Моему старшему ребенку 14 лет. И он – вот неожиданно! – начал иногда интересоваться политикой. В 2030 г., если в марте состоятся выборы президента, проголосовать он еще не успеет. А в 2031-м, если будут вовремя выбирать депутатов десятого созыва, он, судя по всему, пойдет на избирательный участок.
Поэтому следить за его рассуждениями и изменениями его взглядов на нашу работу весьма любопытно. Особенно любопытно с учетом того, что нынешняя избирательная кампания вряд ли войдет в историю как яркая. По крайней мере, в части публичных заявлений большинства кандидатов и партий. Прямо скажем, бывало так, что они приковывали больше внимания.
Конечно, мы это понимаем: дело не в кандидатах, не в партиях и не в их политтехнологах. Те, от кого это требуется, все так же работают в своей электоральной нише. Но вот время сейчас – особенное. Интригу на выборах, а вернее, вокруг них, теперь спасают не столько те, кто должны быть фронтменами во время кампании, а технологии.
Вот – волны нейроконтента против представителей власти. Вот, совершенно неожиданно, – порыв народной любви к уважаемой, но сведенной к состоянию секты партии. Или, например, нейрокоммунисты, которые до крови борются с плохими чиновниками...
Все это не стыкуется с реальностью. Той, где партийные функционеры крайне ограничены в высказываниях. А переход красных линий у них не в приоритете. Время особенное.
В результате агитпроп делает скачок. В интернете, том самом, что «живет», например, мой ребенок, сформирована особая виртуальная реальность. Там молодцы те, за кого бросили побольше штампованного контента. И негодяи те, с кем воюют виртуальные герои.
Конечно, «аватарки» были всегда. И образ не всегда стыковался с реальностью. Да даже лет 10 назад рисованные Миронов и Зюганов устраивали «рэп-батлы». А еще раньше закидывали избирателей газетами (кто-то делает это и сейчас).
Производство нейроспама набирает промышленный масштаб. И от того, кто (и по какую сторону границы) хорошо будет владеть этой технологией, зависит и поведение будущих избирателей – что в 30-м, что в 31-м году. Я не сомневаюсь, что есть специалисты, занятые этим вопросом.
Ну а если реальные кандидаты и партии не научатся хоть что-то говорить, то ситуация будет весьма увлекательной. Главным образом возникнет вопрос: с кого, из чьих идей лепить виртуальный аватар? Потребуется ли такой образец?
Когда я впервые голосовал, в те же самые 19 лет, таких проблем как будто не было. Да и соцсетей тоже.