Статья опубликована в № 4629 от 13.08.2018 под заголовком: Налоговое пекло

Чем грозит российскому бизнесу инициатива Андрея Белоусова

514 млрд рублей – только часть ущерба экономике

28 июля президент Владимир Путин поставил «согласен» на письме помощника Андрея Белоусова: тот предложил рассмотреть изъятие сверхдоходов у металлургов, горнодобытчиков и химиков – для 14 компаний увеличить налоги и получить 513,66 млрд руб. 9 августа письмо Белоусова стало достоянием гласности, а на следующий день пресс-секретарь президента Дмитрий Песков объяснил: президент согласился, чтобы эту тему проработало правительство и представило предложения с учетом сохранения инвестиционных возможностей компаний из списка.

Собеседник «Ведомостей» в финансово-экономическом блоке знает, что инициатива о 500 млрд руб. – авторская идея Белоусова, и сомневается в ее воплощении в текущих условиях. За счет каких мер предлагается исполнить идею, в письме Белоусова не говорится, это должны разработать профильные ведомства и министерства.

Документ вызвал критику сначала владельца НЛМК Владимира Лисина, который выступил от лица ассоциации «Русская сталь» (он возглавляет ее), а затем РСПП.

Что предлагает помощник

Белоусов считает, что если выровнять рентабельность по EBITDA нефтегазовых компаний и компаний из списка, бюджет получит от последних более 500 млрд руб. Из-за высокой налоговой нагрузки (в значительной части это НДПИ) рентабельность по EBITDA нефтегазовых компаний колеблется между 15% у «Лукойла» и 29% у «Сургутнефтегаза»; у НЛМК она 26%, а у «Полюса» – 59%. Налоговая нагрузка, пишет Белоусов Путину, у нефтяников и «Газпрома» выше (13–50%), чем у металлургов (4–17%). «Из-за внешней рыночной конъюнктуры [в 2017 г.] металлургические, химические, нефтехимические и горнодобывающие компании получили суммарно более 1,5 трлн руб. EBITDA», – считает он: в мировой практике изъятие сверхдоходов, образовавшихся из-за рыночной конъюнктуры и не зависевших от действий руководства, распространяется на все ресурсные отрасли. Письмо Белоусова, говорят несколько чиновников, поступило в Минпромторг, Минэнерго и Минфин. Их представители комментировать письмо отказались.

В Минпромторге металлурги встретились с замминистра Виктором Евтуховым, решений нет, металлургам рекомендовано разработать наименее болезненные способы изъятия сверхдоходов, сказали несколько участников встречи. Еще два участника говорят, что список могут пополнить другие золотодобытчики и медные компании.

Один из участников встречи добавил, что Минпромторг попросил компании подготовить пояснения, как инициатива отразится на инвестиционных программах, налогах, социальных инвестициях. «Ужесточение налоговой нагрузки для металлургической отрасли ставит под угрозу реализацию стратегических национальных целей России», – говорится в тезисах одного из участников встречи в Минпромторге.

А Лисин, комментируя идею Белоусова, заявил, что предложенные им меры станут поощрением неэффективности. План Белоусова не учитывает, сколько компания инвестировала раньше, возвращая деньги в производство и повышая рентабельность, и сколько ей нужно инвестировать в будущем, замечет Лисин: возникает риск снижения инвестиций и конкурентоспособности.

Несколько топ-менеджеров из компаний «списка Белоусова» выразили в беседе с «Ведомостями» схожую позицию. Те, кто инвестировал в производство, теперь получают более высокую рентабельность, объясняет один из них. Также он советовал оценивать EBITDA не за один год, а за несколько, чтобы понять влияние рынка на рентабельность. Важна доля иностранных активов в бизнесе, экспорта в выручке и проч., говорит еще один топ-менеджер.

РСПП указал на ошибки в расчетах Белоусова. Не все компании из списка добывают полезные ископаемые, не все получают газ по сниженной цене, находит недочеты в предложении Белоусова топ-менеджер компании из списка.

