Статья опубликована в № 3984 от 18.12.2015 под заголовком: От редакции: Владимир зимний

Владимир зимний

Большая пресс-конференция как часть ритуального «земледельческого» календаря президента

Президент Путин провел 11-ю большую пресс-конференцию. За долгие годы управления страной ему пришлось также прочитать 12 посланий Федеральному собранию и 13 раз пообщаться с народом в рамках телевизионной прямой линии (линии не прекращались и в годы относительного понижения Путина до премьер-министра). А ведь еще с Новым годом поздравляет.

Легко представить, как все это надоело президенту. Намеки на это даже проскакивают у него иногда в речи (как в последнем послании). Нельзя не заметить, что и содержание посланий и общений с народом или журналистами в целом меняется мало, прорывов от Путина никто не ждет, как и подробных честных ответов на острые вопросы. Зачем же нужны эти ритуальные мероприятия, происходящие из какого-то ложного понимания демократии? Все же в стране под контролем.

Можно составить ритуальный «земледельческий» календарь президента: весна – это прямая линия, лето – выход к народу во время поездок по России, осень – послание к Федеральному собранию, зима – итоговая пресс-конференция, выступление на коллегии ФСБ и поздравление с Новым годом. Календарь этот важен как одно из свидетельств стабильности. Президент должен показаться народу в телевизоре, подтвердить статус «крутого парня», национального лидера, способного решить проблемы и парировать любые выпады.

В первые годы правления Путина, когда неудобные вопросы российских и зарубежных журналистов могли вызвать резкую эмоциональную реакцию первого лица (вспомним предложение «сделать радикальное обрезание» французскому журналисту в ноябре 2002 г.), кремлевские менеджеры стремились отсеять «неправильные» вопросы.

Сейчас в этом нет необходимости: президент хорошо овладел искусством ухода от содержательного ответа и отвлечения аудитории, парирует каверзный вопрос шуткой, отговоркой или потоком цифр и слов по другой теме.

Политологи анализируют не столько ответы главы государства, сколько их контекст: как и с какой интонацией он их произнес и что осталось за кадром, говорит политолог Екатерина Шульман.

Можно сравнить общение Путина с народом с тем, как выступали другие лидеры-харизматики, скажем Фидель Кастро или покойный Уго Чавес. Революционные харизматики любили длинные монологи, для российского президента важен диалог, пусть и не с Махатмой Ганди, а с собственным избирателем, отмечает политолог Алексей Макаркин. Цель общения через экран – продемонстрировать всем, что человек, олицетворяющий власть, вопреки слухам и наветам находится в хорошей физической и политической форме, излучает уверенность и заботится о народе, объясняет Шульман.

Впрочем, последняя пресс-конференция заставила некоторых политологов говорить о снижении уровня харизматики. Татьяна Становая пишет на «Карнеги.ру»: «Образ Путина трансформируется из народного президента всех россиян в политически нейтрального государственного стратега, человека-функцию с поблекшей харизмой, дискомфортом на публике, потерей интереса к управлению и внутренней политике».

То есть все-таки надоело.