Вертикаль разболталась: чудеса с приговором Данилкина

Итак, тайное становится явным. Помощница судьи Данилкина призналась: приговор Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву писал не он, приговор спустили «сверху» и надавили на судью, чтобы он подмахнул и зачитал.

Тенденция, однако, как сказал бы Михаил Леонтьев, если бы имел манеру говорить неприятные для Кремля вещи. Именно Леонтьеву принадлежит замечательная формула: «минимально необходимый объем репрессий». Речь шла о первом приговоре Ходорковскому и о том, что одного олигарха посадили для отстрастки других и во имя окончательной победы путинской вертикали. С тех пор прошло пять лет, в Кремле сменилась власть, а вертикаль, похоже, начинает разбалтываться.

Один за другим «системные» или «околосистемные» люди признаются, что на них надавили или их ввели в заблуждение. Каются и говорят, что власть им больше не указчик. Артисты-единороссы Анастасия Волочкова и Александр Буйнов переживают, что одобряли приговор Ходорковскому, причем Волочкова торжественно выходит из «Единой России». После чего передачи про нее снимают с «Первого канала» и НТВ, а она объясняет, что сделано это по указанию куратора единороссов Владислава Суркова.

То вдруг выпускающий передачи на том же «Первом канале» Леонид Парфенов клеймит позором руководителей этого и других центральных каналов. На этот раз его не только не снимают из эфира, но даже сам Дмитрий Медведев его цитирует в разговоре с теленачальниками.

То в каком-нибудь регионе вспыхивает бунт единороссов, которые торжественно покидают ряды партии власти. А иногда, хотя и реже, бунтуют и критикуют партию власти сами губернаторы.

Иногда же губернаторы не бунтуют, но как-то вдруг повально путают имя-отчество вождя: один обращается к президенту «Дмитрий Николаевич», другой — еще хуже: «Владимир Анатольевич».

То милиционер признается, что оговаривал участников «Маршей несогласных» под давлением, и его толи увольняют, толи не увольняют, а только проверяют.

Конечно, никакой жесткой связи между всеми этими эпизодами нет, у всякого свои мотивы. У кого-то выборы, у кого-то конфликт с начальством, а у иных просто склероз. Однако же есть общая атмосфера, которая на всех влияет — не в лучшую для укрепления вертикали сторону. Нет былого подобострастия, нет былого рвения, нет нависшего над всеми страха. Одним словом, оттепель. Которая, как и приговор Ходорковскому, была спущена, конечно, сверху. Ведь именно Медведев ввел моду на публичные дискуссии вместо быстрого и единоличного решения, именно он заговорил о равенстве партий в эфире, об опасности забронзовения партии власти и о путях преодоления застоя в политике. Все это слышат и интерпретируют, каждый на свой лад.

Тем не менее есть ощущение, что это никакая не весна, а именно оттепель после долгих заморозков — под ногами слякоть, с неба тоже что-то капает, толи снег, толи дождь, ориентиры размыты, и ждешь скорее нового похолодания, нежели дальнейшего потепления. А время года - зима. А Ходорковский сидит, и никто его выпускать не собирается. А «Единая Россия» всюду вне конкуренции. А несогласных разгоняют и арестовывают. А цензура на ТВ (судя по истории с Волочковой) только свирепеет.

А в целом — точно как с Химкинским лесом: пообсуждать уже можно, но поменять направление генеральной линии никак нельзя.

В каком-то смысле, в этом вся специфика первого срока Дмитрия Медведева, которую можно выразить одной короткой идиомой: мечтать не вредно.  

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать