Мнения
Бесплатный
Статья опубликована в № 2083 от 04.04.2008 под заголовком: От редакции: Портфель следствия

От редакции: Портфель следствия

Отстранение от должности крупных чиновников Следственного комитета прокуратуры (СКП), взаимные упреки комитета и Генпрокуратуры, утечки имен подозреваемых в громких нераскрытых делах говорят о том, что кризис правоохранительной системы разрастается. Дело уже не ограничивается разговорами о миссии органов, как минувшей осенью во время противостояния ФСБ, наркоконтролеров, следователей и прокуратуры. Теперь возник системный вопрос. Представители важнейших правоохранительных ведомств страны – МВД, Генпрокуратуры и Госнаркоконтроля публично спорят о целесообразности создания российского аналога ФБР – органа, объединяющего следствие всех силовых структур. Глубокие противоречия между организациями, которые по духу и букве закона должны не только контролировать коллег, но и дополнять их усилия, подрывают доверие к правоохранительным органам.

Противостояние между отечественными спецслужбами вызвано многими причинами. Общеизвестное желание Юрия Чайки вернуть то, что он считает своим – следствие, и ревность генпрокурора к аппаратным успехам начальника СКП Александра Бастрыкина играют в конфликте не самую важную роль. Противоборство обострилось по политическим причинам. В России контроль над правоохранительными органами всегда был важным ресурсом решения политических и корпоративных конфликтов. Следственный комитет прокуратуры – орган с особыми полномочиями. С момента создания летом 2007 г. его работники получили право арестовывать подозреваемого и его имущество без санкции прокурора. Если прокурор не дает согласия на возбуждение дела или отказывается передавать материалы в суд, следователь или его начальник могут обжаловать отказ у вышестоящего прокурора или в суде. Не случайно, что в ведение СКП были переданы большинство громких дел прошлых лет – об убийстве журналистов Анны Политковской и Юрия Щекочихина, дело «Трех китов» о контрабанде, где фигурируют высокопоставленные сотрудники ФСБ. Сотрудники СКП начали и новые дела – против заместителя министра финансов Сергея Сторчака и генерала наркоконтроля Александра Бульбова. В период передачи власти контроль за деятельностью Следственного комитета и органами следствия других силовых структур, кадровыми перемещениями в них становится важным инструментом влияния на политические и экономические процессы.

Обострение межклановой борьбы за ключевые посты неизбежно продлится до того, как будет создана новая система сдержек и противовесов.

Впрочем, проблема, похоже, еще глубже. Когда Дмитрий Козак в 2001–2002 гг., работавший тогда заместителем руководителя кремлевской администрации, предложил создать отечественный аналог ФБР – Федеральную службу расследований, целью ее организации был демонтаж сталинской конструкции Генпрокуратуры. Объединив следственные органы и одновременно поставив их под надзор прокуратуры, инициаторы реформы надеялись вывести следователей из-под контроля местных и региональных руководителей, сократить участие следствия в политических и корпоративных войнах и тем самым уменьшить коррупцию. Однако пять лет назад экс-генпрокурору Владимиру Устинову удалось сохранить свое ведомство – в деле ЮКОСа государству нужно было сохранить следствие и надзор за ним в одних руках.

Сейчас сопротивление созданию «русской ФБР» происходит скорее по экономическим причинам. Собственное следствие вместе с оперативными подразделениями – главный рычаг реализации экономических интересов правоохранительных органов. Не случайно Бастрыкин стремился расширить оперативные полномочия службы собственной безопасности СКП. Изъятие следствия из правоохранительных ведомств означает снижение их «капитализации» на рынке неформальных услуг. Представители большинства правоохранительных ведомств, за исключением Генпрокуратуры и хранящей молчание ФСБ, по разным причинам отрицательно отнеслись к идее объединить следствие.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать