У протестов в Гонконге и Москве много общего

И в действиях властей, и в позиции недовольных горожан
Thomas Peter/REUTERS

Действия гонконгской полиции против протестующих в последние дни резко ужесточились. Гражданская администрация города отказывается ограничить действия силовиков и не идет на уступки горожанам, требующим отозвать законопроект об экстрадиции в материковый Китай и восстановить демократические свободы. Аналогичная ситуация сложилась в Москве, где жестокие задержания людей, требующих честных выборов в Мосгордуму и прекращения полицейского произвола, возмущают часть общества.

Полицейское насилие

Сходства наблюдаются как принципиальные, так и ситуативные. Например, большой резонанс в Москве получила съемка, как полицейские задержали 10 августа Дарью Сосновскую и потащили, заломив руки; один из них ударил девушку в живот, также ее ударили по голове, заталкивая в автозак. В соцсетях произошедшим возмутились, в частности, исполнители Егор Крид и Сергей Лазарев, телеведущие Яна Рудковская и Екатерина Варнава. Позднее у Сосновской было диагностировано сотрясение мозга.

В выходные полицейские в Гонконге, до сих пор рассеивавшие протестующих на улицах с помощью слезоточивого газа, водометов, резиновых пуль и дубинок, перешли к массовым задержаниям. Они провели несколько акций на станциях метро, в том числе с использованием газа, из-за чего на одной из станций пассажиры теряли сознание, пишет The Wall Street Journal. Группы захвата стали охотиться за протестующими, задерживая людей десятками. В соцсети попала видеозапись, на которой женщина из-за действий полицейских получила рану глаза: на съемке у нее пол-лица залито кровью. Это вызвало бурю возмущения, и в понедельник протесты активизировались.

В том числе из-за этой записи, пишет WSJ, тысячи людей отправились в международный аэропорт Гонконга, где до того круглосуточно протестовала относительно небольшая группа горожан, и на два дня блокировали его. А медицинские работники больниц Гонконга устроили сидячую забастовку, многие в знак солидарности с пострадавшей заклеили себе правый глаз. «Насилие – это неправильно, мы здесь, чтобы сказать «нет», – пояснил WSJ участвующий в акции кардиолог Джонатан Фан.

Тактика правоохранителей изменилась после того, как на прошлой неделе с пенсии призвали бывшего заместителя начальника полиции Алана Лау. Он занял аналогичную должность, которую правительство при этом назвало «временной», его основные задачи – «помощь начальнику полиции в восстановлении масштабного общественного порядка» и «руководство предстоящими крупными операциями», сообщило издание Hong Kong Free Press. Лау известен, в частности, жестким подавлением в 2014 г. протестов против предложенной Пекином избирательной реформы. Тогда он отдал приказ сразу использовать слезоточивый газ против участников мирной сидячей демонстрации.

«Возвращение Лау четко обозначило намерение ужесточить полицейское насилие, чтобы подавить протесты», – приводит WSJ мнение местного юриста-правозащитника Альберта Хо. На прошлой неделе в полицейском управлении проходили многочасовые заседания, где говорилось о новом подходе, предполагающем нулевую терпимость к протестам, рассказал газете высокопоставленный офицер. Но единства в рядах полиции нет. Жесткие действия отбрасывают ее отношения с обществом на несколько десятилетий назад, полагают некоторые. «Сложно увидеть тут что-то положительное», – сказал газете другой высокопоставленный офицер полиции.

Насилие провоцирует насилие. Корреспондент WSJ во вторник заснял в аэропорту Гонконга сцену, как несколько протестующих набросились на полицейского, повалившего на пол девушку, отняли дубинку и стали его избивать. В ответ он выхватил пистолет.

Из-за протестов и столкновений с полицией было отменено 272 рейса, что сказалось более чем на 55 000 пассажиров, сообщил гонконгский авиаперевозчик Cathay Pacific. «Уважаемые туристы. Мы глубоко сожалеем о том, что вчера случилось. Мы были в отчаянье и принимали неверные решения. Пожалуйста, примите наши извинения» – с таким плакатом стояла в среду в аэропорту небольшая группа оставшихся там протестующих.

Протестная повестка

В Гонконге и Москве протест против конкретного повода – законопроекта об экстрадиции в Китай и отказа в регистрации кандидатам в депутаты Мосгордумы соответственно – перерос в общее недовольство действиями властей и полиции. И там, и там горожане требуют освободить арестованных, перестать считать протестные акции массовыми беспорядками и наказать полицейских за насилие. В Гонконге также требуют вернуть демократические свободы, постепенно размывавшиеся в последние два десятилетия, распустить законодательное собрание и администрацию, ввести подлинное всеобщее избирательное право.

