machine. В "Платформе" дико интересно читать даже псевдоисторические пассажи про кхмерские царства и тайскую экономику (как говорят недруги писателя, эти тексты просто переписаны из соответствующих туристских путеводителей - что же, так оно даже лучше).
И Уэльбек не пишет - он констатирует. В его смертоносно-порнографических откровениях нет ни тени вызова, ни грана юродства. Его трезвая и смурная проза - сущая пытка для критиков, потому что к ней решительно нечего добавить. Разве что - "О да, Мишель, именно так дела в большинстве случаев и обстоят". Некоторое развитие получает центральный мужской образ. Если герой романа "Элементарные частицы" Брюно был жалок до отвращения, то Мишель из "Платформы", по большому счету, демонстрирует весьма мужское поведение. Он вовсе не гаденький сластолюбивый тайванчик. Мишель - немногословный, нежадный, неглупый, доблестно высказывающий довольно опасные для здоровья суждения, прицельно оценивающий жизнь и себя в ней ("без таких, как я, можно запросто обойтись") и, наконец, честно любящий женщин - не самый убогий набор качеств. Проделки уэльбековского героя элементарны и трогательны - похищает с пляжа журнал ELLE, напивается и засыпает в самый неподходяще-романтический момент, жалеет лесную тайскую обезьяну. В последовательном мракобесии Мишеля есть крохотный крен в сторону героев детских сказок, а конкретно - обитателей Муми-дола, он нечто среднее между Снусмумриком и Ондатром. Естественно, в "Платформе" этот теплый флер быстро разрушается. Его ломают те вещи, от которых обычно гибнет и детство как таковое, - секс и смерть.