Архитектура независимости

За последние годы российские производители телеком-оборудования смогли разработать собственные решения для операторов связи, поставили несколько тысяч базовых станций и заключили форвардные контракты на сумму свыше 100 млрд руб. Сейчас компании думают об освоении рынков других стран, что может принести им дополнительные $2 млрд.

Российская телекоммуникационная отрасль столкнулась после 2022 г. с серьезными вызовами. Десятилетиями архитектура отечественных сетей связи строилась на решениях глобальной большой тройки поставщиков оборудования – Ericsson, Nokia и Huawei. В 2020 г. рынок был почти тотально импортозависимым, иностранные компании контролировали более 90%, писал РБК со ссылкой на данные NeoAnalytics. Их одномоментный уход поставил перед индустрией задачу в кратчайшие сроки создать с нуля производство оборудования операторского класса.

Первым и самым болезненным вызовом стал кадровый голод: требовалось значительное число узких специалистов в разных отраслях – от микроэлектроники до радиоэлектроники и кибербезопасности. В том числе, по данным базового центра подготовки кадров при Минпромторге, в 2025 г. микроэлектронике не хватало свыше 5000 специалистов. Ощутимые сложности возникли и из-за особенностей тестирования и производства оборудования. Базовая станция сотовой связи – это устройство, которое должно годами бесперебойно работать в сложных погодных условиях и при этом быть устойчивым к электромагнитным помехам. Для проведения полноценных испытаний требуются специальные камеры, экранирующие радиоизлучение, климатические лаборатории и вибростенды. Это достаточно дорогостоящее оборудование. Например, стоимость безэховой экранированной камеры производства НТЦ «Прибор» составляет от 10 млн до 90 млн руб.

От университетского стартапа до промышленного конвейера

России срочно потребовалось вырастить собственных производителей. Многие лидеры мирового телеком-рынка вышли из университетских стартапов – например, американская Cisco была основана двумя сотрудниками Стэнфордского университета.

Россия пошла по похожему пути. Проект, позднее ставший российской компанией «Иртея» и вошедший в контур оператора МТС, был создан на базе Сколковского института науки и технологий («Сколтех»). Команда исследователей занималась математическими моделями беспроводной связи, а позже разработкой и производством оборудования для сетей мобильной связи, прежде всего базовых станций 4G/5G на основе открытой архитектуры OpenRAN.

Особенностью стратегии «Иртеи» стал отказ от простой сборки в пользу создания глубоко интегрированного комплексного решения. Компания взяла на себя разработку как программного обеспечения, так и аппаратной части – прежде всего на основе отечественной компонентной базы, уточняет представитель компании.

Так, для производства вычислительных модулей было налажено сотрудничество с российским заводом «Резонит». Результатом партнерства стал выпуск в РФ печатных плат шестого класса точности. Технология, лежащая в основе плат, позволяет создавать сверхкомпактные и энергоэффективные телеком-решения, избавляя операторов от необходимости монтировать на крышах массивные железные шкафы с оборудованием, отмечает представитель «Иртеи». Чтобы базовые станции заработали в действующей сети без сбоев, разработчик состыковал новое оборудование с ядром сети, которое управляет вызовами, передачей данных, авторизацией абонентов и их перемещением между базовыми станциями. Партнером по этому проекту выступил российский IT-разработчик НТЦ «Протей».

Русификация вендоров

По оценке вице-президента «Ростелекома» Алеси Мамчур, общая потребность телеком-операторов в отечественных базовых станциях составит 700 000 к 2035 г., писали «Ведомости».

По данным Минцифры, операторы «большой четверки» – МТС, «Билайн», «Мегафон» и T2 – уже заключили форвардные контракты с отечественными производителями телеком-оборудования на сумму свыше 100 млрд руб. по итогам 2025 г. Это стало ответом на требование правительства, согласно которому с 2028 г. в России будет возможна установка базовых станций связи только российского производства.

Как сообщили в ведомстве, открытые тендеры МТС и «Билайна» на поставку в 2026 г. более 3000 базовых станций выиграла «Иртея» (помимо форвардных контрактов). Компания Yadro заключила с «Мегафоном» и «Билайном» контракты на поставку 1500 и 1000 базовых станций соответственно. По итогам 2025 г. общее количество базовых станций, в том числе отечественного производства, работающих в сетях российских операторов мобильной связи, увеличилось на 77 000 (на 6% больше, чем в 2024 г.) и достигло 948 000, сообщили «Ведомости. Инновациям и технологиям» в Минцифры.