«[В Москве предвыборная] кампания явила такое количество вранья и порожденного им насилия, что уже дело стало не в Мосгордуме, – заявил журналист Леонид Парфенов на митинге в Москве 10 августа, на который пришло более 50 000 человек. – А поскольку врут давно, то ложь уже опирается на насилие». 3 августа по Бульварному кольцу «нельзя было гулять с мыслью, что ты не доверяешь власти <...> потому что ОМОН – хозяин города», добавил Парфенов. Нужно заявить о нечестности выборов и убеждать в этом других, «тогда это станет началом конца всероссийского политического вранья», выразил он настроения собравшихся.

Власти Гонконга сняли с обсуждения законопроект, из-за которого начались протесты, но жители требуют его отозвать и распустить прокитайскую администрацию, говорит политолог Алексей Макаркин: «В Гонконге свои правила игры: там сохранены демократия и свободы, но руководство избирается из числа приемлемых для Китая людей. В основном это представители крупного капитала: они заинтересованы в том, чтобы нормально работать, а взамен готовы учитывать мнение Китая. Поэтому возник диссонанс между ними и значительной частью общества, которая хочет демократии». Власти Гонконга вынуждены маневрировать, поскольку Пекин может вмешаться, продолжает Макаркин, в России же другая ситуация: «У нас и городские, и федеральные власти пытаются показать, что они консолидированы».

Ноль реакции

Сейчас гражданские власти ни в Гонконге, ни в Москве не хотят обсуждать с протестующими сложившуюся ситуацию. На пресс-конференции во вторник глава администрации Гонконга Кэрри Лам заявила: не ее дело отдавать приказы полиции, которая должна восстановить порядок.

В тот же день пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков назвал несоразмерное применение силы против участников акций недопустимым, но действия по пресечению беспорядков – абсолютно оправданными. На вопросы журналистов о конкретных ситуациях, в которых, возможно, нарушались права граждан, Песков зачастую отвечал, что следить за ними – не прерогатива Кремля.

Протестующие толкают Гонконг «к пропасти», добавила Лам. Примерно в том же ключе высказался 30 июля мэр Москвы Сергей Собянин в единственном публичном заявлении, сделанном после начала протестов. Собянин одобрил применение силы полицией на несогласованном митинге 27 июля, назвав произошедшее спланированными массовыми беспорядками. По его мнению, протестующим нужны не выборы, а захват власти.

Чем похожи Москва и Зимбабве?

Протестующим нужны не выборы, а захват власти, сказал 30 июля мэр Москвы Сергей Собянин в заранее записанном заявлении, показанном телеканалом ТВЦ. «Кто громче крикнул, тот и власть? Мы же не в Зимбабве живем», – добавил он. Осталось непонятно, что мэр имел в виду.

Роберт Мугабе переизбирался президентом Зимбабве семь раз и за 30 лет правления довел страну до полунищенского состояния. В ноябре 2008 г. инфляция достигла 79 млрд процентов, цены удваивались каждые 25 часов; батон хлеба в столице стоил 200 млрд долларов. ВВП на душу населения составил $553 против $1037 в 1990 г. (первые из имеющихся в базе МВФ данных). В том году у Мугабе на выборах президента появился реальный соперник Морган Цвангираи, но после проигрыша в первом туре Мугабе с помощью военных начал кампанию устрашения, более 150 сторонников оппозиции были убиты, Цвангираи снялся с выборов. В 2009 г. по соглашению с оппозицией президент Мугабе сделал Цвангираи премьер-министром, и новое правительство стабилизировало ситуацию в экономике, перейдя на доллар США. В 2017 г. Мугабе был свергнут в результате военного переворота; ВВП на душу населения составил в том году $1471 (в России – $10 962).

Власти Гонконга не принимают почти никаких мер для политического разрешения ситуации, полагаясь фактически лишь на восстановление контроля силами правоохранительных органов, пишет WSJ со ссылкой на наблюдателей и аналитиков. Пекин, следуя принципам британской колониальной политики, фактически отдал контроль над Гонконгом небольшой группе олигархов, доминирующих в местной экономике, отмечает обозреватель Financial Times Джамиль Андерлини: «Одна из самых поразительных черт нынешних протестов – практически полное отсутствие в публичном пространстве обычно говорливых местных магнатов. Очевидно, что они не могут ни укусить руку, кормящую их в Пекине, ни оскорбить массы, за счет которых живут в Гонконге».

В России Москва противопоставляется провинции, когда в столицу «приезжают силовики для разгона демонстрантов, это воспринимается как обычное дело», отмечает Макаркин, в Гонконге же ситуация сложнее: Китай стягивает войска и намекает, что может вмешаться. Кроме того, жителям Гонконга по крайней мере удалось добиться от властей снятия с обсуждения законопроекта об экстрадиции, говорит он: «Ситуацию в Москве и Гонконге можно было бы сравнивать, если бы в Москве удалось отложить выборы, как того требовала оппозиция».

«Все здесь очень боятся, – сказала Reuters в аэропорту Гонконга 21-летняя учительница Энн. – Но еще больше мы боимся потерять наши свободы, потому и продолжаем протестовать. Мы чувствуем, что наши идеи пуленепробиваемы».