Бигтех вложит в ИИ около $800 млрд за год
Рост капзатрат несет финансовые риски для ИИ-лабораторий и застройщиков дата-центров, считают эксперты
Крупнейшие технологические компании в 2026 г. направят на финансирование ИИ-инфраструктуры почти весь операционный денежный поток и все активнее занимают на это деньги. Это создает финансовые риски для ИИ-лабораторий и застройщиков дата-центров, говорят эксперты
Запланированные капитальные расходы крупных технологических и облачных компаний продолжают стремительно расти: по прогнозу Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), они увеличатся примерно с $800 млрд в 2026 г. до $1,2 трлн в 2028 г.
Консенсус-прогноз ИИ-капзатрат с начала года вырос с $650 млрд до $800 млрд на 2026 г. и с $800 млрд до $1,1 трлн на 2027 г., говорится в обзоре J.P. Morgan Asset Management. По оценке компании, в 2026 г. капзатраты составят около 93% операционного денежного потока гиперскейлеров против 33% в 2023 г. Планы предполагают значительную прибыль в будущем, прежде всего у производителей полупроводников, но эти ожидания могут не оправдаться, предупреждает ОЭСР.
За последние 12 месяцев акции крупнейших американских технологических компаний показали разнонаправленную динамику, по данным ChartRow. Лидером стал Alphabet: его бумаги подорожали на 39,9%. Apple прибавил 32,8%, Nvidia – 26,7%, Amazon – 14,4%. Акции Microsoft и Meta
Сколько тратят на развитие
Согласно отчетности за II квартал 2026 г. четыре крупнейших гиперскейлера – Alphabet, Amazon, Microsoft и Meta
Техногиганты все активнее финансируют капзатраты за счет заимствований. С января по июль Amazon, Alphabet, Meta и Oracle разместили облигаций примерно на $194 млрд, почти вдвое больше, чем за весь 2025 год (данные Reuters на основе LSEG). Goldman Sachs в конце июля ожидал, что по итогам года выпуск пяти крупнейших гиперскейлеров, включая Microsoft, достигнет около $250 млрд, или примерно трети их капзатрат, а в 2027 г. – $400 млрд.
Вероятно, бигтехи ставят на то, что ИИ станет базовым элементом корпоративных процессов, как когда-то облака, говорит продуктовый директор «Спикатела» Сергей Самоукин. Масштабные капвложения в ИИ нельзя оценивать только по текущим доходам, считает операционный директор Yandex Cloud Александр Черников. Компании наращивают мощности с расчетом на будущий спрос и оправданность инвестиций зависит прежде всего от того, насколько быстро и полно удастся загрузить новую инфраструктуру, поясняет он.
При этом стоимость оборудования и стоимость использования ИИ меняются несимметрично, продолжает Черников. За последний год серверное оборудование подорожало в 4–5 раз, сильнее всего – высокоскоростная память и NVMe-накопители. Но облачные провайдеры распределяют затраты между большим числом клиентов и повышают эффективность вычислений за счет оптимизации моделей и инференса, поэтому для клиентов стоимость запросов может снижаться, даже когда оборудование дорожает, отмечает он.
Например, самостоятельное развертывание последней версии DeepSeek V4 Flash в минимальной отказоустойчивой конфигурации потребует около 120 млн руб. первоначальных инвестиций, приводит пример Черников. Чтобы стоимость токена приблизилась к средней цене в Yandex AI Studio, компании нужна нагрузка порядка 80–90 млрд токенов в месяц, указывает он. При нагрузке около 1 млрд токенов себестоимость будет примерно в 80 раз выше, поэтому собственная ИИ-инфраструктура экономически оправданна прежде всего при постоянной высокой загрузке, заключает Черников.