МТС использует российскую продукцию в различных сегментах инфраструктуры, а также поддерживает и развивает проекты импортозамещения на основе партнерств и собственных компетенций, рассказывает представитель компании. С «Иртеей» у нее запущен проект по разработке, производству, эксплуатации и отладке в реальных условиях базовых станций LTE и 5G. Сейчас в сети оператора работает около 1400 базовых станций «Иртея», форвардным контрактом предусмотрена поставка до 2030 г. 20 000 базовых станций этого вендора. Недавно «Иртея» и МТС интегрировали с ядром действующей сети LTE новую базовую станцию 5G, которая взаимодействовала в сетевом окружении с базовыми станциями LTE других производителей. «Без такой интеграции запуск отечественных базовых станций 5G в существующих сетях российских операторов будет невозможен. В ближайшее время мы планируем закупить несколько сотен базовых станций 5G «Иртея», работающих в новом диапазоне 4,9 ГГц, для развертывания скоростных сетей пятого поколения», – рассказал вице-президент по телекоммуникационной инфраструктуре МТС Виктор Белов.

Кроме систем радиодоступа компания внедряет российские решения на различных элементах сети. Так, с 2023 г. НТЦ «Протей» создает пакетные ядра для выделенных сетей Private LTE (частная сотовая сеть), которые МТС строит для корпоративных заказчиков. «С 2025 г. мы начали второй этап крупного проекта стоимостью более 22 млрд руб. по модернизации транспортной сети в России – до конца 2028 г. компания полностью обновит транспортную инфраструктуру в 29 регионах страны с заменой иностранного оборудования на продукцию российского производителя «Бифорком тек», – делится планами Белов. В 2025 г. команда разработала сервисные маршрутизаторы BRAS/BNG для управления и агрегации пользовательского трафика фиксированного интернета на транспортной сети, добавляет он. Это решение в виде ПО на доступных серверах, по его словам, постепенно заменяет иностранное оборудование в регионах России.

Долгое время индустрию рассматривали сквозь призму розницы – тарифов и абонентских баз, рассуждает директор по развитию компании «Протей» Анна Гридякина. Но телеком – это не единый рынок, а мобильные и фиксированные сети, корпоративные коммуникации, магистраль, технологические контуры с разной экономикой и рисками, добавляет она.

«Сегодня коммерческая логика оказания услуг частным лицам (b2c) сталкивается с императивами критической информационной инфраструктуры (КИИ). Требования ФСТЭК, Минцифры и ФСБ стали главным бюджетообразующим и архитектурным фактором. Оператор связи теперь в первую очередь субъект национальной безопасности и только во вторую – коммерсант, продающий гигабайты», – говорит Гридякина. По ее словам, для массового потребителя ключевыми остаются цена, покрытие, скорость, но для стратегических потребителей – органов власти, объектов КИИ, промышленности – вопрос иной: какие риски продукт купирует. Телеком – критически важная продукция, которая должна быть контролируемой, управляемой, созданной и воспроизводимой в России, резюмирует эксперт.

Первое и главное преимущество для операторов от импортозамещения – управляемость жизненного цикла, рассуждает генеральный директор АНО «Университет предпринимателей» Николай Долгих. Сервис, обновления, поставка комплектующих, сроки – все это вернулось в единое правовое и логистическое поле. Риск внезапного прекращения поддержки, с которым отрасль столкнулась в 2022 г., снят, говорит он.

Еще одно преимущество, по мнению Долгих, в том, что изменилась сама роль оператора. Ранее он выступал покупателем готового продукта и мог влиять на дорожную карту глобального вендора в крайне ограниченной степени. Сегодня оператор фактически стал соразработчиком: требования к функциональности формулируются здесь, обратная связь доходит до разработчика за недели, а не за годы. Для рынка это качественный сдвиг: появляется возможность строить сеть под собственные сценарии, а не адаптировать сценарии под чужую архитектуру, отмечает эксперт. Кроме того, снижение валютных, логистических и санкционных рисков в закупках, отказ от схем параллельного импорта с непредсказуемой стоимостью владения тоже пошли на пользу отечественному рынку, говорит Долгих.

