Власти Саудовской Аравии могут манипулировать фондовым рынком

Другие страны тоже иногда поддерживают свои рынки, но не по политическим причинам
Если индекс развивающихся рынков MSCI Emerging Markets упал с начала года на 14,9%, то саудовский Tadawul вырос на 9,7% – выясняется, что не без помощи властей /Mohammed Almuaalemi / Bloomberg via Getty Images

Власти Саудовской Аравии потратили миллиарды долларов, чтобы поддержать цены на фондовом рынке и противостоять распродажам, следовавшим за политическими кризисами, которые страна переживает в последнее время.

Об этом сообщила The Wall Street Journal, которая провела анализ данных о торговых операциях на рынке и опросила многих людей, непосредственно знающих о действиях правительства. Эти действия, пишет газета, включали крупные покупки акций, часто в последние минуты торгов в те дни, когда рынок сильно проседал из-за негативных событий, таких как появление новостей об убийстве журналиста Джамаля Хашкоджи.

Саудовская Аравия – не единственная среди развивающихся стран, выделяющая деньги на поддержку фондового рынка. Однако причины, по которым она это делала в последнее время, отличаются от традиционного подхода, используемого в других странах.

Поддержать имидж

Наследный принц Мухаммед ибн Салман считает фондовый рынок краеугольным камнем в своей программе диверсификации экономики. В частности, он хотел провести IPO госкомпании Saudi Aramco и привлечь около $100 млрд; правда, из-за многочисленных сложностей и опасений Эр-Рияда, размещение несколько раз переносилось и может не состояться.

Кроме того, Салман рассказывал некоторым людям, что с юности инвестировал на фондовом рынке, заработав сотни миллионов долларов; об этом WSJ писала в марте со ссылкой на этих людей.

Саудовская фондовая биржа Tadawul раскрывает информацию о покупках акций госструктурами. Но в последние годы покупки, совершавшиеся после негативных для Эр-Рияда событий, были скрыты от глаз общественности, указывает газета.

Так, в 2017 г., по словам опрошенных WSJ людей, власти поддерживали котировки после того, как инициировали экономическую блокаду Катара, арестовали сотни богатых бизнесменов и членов королевской семьи в рамках антикоррупционной кампании (которую некоторые называют попыткой принца Салмана утвердить свою власть), задержали премьер-министра Ливана (после чего он сложил свои полномочия). Так власти пытались подчеркнуть, что Саудовская Аравия открыта и безопасна для иностранных инвесторов, говорит правительственный чиновник: «Мы должны показать миру, что инвестиции в Саудовскую Аравию – это хорошо».

В результате фондовый индекс Tadawul вырос с начала 2018 г. на 9,7%, тогда как индекс развивающихся рынков MSCI Emerging Markets упал на 14,9%, а общемировой индекс MSCI All Country World – на 5,5%.

Поддержать рынок

Саудовские власти в прошлом уже пытались смягчить последствия падения рынка. В первой половине 2000-х гг. ряд стран Персидского залива активно проводили народные IPO, чтобы поделиться с населением богатством, образовавшимся в результате роста цен на нефть. Интерес со стороны граждан был столь высок, что региональные индексы выросли в 8-15 раз; на рынках образовались пузыри. Когда с февраля по май 2006 г. индекс Tadawul рухнул на 60%, а разгневанные инвесторы вышли на улицы, тогдашний король Абдулла пообещал создать для рядовых инвесторов безрисковый фонд, где государство компенсирует убытки. Еще раньше, в марте, самый известный саудовский инвестор, миллиардер принц Аль-Валид ибн Талал, пообещал выделить на скупку акций 10 млрд риалов (тогда – $2,7 млрд), что помогло стабилизировать ситуацию на рынке, – но ненадолго.

Поддерживали рынок и в России, и в Китае.

Так, во время обвала осенью 2008 г. правительство России организовало передачу 175 млрд руб. из фонда национального благосостояния в ВЭБ. Тот купил бумаги на 155,8 млрд руб., говорилось в его отчете: 80% были вложены в акции «Газпрома», Сбербанка, «Роснефти», «Лукойла», ВТБ, «Норникеля» и «Сургутнефтегаза», а 20% – в облигации семи госкомпаний и «Лукойла». ВЭБ был главным покупателем в ту кризисную пору, следуя правилу покупать, когда другие боятся и когда «на улицах льется кровь»: его инвестиции в акции составили почти 10% от суммарного объема торгов этими семью «фишками» в октябре – декабре 2008 г., а в облигации – около 75%. Инструменты для инвестирования определял Минфин, рассказывали «Ведомостям» представители ВЭБа. Падение индекса ММВБ остановилось уже в конце октября на уровне около 500 пунктов.