Чего испугался рубль

Предложение Андрея Белоусова изъять «сверхдоходы» у металлургических и химических компаний добавило нервозности и без того неспокойному российскому рынку. Со среды инвесторы распродавали российские активы, а российский рубль значительно подешевел.
Со среды рубль потерял 6,7% к доллару и 4,9% к евро. Рубль начал падать после того, как стало известно, какие именно ограничительные меры США готовы ввести против России из-за ее предполагаемого вмешательства в выборы. Конгресс предлагает запретить покупку нового российского госдолга, а также заблокировать долларовые расчеты семи российских банков, в том числе ВТБ и Сбербанка. За среду рубль потерял 2–2,5 руб.: к закрытию торгов доллар стоил 65,55 руб., а евро – 76,13 руб.
Обвал продолжился и в четверг, после того как минфин США объявил о предстоящих санкциях в связи с отравлением бывшего полковника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочери в британском Солсбери. США намерены с 22 августа ограничить экспорт в Россию товаров, которые могут быть использованы в оборонной промышленности. Если Россия не предоставит доказательств, что не использует биологического и химического оружия, США через три месяца могут снизить уровень дипотношений и ограничить полеты «Аэрофлота» в Америку.
А о предложении помощника президента Андрея Белоусова изъять 514 млрд руб. «сверхдоходов» стало известно вечером в четверг, и к вечеру пятницы курс доллара вырос до 67,72 руб., евро – до 77,25 руб., а индекс Московской биржи снизился на 1,6% до 2275 пунктов. Значительно подешевели и акции компаний из «списка Белоусова» – НЛМК (-5,4%), «Полюса» (-5,3%), «Алросы» (-4,8%).
Определяющим негативным фактором следующей недели останется тема американских санкций, говорит директор по аналитике корпоративно-инвестиционного блока банка «ФК Открытие» Дмитрий Харлампиев, а дополнительным – инициатива Белоусова.
Предложение помощника президента прозвучало, мягко говоря, не вовремя, считает руководитель направления по анализу рынков УК «Ингосстрах инвестиции» Валентин Журба: оно добавило волатильности российским активам.
Если появится подтверждение, что российские власти всерьез рассматривают такой сценарий, это спровоцирует выход иностранных инвесторов из акций металлургических компаний, говорит главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова: «В условиях, когда переложиться им некуда, нерезиденты будут уходить с российского рынка, что скажется и на рубле». Значимым отрицательным фактором остаются продолжающиеся распродажи в ОФЗ, напоминает Харлампиев: доходности бумаг начиная с дюрации примерно 3,7 года поднялись выше 8%, а в дальнем сегменте – выше 8,3%. Дополнительным фактором беспокойства для инвесторов станет и девальвация турецкой лиры, предупреждает Орлова.
Поддержать рубль может ЦБ. Для этого у регулятора есть все необходимые инструменты, напомнил ЦБ в пятницу: в частности, для ограничения волатильности могут быть скорректированы размеры ежедневных покупок валюты в пользу Минфина. 9 августа ЦБ направил на эти цели 8,4 млрд руб. – вместо запланированных 16,7 млрд.
Динамику валютного рынка в ЦБ сочли естественной реакцией на новости о санкциях и напомнили, что подобные ситуации уже возникали и были временными. В апреле 2017 г. произошла локальная девальвация рубля – примерно на 13% к доллару, говорит Харлампиев, сейчас же ситуация иная – всего порядка 6,5%: пока речь идет скорее об опасениях, а не о реализации рисков.
На следующей неделе курс может делать попытки вернуться к отметке 65 руб. за доллар, прогнозирует инвестиционный стратег «БКС премьера» Александр Бахтин. Однако не исключено, что курс доллара может временно консолидироваться в диапазоне 65–67 руб., заключает он.
Александра Астапенко

СвернутьПрочитать полный текст

Первые последствия

Из 14 компаний «списка Белоусова» девять – публичные, у них предлагается изъять 349 млрд руб. За пятницу они потеряли на Лондонской, Нью-Йоркской и Московской биржах суммарно 392 млрд руб.: капитализация НЛМК упала на 7,92%, или на 75,5 млрд руб. ($1,138 млрд), «Алросы» – на 4,8%, или на 64,8 млрд ($978 млн), «Евраза» – на 8,99%, или на 64,1 млрд ($967 млн), «Норникеля» – на 3,55%, или на 60,8 млрд ($917 млн).

Доля компаний из перечисленных Белоусовым секторов в индексе ММВБ – порядка 16%. Рост фискальной нагрузки на них приведет к снижению прибыли, потере финансовой устойчивости и значительному оттоку инвесторов из ценных бумаг с разовым снижением капитализации российского фондового рынка до 3 трлн руб. и до 10% капитализации, подсчитали в компании из «списка Белоусова».

Топ-менеджер другой такой компании признал, что теоретически выполнить можно любую программу, остается вопрос о цели Белоусова: «Если цель – добить последние отрасли в стране и бессмысленно потерять еще немного денег, план помощника президента хорош».

«То падение рынка, которое произошло 10 августа, – ерунда. Если план Белоусова исполнится, рынок упадет на 30–40%», – предупреждает руководитель аналитического департамента БКС Кирилл Чуйко.

Сильнее всего от плана Белоусова пострадают «Норникель», «Алроса» и «Полюс», так как их маржинальность по EBITDA составляет 25–30%, что выше, чем у других компаний из списка, подсчитали эксперты Renaissance Capital: их совокупные потери в случае принятия программы могут составить порядка $3,6 млрд EBITDA и привести к падению рыночной стоимости «Полюса» на 10%, «Алросы» на 9,2%, «Норникеля» на 6,5%.