«Телеком сегодня, пожалуй, самый наглядный работающий пример модели: гарантированный спрос + длинный контракт + глубокая кооперация заказчика с разработчиком», – отмечает Долгих. Эта связка применима далеко за пределами связи – в беспилотных авиационных системах, приборостроении, новых материалах, добавляет он. «Мы в «Университете предпринимателей» разбираем этот кейс с командами именно как модель: он показывает, что технологическая компания растет не столько от грантовой поддержки государства, сколько от предсказуемого заказчика», – поясняет эксперт.

Российские производители в крайне сжатые сроки научились производить базовые станции, ядро сети и системы хранения данных, рассуждает генеральный директор агентства TelecomDaily Денис Кусков. Но при этом активно используются наработки других стран как на аппаратном, так и на софтверном уровне, отмечает эксперт. Также часть комплектующих завозится по параллельному импорту, так как в России, по его словам, их делать не умеют. «Это огромный шаг вперед, но по-прежнему необходимо работать над повышением уровня локализации продукции», – считает Кусков.

От латания дыр к глобальной экспансии

Узким местом в производстве телеком-оборудования является микроэлектронная компонентная база. Ряд наименований продукции по-прежнему необходимо покупать за рубежом. Как говорит гендиректор производителя микрочипов «Микрон» Гульнара Хасьянова, на данный момент до 70% активной электронной компонентной базы и свыше 80% пассивной электронной компонентной базы может быть заменено отечественными аналогами, однако возникает вопрос стоимости, так как российские производители пока не вышли на те объемы производства, которые позволяли бы конкурировать по цене с китайскими, корейскими и тайваньскими производителями.

Согласно исследованию Strategy Partners, по итогам 2025 г. объем рынка российских компонентов составил 113 млрд руб., к 2030 г. показатель вырастет до 524 млрд руб.

«Несколько лет назад государство и индустрия сделали первые серьезные шаги в восстановлении и перезапуске микроэлектроники в России: появились компании, способные производить печатные платы, налаживается производство микропроцессоров, микроконтроллеров, микросхем памяти, СВЧ-электроники», – рассуждает Белов. По его мнению, предстоит еще многое сделать для производства базовых станций. В их аппаратной части есть три ключевых элемента, не выпускаемых российской промышленностью: процессор, занимающийся цифровой обработкой сигналов, мощные СВЧ-транзисторы в усилителях мощности базовых станций и радиотрансиверы, без которых невозможны прием и передача радиосигналов, отмечает вице-президент МТС. Отдельное направление – создание для базовых станций 5G активных фазированных антенных решеток, которые направляют радиосигнал в сторону абонентов в виде множества лучей, добавляет он.

«Разработка и налаживание серийного производства российских аппаратно-программных комплексов для телекома – долгий этап. На восстановление и развитие российской микроэлектронной промышленности может уйти еще 10 лет при должной поддержке и финансировании», – резюмирует Белов.

Технологический суверенитет – не шильдик «Сделано в России» и не требование немедленно заменить все компоненты, добавляет Гридякина. Это, по ее словам, способность без внешнего разрешения воспроизвести, изменить и защитить критически важную технологию. «Нам нужно не перевезти поезд и поставить на рельсы, а создать его здесь – со своей инженерной логикой, документацией и компетенциями», – считает она.

Мировой опыт, в том числе пример Huawei, показывает, что инвестиции в разработку телеком-решений сложно окупить за счет продаж в одной стране, даже такой большой, как Китай, поэтому российские вендоры уже сейчас смотрят на рынки дружественных стран, говорит Кусков.

Год назад «Ростелеком» оценил экспортный потенциал российского телеком-оборудования к 2030 г. в 99 млрд руб., писали «Ведомости» в декабре 2025 г.

«Глобальный рынок базовых станций оценивается в $33–35 млрд, – отмечает генеральный директор «Иртеи» Дмитрий Лаконцев. – В этих условиях российские производители могут претендовать на объем около $2 млрд глобального рынка с учетом российского спроса, что эквивалентно доле в 5–6%». По мнению Лаконцева, этого уровня достаточно для выхода на устойчивую окупаемость и развития.