Окупаемость
Для безубыточности крупнейшим американским гиперскейлерам в ближайшие годы нужно около $300 млрд годовой ИИ-выручки, говорится в записке Goldman Sachs от 25 сентября. По оценке банка, при рентабельности инвестированного капитала 15% шести компаниям – Alphabet, Amazon, Microsoft, Meta, Oracle и SpaceX – нужно около $1,42 трлн совокупной выручки в 2028–2030 гг., чтобы оправдать ИИ-капзатраты 2026–2027 гг. Сами компании настроены оптимистичнее. Гендиректор Amazon Эндрю Джасси по итогам II квартала говорил, что серверы и сетевое оборудование окупаются чуть менее чем за три года при сроке службы не менее 5–6 лет.
Инвестиции традиционного бизнеса, бигтеха и полупроводниковых компаний окупятся, считает аналитик «Финама» Леонид Делицын. Под вопросом, по его словам, жизнеспособность таких компаний, как OpenAI: им может грозить судьба Netscape, которая надеялась продавать свой браузер по $45, пока Microsoft не начала распространять свой бесплатно. Так и сейчас токены китайских ИИ-платформ существенно дешевле американских, отмечает Делицын. «Не случайно главы OpenAI Сэм Альтман и Anthropic Дарио Амодей так активны в медиа, а Амодей даже ужинает с Трампом – им нужны и госзаказ, и господдержка», – говорит аналитик.
Риски пузыря
Рост мировых инвестиций в технологический сектор может привести к возникновению нового масштабного «финансового пузыря», говорил в ходе выступления в июне этого года на Петербургском международном экономическом форуме главный исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин.
По его словам, компании, связанные с ИИ, забирают значительную часть инвестиционных ресурсов в ущерб остальной части мировой экономики. Доля капитальных затрат технологического сектора США в общих инвестициях уже достигла рекордных 35%, хотя еще 15 лет назад она измерялась несколькими процентами, обращал внимание он. Доля 10 крупнейших американских технологических компаний на фондовом рынке США за последние 10 лет утроилась, превысив 40%, а после выхода на биржу компаний SpaceX, OpenAI и Anthropic этот показатель приблизится к 50%, отмечал Сечин.
«Очевидно, мир стоит на пороге крупнейшего в истории пузыря на финансовом рынке со времен железнодорожного бума в США в XIX в.», – сказал он.
Элементы пузыря на рынке есть, считает инвестиционный стратег «Гарда капитала» Александр Бахтин. Наибольшую тревогу, по его мнению, вызывает размер обязательств: по подсчетам WSJ, у крупнейших игроков они превышают $3 трлн, из них около $1,2 трлн – подписанные, но еще не вступившие в силу договоры аренды, которых пока нет на балансе. Второй фактор – взаимосвязанность сделок, когда «производители чипов, облака и ИИ-лаборатории одновременно и продают, и покупают друг у друга», отмечает эксперт.
Признаки приближающейся развязки, по словам Бахтина, стандартные: доля долга в финансировании капзатрат растет, а свободный денежный поток падает, компании откладывают строительство дата-центров и пересматривают договоры аренды, рост ИИ-выручки несколько кварталов подряд отстает от роста капзатрат. Тревожными сигналами, по его словам, станут также расширение спредов по связанному с ИИ долгу, проблемы у частных кредиторов, запасы у производителей чипов при сжимающемся портфеле заказов и волна ИИ-размещений по завышенным оценкам.
Сходство с доткомами эксперты видят прежде всего в логике «новой парадигмы». «Инвесторы правильно видят большие перспективы новой технологии, но смутно представляют себе, когда эти перспективы реализуются», – говорит Делицын. Бахтин напоминает историю с оптоволокном, когда в конце 1990-х гг. телекомы вложили в прокладку кабелей свыше $500 млрд, а после краха более 90% волокна простаивало.
Принципиальное отличие в том, кто платит, говорит инвестиционный банкир Илья Сушков: «Нынешний инвестиционный цикл ведут в основном высокоприбыльные компании с сотнями миллиардов долларов выручки и уже существующими клиентами. Поэтому более вероятен не крах ИИ, а жесткий отбор проектов и существенное снижение доходности части инфраструктурных инвестиций» – отмечает он. Спрос на вычисления реален, чипы распроданы, соглашается Бахтин, но «растущая доля долга сокращает это различие с каждым кварталом». Делицын видит еще одно отличие: венчурные инвесторы на Западе извлекли уроки из доткомов и концентрируют средства в 2–3 платформах, тогда как Китай делает ставку на конкуренцию нескольких «средневесов». По его мнению, пузырь ИИ может схлопнуться и тихо, как пузырь платформ гиг-экономики, если его перекроет следующая волна надежд инвесторов.
