Мнения
Бесплатный
Искендер Нурбеков
Статья опубликована в № 4218 от 06.12.2016 под заголовком: Право: Концессия на облако

Концессия на облако

Юрист Искендер Нурбеков о том, как развивать IT-инфраструктуру в условиях дефицита бюджета

В 2016 г. Россия, согласно данным доклада ООН E-Government Survey, потеряла восемь позиций в рейтинге информатизации и заняла 35-е место (против 27-го в 2014 г.). Помимо стандартных конкурентов – стран Европы и Америки – в 2016 г. выше России оказался даже Казахстан.

При этом в абсолютных величинах объем бюджетных вливаний в информатизацию госуслуг вырос с 98,087 млн руб. в 2015 г. до 106,243 млн руб. в 2016 г. Сократилось количество проектов и объем оказанных услуг в рамках одного контракта – это произошло из-за сильного удорожания импортных комплектующих. С учетом того, что в среднесрочной и долгосрочной перспективе ощутимого роста рубля не предвидится, а с дефицитом бюджета предстоит жить ближайшие пару лет, замедление темпов информатизации госуслуг и увеличение разрыва между уровнем цифровизации России и стран Европы и Америки неизбежны.

Каким образом в условиях бюджетного секвестра остановить падение темпов роста информатизации и сделать отставание не столь критичным? У государства есть несколько выходов. Импортозамещение – неизбежный, но, очевидно, небыстрый путь. Унификация IT-решений под разноплановые ведомства – возможный вариант развития событий, но потребует плотной координации всех интересантов, а с учетом уровня бюрократизации и разных стратегических целей ведомств задача становится почти невыполнимой. Аналогичная ситуация с созданием гособлака.

Компании, в свою очередь, за «сытые» 2000-е годы привыкли жить по модели ежегодных госконтрактов по сопровождению или созданию IT-систем, причем иногда одних и тех же IT-систем. Прибыльность бизнеса обеспечивалась количеством заказов, стимула вкладываться в R&D и улучшать продукт не было. Контракты заключались на определенный, не очень длительный период, и перед исполнителем не было возможности обеспечить в рамках контракта долгосрочный спрос на выпускаемую им продукцию – это не позволяло планировать долгосрочные инвестиции в исследования. Что еще важнее – сама контрактная форма с четко прописанной суммой и отсутствием возможности расширения рынка (и, как следствие, возможности дополнительной коммерциализации) дестимулировала борьбу за потребителя и улучшение качества предлагаемого продукта. Проще говоря, у бизнеса не было необходимости улучшать продукт: до проблем с госбюджетом и удешевления нацвалюты компании были прибыльными, работая по простой контрактной схеме, и это всех устраивало.

В итоге к 2016 г. количество и объем ежегодных госзакупок сократились, предыдущая модель получения прибыли для IT-компаний себя исчерпала, а новая пока не сформировалась.

Экономически выгодным и довольно быстрым по сравнению с другими вариантами решения проблемы может стать взаимодействие бизнеса и власти по модели ГЧП или концессии. В этом случае основное бремя затрат на информатизацию ложится на частных инвесторов, а компании могут выбирать собственную модель коммерциализации созданного ими продукта. При этом сохраняется общественный характер использования объекта – доступ к той или иной электронной системе госуслуг может получить любой желающий. В конечном счете бизнес в условиях сокращения госзаказов получит новый источник выручки и гарантированный спрос на 10–15-летнем горизонте планирования, а значит, сможет вкладываться в R&D, повышая конкурентоспособность продукции. Государство сможет существенно сократить затраты на информатизацию, одновременно увеличив охват и улучшив качество IT-решений; такая схема работы особенно важна для регионов, не обладающих большим бюджетом.

ГЧП, конечно, не устранит бюджетного дефицита, но поможет создать взаимовыгодную модель сотрудничества в сфере IT и будет служить фактором долгосрочного роста рынка информационных технологий в России.

Однако есть «небольшой» нюанс. Концессионное соглашение можно заключить на строительство дороги, детского сада, больницы, трубопровода, но не на создание IT-продукта. А ведь зачастую IT-системы совершенно не связаны с созданием какого-либо недвижимого имущества. В таком случае бизнесом может быть использована только схема номинального «строительства» какого-нибудь объекта, которое будет выступать носителем IT-решения. Такой путь очевидно сомнителен с точки зрения чистоты правоприменения. Проблема может быть решена куда проще, если предусмотреть в качестве объекта концессионного соглашения программы для ЭВМ и базы данных, а также обеспечивающие их эксплуатацию технические средства.

Модель ГЧП в IT, безусловно, требует тщательной проработки. В каком объеме государство доверит персональные и большие данные частным компаниям? Могут ли операторы быть подконтрольными иностранным лицам? Можно ли предоставлять операторам и интеграторам монополию на данные в обмен на развитие и обслуживание государственных информационных систем (ГИС)? Будет ли управление ГИС завязано на требования импортозамещения и актуального перевооружения систем? Все эти проблемы еще предстоит решить, однако в условиях кризиса выгоды ГЧП для государства и бизнеса очевидны, поскольку в этом случае будут удовлетворены интересы всех стейкхолдеров. Государство будет иметь возможность получить IT-инфраструктуру за счет внебюджетных источников, бизнес получит новую возможность выгодного взаимодействия с госзаказчиком и коммерциализации R&D наработок, а общество – современные инфраструктурные IT-объекты, упрощающие жизнь.

Автор – заместитель директора ФРИИ по правовым вопросам и инициативам

komandir
11:11 06.12.2016
Либо создается и развивается фондовый рынок для всех, либо будет как по автору - высшая точка венчуризации - это вложение госсредств, на разработку софта для компаний получающих государственные заказы, но не желающих из своих средств развивать продукт. То есть расходы на создание коммерческого продукта перекладываются на плечи налогоплательщиков полностью. Вы правильно это описали - коррупция, непотизм, де-факто каптивный характер многих российских ИТ-компаний и пр. Но без создания фондового рынка - это путь в никуда. Фондовый рынок малых и средних компаний - как раз в принципе и мог привлечь зарубежных инвесторов ну и помочь наиболее удачливым компаниям выйти на зарубежный рынок, пусть даже ближайшего. И главное создание фондового рынка для малых и средних компаний может в корне изменить экономику страны. Не спорю, что становление такого рынка не простая задача и возможно будет долгий и болезненный путь. Но проблему инвестиции видно уже сейчас. Либо IPO в Лондоне, либо инвестиции от государства. То есть государство даст не всем, а до зарубежного IPO просто нереально. Посмотрите статьи в Ведомостях. Либо статьи про бизнесменов вроде Сечина и поменьше, либо про убыточные стартапы в которые вложило государство. Другого практически ничего нет.....
00
Комментировать
Читать ещё
Preloader more