Как начинается холодная мировая война в сфере искусственного интеллекта

Госдеп США готовит ультиматум для нескольких десятков стран с требованием выбрать между американским и китайским лагерем в гонке развития искусственного интеллекта (ИИ). Согласно черновику документа, который впервые изучили журналисты агентства Reuters, страны – участники запущенной в июле инициативы КНР «Всемирная организация сотрудничества в области ИИ» (WAICO) будут исключены из альтернативной программы Pax Silica, продвигаемой США с 2025 г.

«Быть частью всего – значит не быть частью ничего. Подписание декларации Pax Silica – это не просто членство, а обязательство <...>. Его нельзя сохранять параллельно с участием в дублирующих инициативах, стремления которых противоречат нашим собственным», – предположительно говорится в документе, готовящемся в госдепе. В китайском посольстве в Вашингтоне журналистам заявили о неприемлемости «политизирования» торговых и технологических вопросов.

В Pax Silica участвуют 25 государств, организаций и территорий. Их основные цели включают сокращение вредоносных зависимостей, устранение проблем с технологическими цепочками поставок, защиту критически важных технологий, а также создание безопасной цифровой инфраструктуры.

В июне под эгидой Pax Silica 35 стран подписали Декларацию о возможностях применения ИИ (AI Opportunity Statement). Согласно документу, его подписанты разделяют «общую цель, общее видение инновационных экосистем и общую приверженность принципам надежного партнерства и технологического прогресса для содействия взаимному процветанию и экономической безопасности». Письмо-ультиматум, готовящееся в госдепе, будет направлено именно подписантам этого документа.

В китайской инициативе WAICO участвуют 38 стран, включая Россию, Иран, Бразилию, Кубу и Сербию. Такую цифру назвал министр иностранных дел Китая Ван И в своей статье, опубликованной 11 августа в газете «Жэньминь жибао». Согласно официальному сайту госсовета КНР, WAICO «направлена на содействие международному сотрудничеству и глобальному управлению в области ИИ, обеспечение того, чтобы ИИ был полезным, безопасным и справедливым, тем самым способствуя его здоровому и упорядоченному развитию на благо всего человечества».

Как подчеркивает Reuters, пока что единственным государством, являющимся частью обеих инициатив одновременно, остается Казахстан. Посольство страны в США не прокомментировало ситуацию. Проблемы американо-китайского соперничества и взаимодействия в сфере ИИ обсуждались президентом США Дональдом Трампом и председателем КНР Си Цзиньпином в мае в ходе государственного визита американского лидера в Пекин. Кроме того, в конце июля Трамп заявил о намерении повторно обсудить тему ИИ с китайским коллегой в ходе его ответного визита в США, который предположительно должен состояться в начале осени.

Согласно данным Национального экономического бюро США, в период с 2020 по 2023 г. Китай регистрировал в год в 4 раза больше ИИ-патентов, чем США: 183 302 против 48 197. Что касается количества научных публикаций, посвященных ИИ, то, по данным Statista на 2024 г., 17,76% были опубликованы в Китае, 11% – в Европе, 7,55% – в Индии, а 7,29% – в США. Число людей, получивших докторскую степень по научным направлениям, связанным с ИИ, в США – 4200, а в Китае – 6800.

В конце января 2025 г. технологические гиганты OpenAI, Oracle и SoftBank уже анонсировали совместный проект Stargate и пообещали инвестировать до $500 млрд в инфраструктуру развития технологии ИИ в течение ближайших нескольких лет.

Изначально американский подход к развитию ИИ строился на том, что бизнесу давалась максимальная свобода, а в Китае с самого начала было больше государственной поддержки и больше регулирования одновременно, объясняет основную разницу между китайским и американским подходами младший научный сотрудник ИСКРАНа Александр Щелоков. Но эксперт подчеркнул, что сейчас это немного изменилось: самые мощные американские модели были ограничены в выпуске из-за опасений Белого дома относительно безопасности. «США движутся в сторону большего контроля, тогда как Китай в целом сохраняет прежний курс. Есть еще Европейский союз. Своего сильного ИИ у них нет, зато они лучше всех выстроили законодательную рамку, которая полностью регулирует всю сферу», – сказал он.

При этом, считает Щелоков, США бесспорно лидируют в качестве передовых разработок и научных исследований, у них есть своя технологическая база. Китай же делает ставку на доступность. Он также подчеркнул, что соперничество Пекина и Вашингтона в сфере ИИ можно назвать новой холодной воной, хотя и полная аналогия не может быть точной. В случае с ИИ нет идеологии, так как страны выбирают технологии по прагматичным соображениям: цена, доступ, качество. «Никто не выбирает китайский ИИ потому, что симпатизирует коммунистической партии Китая. Сходство с холодной войной наблюдается в логике блокового противостояния. Однако большинство стран стараются сохранить отношения с обеими сторонами, и именно это сейчас раздражает Вашингтон больше всего», – сказал Щелоков. Он уточнил, что в будущем Китай с его производственными мощностями теоретически способен построить свою технологическую базу, освоить полный цикл производства чипов. Тогда, как и в случае телекомрынка, страны будут выбирать между китайскими и американскими технологическими протоколами.

Обе страны развивают и технологии, и правила, но США строят вокруг ИИ закрывающуюся экосистему доверенных партнеров, а Китай, напротив, продвигает модель более широкой международной кооперации, особенно через открытые модели, инфраструктурные проекты и институты для стран глобального Юга, говорит эксперт экспертного совета БРИКС – Россия Анна Сытник. Совокупное преимущество по ИИ остается у США, но Китай быстро сокращает разрыв по качеству моделей и значительно сильнее в масштабном промышленном внедрении, производственной базе, робототехнике и открытых моделях. «Поэтому сегодня уже нельзя говорить о безусловном американском технологическом превосходстве – скорее о двух разных наборах преимуществ», – сказала Сытник.

Эксперт согласилась, что ИИ-сфера – это полигон новой холодной войны, но назвала это противостоянием нового типа: борьба идет за ключевые ресурсы ИИ-эры: чипы, вычислительные мощности, данные, модели, стандарты, технологические альянсы и, конечно, таланты. Она также подчеркнула наличие главного признака блоковой логики – когда от третьих стран уже требуют не просто сотрудничества, а выбора одной технологической экосистемы и отказа от другой.

Сытник считает, что такой подход может оказаться для США контрпродуктивным, так как даже их союзники заинтересованы в сохранении пространства для технологической многовекторности. «Для стран Глобального Юга вопрос стоит еще острее. Поэтому интересно, увидим ли мы своего рода «движение неприсоединения 2.0» уже в технологической сфере. И, на мой взгляд, БРИКС потенциально мог бы стать платформой для такой позиции: не выбирать между двумя блоками, а отстаивать право на собственную технологическую стратегию», – резюмировала Сытник.