Значение рабочей аналитической записки Белоусова некорректно переоценивается, замечает федеральный чиновник: «Белоусов отвечает за исполнение нацпроектов, его работа – найти деньги, он делает в администрации президента аналитику, какие дополнительные источники финансирования есть или теоретически могут быть». Эта записка мало чем отличается от сотни аналогичных, уверяет чиновник, а решение «проработать» на языке чиновников ничего не означает, по существу, об этом же говорят официально Песков и первый зампред правительства, министр финансов Антон Силуанов.

Методологические проблемы

«Белоусов – осторожный аппаратчик, но не понятно, обсуждал ли он с кем-нибудь свое предложение до того, как внести его официально. Возможно, он уже заручился поддержкой на самом высоком уровне», – отмечает политолог Аббас Галлямов. На основании каких параметров Белоусов отбирал компании – этим вопросом задаются руководители всех компаний из письма, говорят собеседники «Ведомостей» в этих компаниях. Федеральный чиновник объясняет, что в список компании включены как пример, для сравнения.

«Роснефть» за прошлый год получила 92,4% EBITDA (1,2 трлн руб.) от продажи нефти, а оставшееся (180 млрд) – от продажи нефтепродуктов. «Лукойл» 68% EBITDA (569 млрд) получил от продажи нефти, нефтепродукты принесли 31% (263,4 млрд). Доля НДПИ в затратах «Роснефти» и «Лукойла» – 34 и 11% соответственно.

Основную выгоду металлурги получают от продукции высокого передела – проката. Чтобы произвести его, нужно добыть руду, обогатить ее (железорудное сырье – биржевой товар), переплавить с добавлением смеси ферросплавов, выплавить горячекатаный прокат, а затем холоднокатаный (листовой) прокат.

Добывающие сегменты НЛМК и «Северстали» принесли компаниям в прошлом году 24 и 31% EBITDA соответственно ($642 млн и $812 млн), остальные 64 и 68% ($1,72 млрд и $1,76 млрд) – продажа проката и металла для стройки. Железная руда стоит сейчас около $69 за 1 т, горячекатаный прокат – в среднем $360, а холоднокатаный «Северсталь» продавала в 2017 г. по $468 за 1 т. Металлурги тоже платят НДПИ, это большая часть в строчке затрат «Прочие налоги», говорит сотрудник крупного рейтингового агентства, доля НДПИ от затрат на производство у НЛМК и «Северстали» – 1,17 и 1,5% соответственно.

Чуйко подчеркивает, что НДПИ хотя и невысок для металлургической отрасли, но закладывается в расчет себестоимости и при неаккуратном обращении с этим налогом себестоимость может сильно пострадать, а от нее зависит конкурентоспособность, в первую очередь на внешнем рынке.

Они разные

«Базовый посыл неверен: уравнивание налоговой нагрузки обработки и добычи невозможно, потому что повышенная нагрузка нефтегазовой отрасли – способ изъятия государством ресурсной ренты у пользователей недрами», – говорит руководитель центра Rupec Андрей Костин: их сверхдоходы берутся именно из факта богатства страны полезными ископаемыми, такая логика работает во всем мире. В обработке нет никакой ресурсной ренты, а значит, и нет сверхдоходов как таковых, считает Костин: их происхождение – в основном следствие осуществленных ранее инвестиций, ввода новых мощностей, работы по развитию внутреннего спроса, а эти моменты почему-то игнорируются.

«Норникель» и «Алроса» платят больше НДПИ, чем металлурги, – по отчетности, 12,8 млрд и 21,8 млрд руб., 4,8 и 16,2% себестоимости соответственно. Центр формирования EBITDA у «Норникеля» смещен в сторону металлообработки, говорит человек, близкий к одному из акционеров «Норникеля», компания не разделяет бизнес по сегментам в отчетности.

«Норникель» заработал в 2017 г. почти $4 млрд EBITDA, половина по акционерному соглашению пошла на дивиденды, в том числе владельцу 27,8% «Норникеля» – UC Rusal, которую Белоусов в список не включил. Если у компании изъять, как предлагает Белоусов, 114,2 млрд руб. ($1,68 млрд по текущему курсу), то при тех же, что сейчас, капитальных затратах о дивидендах можно будет забыть.

513,66 млрд руб.

сверхдоходов можно было изъять в 2017 г. у металлургов, химических, нефтегазохимических компаний, полагает помощник президента Андрей Белоусов, если выравнять их рентабельность по EBITDA с аналогичным показателем нефтяников

«Алроса» продает и неограненные, и обточенные камни, от последних получила в 2017 г. примерно $100 млн, а вся выручка – около $4 млрд, следует из ее отчета. «Алроса» более чем на 50% контролируется государством и платит дивиденды из расчета 50% от чистой прибыли – в 2017 г. акционеры получили 38,59 млрд руб. В этом году компания намерена изменить дивидендную политику и платить 100% от свободного денежного потока. В прошлом году он составил 73,52 млрд руб. Изъять у «Алросы» предлагается 67,28 млрд руб.