Кто пострадает
Первыми в случае реализации рисков пострадают компании, долги и обязательства которых не покрываются выручкой, считает Бахтин: ИИ-лаборатории с многомиллиардными контрактами на вычисления, арендаторы и застройщики дата-центров и их кредиторы. «Посмотрите на ту же OpenAI: контракты на десятки и сотни миллиардов при выручке в единицы или десятки миллиардов», – говорит он. Сушков тоже называет самым чувствительным звеном компании, оценка которых почти полностью построена на непрерывном росте спроса на ИИ-инфраструктуру: производителей оборудования, специализированные дата-центры и особенно компании с высокой долговой нагрузкой. Переоценка на рынке может произойти значительно раньше, чем проблемы появятся в отчетности, предупреждает он.
Производители чипов устойчивее, их выручка снизится быстрее всего, считает Бахтин. Сокращение бюджетов техногигантов сразу бьет по заказам, говорит он. Сами техногиганты получат списания и удар по оценкам, но выживут благодаря прибыльным основным бизнесам: рекламе, облакам, софту и e-commerce. В этом мнения экспертов сходятся: Делицын считает, что бигтех сохранит финансовую прочность и высокие темпы роста. Кризис вряд ли ограничится США, полагает Бахтин: модель везде плюс-минус похожая и «как только она сломается – Китай посыпется следом».
Конечными пострадавшими окажутся инвесторы, купившие бумаги с высокой экспозицией на ИИ. Коллапс масштаба доткомов мог бы стоить американским инвесторам около $20 трлн, а остальному миру – еще около $15 трлн, приводит оценку Бахтин. Делицын ожидает больших потерь у венчурных инвесторов и суверенных фондов сырьевых стран, но «они умеют с этим справляться» и сейчас спешат выйти из ИИ. Если они успеют вывести на IPO компании вроде OpenAI, потери лягут на широкие слои американского общества, в основном через пенсионные фонды.
Что это значит для инвесторов
Прямой риск для российских инвесторов ограничен, говорит Бахтин. Доступ неквалифицированных инвесторов к американским ИИ-бумагам практически закрыт, а российский рынок акций торгуется около четырех годовых прибылей – «пузыря в оценках здесь нет, скорее противоположная проблема», поясняет эксперт. Тем, у кого есть валютные вложения в зарубежные бумаги, в том числе через производные инструменты, он советует проверить концентрацию на ИИ-лидерах в базовых индексах и уровни защиты, «потому что именно они определяют, что будет при просадке». Просто покупать все, что связано с ИИ, становится все опаснее, предупреждает Сушков. Инвесторам следует смотреть на реальные денежные потоки, долговую нагрузку и способность компаний монетизировать вложенный капитал, говорит он.
Российским компаниям эксперты не советуют участвовать в глобальной гонке капзатрат. На июнь 2026 г. в России было 128 проектов дата-центров с планируемыми инвестициями около 1 трлн руб., приводит данные Бахтин. Главные ограничения – технологические: доступ к чипам затруднен, избытка капитала нет, поэтому логика пузыря к внутреннему рынку неприменима. Вкладываться стоит в прикладные внедрения, а собственные мощности строить под конкретные контракты, «а не под ожидание спроса, который может не прийти», считает Бахтин. Сушков тоже советует инвестировать в прикладной ИИ – автоматизацию, корпоративные модели, аналитику, где эффект можно измерить напрямую.
Делицын ожидает, что стратегия российских инвесторов будет ближе к китайской прошлого десятилетия: внедрение готовых решений в традиционный бизнес, куда глобальным конкурентам сейчас трудно войти. По мере удешевления передовых мировых решений российские компании будут их повторять, совершенствовать и внедрять – в экономической литературе это называют имитационной стратегией инновационного развития, поясняет эксперт.