Китайские власти, например, боролись со схлопыванием пузыря, когда индекс Shanghai Composite с июня 2015 г. по январь 2016 г. упал почти на 50%. В ход шли как репрессивные меры (арест тех, кто рекомендовал играть на понижение, с последующим публичным признанием ими своих ошибок), так и указания госбанкам и инвестиционным компаниям покупать акции.

Поддержать уверенность

Однако все эти примеры связаны с поддержкой котировок для решения проблем, вызванных именно рыночными факторами. Саудовские же власти решали на рынке проблемы, вызванные их действиями в политической сфере. «В плохие для Саудовской Аравии дни, когда есть сложности, связанные с правительством, мы видим приток этих средств, – сказал WSJ Абдулла аль-Маршад, трейдер в Samba Financial Group. – Они как бы говорят людям: не волнуйтесь».

По словам людей, знакомых с ситуацией, правительство покупало акции через Государственный инвестиционный фонд (PIF), указания которому часто поступали из королевского двора принца Салмана. PIF размещал заявки через паевые фонды и управляющие компании, которые не обязаны отчитываться о своих клиентах. Между тем, PIF – главный инструмент в программе принца Салмана для инвестиций в стране и за рубежом, где он, например, купил долю в Uber и вкладывает миллиарды вместе с японской SoftBank.

Представитель PIF отказался комментировать покупки для поддержки рынка. В письменном ответе он указал, что у PIF есть многочисленные фонды для инвестиций и «логично ожидать, что любое падение [индекса] Tadawul представляет собой возможности для покупок, которыми могут воспользоваться некоторые из этих фондов».

Официальная статистика свидетельствует, что связанные с государством структуры владеют акциями примерно на $200 млрд в компаниях, торгующихся на бирже Tadawul, что превышает 40% совокупной капитализации саудовских публичных компаний. Реальные вложения выше на миллиарды долларов, свидетельствует анализ WSJ.

Первым в серии тайных покупок акций по указанию властей стал период с 21 октября по 15 декабря 2016 г., когда правительство объявило о сокращении госсубсидий на ряд коммунальных услуг. Саудовские и иностранные инвесторы продали тогда акций почти на $7 млрд, свидетельствуют данные биржи. ПИФы и УК тогда же купили их более чем на $8 млрд, что значительно превышало традиционные для них объемы покупок. Деньги для этих вложений пришли из PIF, утверждают люди, знакомые с ситуацией.

Аналогичная картина наблюдалась в июне 2017 г., когда Салман организовал блокаду против Катара и фактически отнял титул наследного принца у кузена: инвесторы продали акций на $2 млрд, ПИФы купили на $2,3 млрд. То же произошло в ноябре, когда началась антикоррупционная кампания: в каждый торговый день с 8 по 13 ноября индекс падал или торговался в боковике до последнего часа, когда массовые покупки выводили его в плюс.

Подорвать доверие

Одна из крупнейших интервенций была в октябре 2018 г., по мере того, как появлялись новости об убийстве в саудовском консульстве в Турции журналиста Хашкоджи и возможной связи принца Салмана с этим преступлением. 10-11 октября индекс Tadawul показал самое сильное падение в этом году, потеряв 5%. На следующей неделе он компенсировал потери за счет скупки акций ПИФами и УК, которые выполняли заявки PIF, подтвердили WSJ знающие об этом люди. А 22 октября индекс упал на 2%, но за 40 минут до конца торгов массовые покупки подняли его более чем на 3%.

В марте индексный провайдер FTSE Russell сообщил, что в 2019 г. включит Tadawul в свой индекс развивающихся рынков. По оценке FTSE Russell, это привлечет на саудовский рынок около $5,4 млрд только от индексных фондов. Поддержка рынка накануне этого события и притока капитала позволит PIF затем продать акции иностранным инвесторам по завышенным ценам, отмечает WSJ. Интервенции властей делают саудовскую биржу «скорее фейковым рынком, и в долгосрочной перспективе это подрывает доверие инвесторов», сказал газете Антуан ван Агтамаэль, придумавший термин «развивающиеся рынки».