У «Фосагро» в отчетности нет данных о EBITDA от производства апатит-нефелиновой руды (концентрат можно продавать) и от продажи сложных удобрений. Стоимость концентрата – $100–150 за 1 т, сложные удобрения «Фосагро» (продукцию более высокого передела) продает по $300–400 за 1 т.

Рентабельность по EBITDA «Сибура» последние два года не превышает 35% (а Белоусов в письме указал 37%), в 2014 г. была 29%, по данным компании. Рост показателя связан с хорошо продуманной вертикально-интегрированной и диверсифицированной бизнес-моделью и высокой эффективностью, что аналитики Газпромбанка считают достижениями менеджмента. Предложенное повышение налогов, по сути, лишает «Сибур» стимула стремиться к наилучшим показателям рентабельности и эффективности, пишут они.

Сырье для «Сибура» – попутный нефтяной газ, из него выделяется широкая фракция углеводородов, которую использует химическое производство. Помимо газохимической продукции «Сибур» продает – в том числе на экспорт – полученное попутно топливо: сжиженные углеводородные газы, нафту и проч. В 2017 г. выручка топливного сегмента составила 184 млрд руб., EBITDA – 89 млрд руб. Совокупная выручка двух других дивизионов (производство олефинов и полиолефинов, пластиков и эластомеров) – 235 млрд руб., EBITDA – 75 млрд руб.

EBITDA всего «Сибура» за последние 12 месяцев – примерно $3 млрд. Изъятие 65,23 млрд руб., что предложил Белоусов, приведет к ее падению на треть. Рентабельность по EBITDA снизится до 23%, подсчитали в Газпромбанке. В случае «Сибура», который строит «Запсибнефтехим» (стоимость проекта – $9,5 млрд) и может начать строительство Амурского ГХК (оценка – около $8 млрд), компания практически не генерирует свободный денежный поток. Это может стать контраргументом компании при обсуждении с властями предложения о повышении налогов, предполагают в Газпромбанке.

Последствия

«Повышение налогов на бизнес для помощи государству – распространенная практика, особенно на развивающихся рынках, – считает директор по металлургии Prosperity Management Николай Сосновский. – Но и на развитых рынках бывали случаи windfall tax (налог на сверхдоходы. – «Ведомости»). Конечно, такие действия никогда не происходят в подходящее для компаний время. Но если необходимость налога на прибыль возникает на развитых рынках, государственные институты все-таки обычно проводят глубокий анализ ситуации, стараются подобрать более комфортное для бизнеса время, анализируют, сколько, у кого, в какой пропорции, за какой период можно взять».

Вероятность принятия программы в существующем виде практически нулевая, полагает Чуйко: «Все прекрасно понимают, что названные цифры – это просто повод компаниям для раздумий, это просто знак начала дискуссии». «Изъятие суммы, превышающей 200 млрд руб., из отрасли просто приведет к тому, что отрасль перестанет нормально функционировать и потеряет конкурентоспособность и инвестиционную привлекательность», – констатирует Чуйко.

«НДПИ хорош тем, что взимается с самого факта добычи полезного ископаемого. И государству неважно, сколько продали, сколько прибыли получили, главное – есть добыча, а значит, есть и поступления в бюджет», – объясняет партнер юридической компании «Шаповалов Петров» Сергей Шаповалов. Поэтому НДПИ кажется самым логичным вариантам – не будет вопросов, что делать с налогом на прибыль, например, если прибыли у компании не окажется. Но для «Сибура», вошедшего в список, это неприменимо, уверен Шаповалов, пока сложно сказать, хватит ли у компаний ресурсов остановить эту идею.

Вопрос может коснуться и российского банковского сектора, считают три топ-менеджера крупных российских банков. Один из них говорит, что если предложение Белоусова будет реализовано, то из коммерческого сектора в госбюджет будет изъята ликвидность, эти деньги уйдут и с корреспондентских счетов банков.

Представители Evraz, НЛМК, «Норникеля», «Северстали», ММК, «Металлоинвеста», «Мечела», «Алросы», «Полюса» и «Уралкалия» от комментариев отказались. В СУЭК, УГМК, «Фосагро»и «Акроне» не ответили на запрос «Ведомостей».

В подготовке статьи участвовали Татьяна Ломская, Светлана Бочарова, Ольга Чуракова, Ольга Адамчук

Исправленная версия. Уточнен размер НДПИ, который платит «Алроса».