Два главных политических шага начала мая — кампания по выдворению Сергея Миронова из Совета Федерации и создание фронта имени Владимира Путина — хотя и готовились одной командой и имеют общую цель, по сути своей дезавуируют или, лучше сказать, дезактивируют друг друга.
Путинский фронт тоже вроде бы приближает яркую победу. Одно дело чиновники на всех местах обеспечивают указанный пока еще президентом Дмитрием Медведевым равный доступ партий к СМИ и к сердцам избирателей и не позволяют слишком нахально вбрасывать бюллетени и мухлевать с протоколами. А если мухлюют, то тот же Миронов может их осадить через ЦИК или Верховный суд (как уже бывало). И тогда — в беспартийной Кировской области «Единая Россия» получает результат, отражающий ее реальную популярность: 37% (а у КПРФ — 34%).
Внешне выглядит все очень стройно и логично. Путин решил идти на выборы, побеждать с разгромным счетом и любой ценой. Фронт — слово не случайное. На войне как на войне — врагов (или даже оппонентов) не щадят, союзников загоняют в единую колонну. Непопадание «Справедливой России» в Госдуму, которое уже открыто пророчат единороссы, или попадание в виде мини-фракции (один-два мандата) предоставит к перераспределению между победителями лишних 40 мандатов, из которых около 30 достанется единороссам — и, возможно, именно эта прибавка позволит получить желанное конституционное большинство. Кроме того, партия власти лишается яркого критика — выступления того же Миронова в роли рядового гражданина, а не третьего человека в государстве вряд ли кого-то будут волновать и цитироваться всеми СМИ и информагентствами.
Другое дело, когда по всей стране звучит команда: «Все для Фронта (им. Путина), все для победы!» Тут уже ни о каком равном доступе, ни о каких ограничениях по вбросам и «каруселям», ни о какой видимости конкурентной борьбы не может быть и речи. Сити-менеджеры, главы управ, избиркомовские функционеры и теленачальники отныне знают, как действовать, без оглядки на непонятные установки действующего президента.
Есть, возможно, еще одна связь между двумя событиями. Путин выразил желание, чтобы во Фронт вступили и другие партии. А они не вступают (разве что «патриоты»). Не исключено, что в первоначальных схемах (а по утверждению Глеба Павловского, недавно переставшего быть советником администрации президента, фронт был придуман им еще пару лет назад) в этой структуре было место и для Миронова, а может, и для «Правого дела», и тогда возникала ситуация, близкая к тому способу, что некогда использовался при выдвижении в президенты Медведева. Но Миронов ушел в отказ (наверное, сослался на товарищей по партии, которые «не поймут»), объявил на съезде, что не поддержит выдвиженца от «Единой России», будь то сам Путин, Фронт выходит каким-то очень однобоким, а лидер эсеров получает расчет.
Путин недавно употребил словосочетание «мозговые штурмы». Понравилось оно ему. Нет сомнения, что эти два хода (о всей многоходовке мы узнаем ближе к декабрю) вырабатывались в результате долгих ночных мозговых штурмов с участием Путина, Суркова, Володина. Они продумали многое, смелости их замыслов можно поаплодировать. Но все-таки одна явная несуразность имеется. Нельзя имитировать общероссийское единение и одновременно безжалостно расправляться даже не с врагами, а с потенциальными попутчиками. То есть, конечно, при Сталине и еще даже при Брежневе это было возможно. Но теперь другая эпоха: массового страха все-таки нет. Есть массовый пофигизм, но и массовое раздражение, а в думающем слое — массовое неприятие. Пусть этот слой тонок, но он активен, а интернет — идеальный усилитель для самого тихого голоса, особенно если это глас вопиющего в пустыне.
В том, как демонстративно высекли недавнего товарища и земляка Путина (даже если Миронов каким-то чудом уцелеет), есть повод и фактор для единения оставшейся оппозиции (и вообще несогласных всех мастей) гораздо более мощный, чем обзвон из кремлевских и белодомовских приемных приближенных к единороссам общественников. Одно дело — вяло поругивать «партию жуликов и воров». Другое дело — идти на выборы как на войну, раз уж Путиным избрана такая приближенная к боевой терминология. За линией фронта, столь решительно очерченной Путиным и Сурковым, может оказаться гораздо больше сил и ресурсов, чем они предполагали. Миронов — не такой хилый политик, как кому-то привиделось. Да и Медведева в путинскую армию, судя по всему, никто не приглашал. А он ведь еще целый год - верховный главнокомандующий. Как бы не вышло у Путина войны на два фронта. Кто не с нами — тот против нас. Не так ли говорили идеологические учителя Владимира Владимировича?
Одним словом, выборы могут оказаться не столь линейными, как это нарисовали креативные менеджеры в ходе ночных мозговых штурмов. Во всяком случае тем, кто решился на объявление войны, не стоит ждать быстрой капитуляции. Особенно в ситуации, когда их противникам уже нечего терять.