Присоединение Крыма и противостояние Западу вернули россиянам потерянное чувство великой державы

Однако уже к лету поддержка власти может сильно упасть, предупреждают социологи
Alexander Zemlianichenko / AP

Россияне сплотились вокруг присоединения Крыма и противостояния Западу, поскольку эти события дали им почувствовать великодержавность страны, потерянную после развала СССР. К таким выводам пришли социологи на конференции «Левада-центра», посвященной подведению итогов 2014 г.

Директор «Левада-центра» Лев Гудков отметил, что год стал богатым на события, порожденные крахом режима Януковича, санкциями и контрсанкциями, экономическим кризисом и мерами по защите режима. В общественном мнении важнейшими событиями стали: обвал рубля, референдум в Крыму и присоединение полуострова, снижение цен на нефть, смена режима на Украине. Присоединение Крыма вызвало мощный подъем консолидации, напоминающий время прихода Путина к власти, отметил Гудков, - удивительно, что эта консолидация проходила на фоне длительного падения уровня доверия к власти и недовольства ею. Однако это недовольство сменилось резким подъемом и реанимацией имперских патриотических настроений. Сопротивление аннексии Крыма было только у 7% россиян, тогда как большинство людей были в эйфории.

Сейчас почти 80% россиян говорят, что страна возвращает свои позиции великой державы, подчеркивает Гудков: «В момент распада СССР одним из самых сильных переживаний была травма распада великой державы, потеря идентичности. И перед приходом Путина, когда ощущение деградации страны усилилось, на фоне ожидания прихода авторитарного лидера массовое сознание выдвигало к нему два требования - выход из экономического кризиса и восстановление уровня жизни (75% россиян) и восстановление статуса великой державы (65%)».

Власть в России по-прежнему воспринимается коррумпированной и мафиозной, тем не менее одобрение Путина после присоединения Крыма носило мощный характер. Это Гудков объясняет тем, что на поверхность вышел «ущемленный советский человек, зависимый, лукавый, научившийся приспосабливаться к репрессивному государству, обманывающий его, ксенофобский, агрессивный и нуждающийся в символах власти и в насилии для самоутверждения». Россияне думают, что Россию, которая демонстрирует насилие, стали уважать, а антизападная реакция воспринимается не как правовая, а как свидетельство признания силы России и стремление ее унизить, говорит директор "Левада-центра".

После падения рубля произошел некий спад эйфории, однако это почти не сказалось на поддержке Путина и антизападного курса, говорит Гудков: «Режим, устранив все возможности политической дискуссии, лишил массовое сознание возможности представлять другие интерпретации и точки зрения - отсюда и всплывают самые отработанные формы коллективной идентичности». В итоге массовое сознание пока будет консолидироваться вокруг антизападных настроений, но к лету поддержка власти сильно упадет, однако других конструкций реальности нет, указывает Гудков, - ситуация будет меняться медленно и болезненно.

Политолог Николай Петров отметил, что после событий на Болотной площади 6 мая 2012 г. режим выбрал курс на мобилизацию, что привело к необратимым последствиям - военной мобилизации, авторитарности, выбору в пользу национального государства, жесткой власти и ориентированности на Китай. «Источником легитимности в таком режиме является царь и та власть, которую он передает своим назначенцам, усиливается политическая пустыня, поскольку нет альтернатив, а с уходом Путина утрачивается политический ландшафт. Сейчас страна является заложником режима, режим является заложником лидера, а лидер является заложником своих решений - никогда раньше Путин не ставил себя в ситуацию, когда отыграть назад невозможно и нельзя изменить стратегию», - отмечает эксперт. Власть продолжит некоторое время кормить людей риторикой, а потом перейдет к репрессиям, поскольку иначе она рухнет. Однако Петров дает ей на существование полтора-два года: к существующим проблемам - ситуации на Кавказе, управленческому кризису и деградации инфраструктуры - добавились риск падения легитимности, обострение внутриэлитных конфликтов, рост социальной напряженности и проблема востока Украины. Прогнозировать, что будет после краха режима, сложно: та сила, которая успеет схватить власть, окажется в выигрыше. Политолог видит три таких силы - радикальные националисты, спецслужбы и лидер персоналистского режима Рамзан Кадыров.

Под влиянием присоединения Крыма произошел беспрецедентный рост доверия к властям, отмечает эксперт «Левада-центра» Марина Красильникова, вместе с этим повысились оценки того, как будет развиваться экономика страны. Однако уже в мае 2014 г. эти оценки стали падать - при росте одобрения деятельности власти. По словам эксперта, самый большой завал произошел с ожиданиями россиян - в декабре 2014 г. этот индекс стал хуже, чем когда-либо. Кроме того, впервые с середины 1990-х гг. индекс потребительских настроений в декабре упал на 10%.

Социолог Алексей Левинсон рассказывает, что участники фокус-групп, которые он проводит, могут после нескольких заданных вопросов перейти от позиции «в Крыму военных не было» до позиции «Россия незаконно захватила Крым». А то, что у россиян есть и такая позиция, не учитывается властями и СМИ. Сейчас изменилось отношение между тремя контрагентами - властью, народом и "чужими", говорит Левинсон. «Чужими» являются Запад и «пятая колонна», Путин дистанцировался от них и говорит со «своими», отмечает Левинсон: «Он как бы говорит, что есть формальный мир, который основывается на правах и соблюдении закона, а есть мир человеческих отношений, основанный на помощи своим». Однако Путин не учитывает, что взгляды этого «чужого» есть, по сути, в тех 84%, что его поддерживают, добавляет социолог.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать