Ядовитый снег: почему догхантеры возвращаются в города России

С начала года с разных концов страны приходят новости о массовых отравлениях животных. В конце января Москве отравились семь собак недалеко от ЖК «Мещерский лес» в районе Солнцево. В январе также сообщалось об отравлениях собак в Санкт-Петербурге и в Тюмени: в первом случае питомец съел отравленные крысиным ядом куски курицы, но сумел выжить, во втором пес погиб. В Екатеринбурге зафиксировано как минимум три смертельных случая. Розовый снег, начиненный отравой, заметили и в Ульяновске.

У владельцев животных, сталкивающихся с подобными ситуациями, нет сомнений: отравления – дело рук догхантеров. Так называют неформальное движение или отдельных лиц, которые целенаправленно уничтожают бездомных животных с помощью отстрела или отравления. Часто они разбрасывают приманки, которые содержат яд или стекло.

Свои действия догхантеры оправдывают тем, что безнадзорные животные представляют собой опасность и являются разносчиками инфекций. «К сожалению, мы продолжаем фиксировать негативную тенденцию, активность догхантеров по всей России остается на довольно высоком уровне», – отметила в беседе с «Ведомости. Городом» директор Московского зоопарка, депутат Мосгордумы Светлана Акулова. 

Реагируют на такие происшествия везде по-разному. В Москве полиция возбудила уголовное дело по статье о жестоком обращении с животными. А в Екатеринбурге местные жители самостоятельно убирали отраву и даже наняли частного сыщика, чтобы найти злоумышленников.

«Догхантерство из локального явления все чаще превращается в организованную субкультуру с закрытыми группами, сообществами, чатами, культивирующими ненависть, обмен «опытом», рецептами отрав, что создает эффект групповой «солидарности» и вседозволенности. И тут уже нужно обсуждать не догхантерство как таковое, а феномен популяризации жестокости», – говорит депутат московского отделения партии «Новые люди», зоозащитник Максим Жарков. 

«Ведомости. Город» разобрался, как проблема бездомных животных стала для догхантеров лишь удобным прикрытием и почему это движение привлекает психически нестабильных людей. 

Самосуд фанатиков

Догхантинг как социальное явление имеет сложную природу, утверждает Акулова. По ее словам, можно выделить два вида, первый – догхантинг как радикальная реакция на реально существующие проблемы с безнадзорными собаками. В данном случае речь идет о том, что законодательные механизмы, которые были призваны решить проблему бездомных животных, функционируют недостаточно эффективно, пояснила она. 

«Но существует еще один вид догхантинга, когда самосуд вершится попросту фанатиками или не до конца здоровыми людьми, которые оправдывают жестокость мнимой "благой целью". Эти люди травят без разбора даже там, где объективно нет проблемы с безнадзорными животными. И это явление куда опаснее, на мой взгляд», – рассказала Светлана Акулова.

С психологической точки зрения догхантинг связан с нарушением формирования эмпатии и изменением работы систем мозга, отвечающих за эмоциональное торможение агрессии, уверена клинический психолог Ксения Солопанова. По ее словам, причиняя вред более слабому существу, такие люди временно «снижают “внутреннее напряжение. 

“Это сопровождается выбросом дофамина и адреналина, что закрепляет поведение как эффективный способ регуляции состояния. Постепенно чужая боль перестаёт вызывать эмоциональный отклик, а живое существо начинает восприниматься как объект для насилия”, – рассказала эксперт “Ведомости. Городу”. 

По мнению психолога Родиона Чепалова, рост новостей о догхантерах может быть связан с общим повышением напряжения в обществе и с тем, что социальные сети усиливают эффект «копирования»: радикальные действия быстро получают огласку и провоцируют подражание. Для одних это способ самоутвердиться и почувствовать контроль, для других – реализация агрессии под видом «миссии» по защите города, отметил эксперт. 

«Такое поведение опасно тем, что нормализует жестокость и снижает ценность жизни в целом. Если человек легко причиняет страдание беззащитному существу, границы допустимого могут постепенно расширяться», – считает Чепалов.

Ущерб для городской среды и горожан

Как правило, догхантеры разбрасывают отраву внутри жилых кварталов, дворов, на площадках для выгула, где обычно гуляют владельцы собак со своими домашними питомцами, обращает внимание первый зампред комитета Госдумы по экологии и охране окружающей среды Владимир Бурматов. По его словам, жертвами в первую очередь становятся владельческие животные мелких пород – шпицы, чихуахуа и прочие. Это безобидные, домашние, «залюбленные» животные, которые никогда никому не причиняют вреда, утверждает он.

При этом от действий догхантеров страдают не только собаки – бездомные или домашние, – но и люди: например, приманки могут попасть в руки детям, которые могут их попробовать. «Яд не спрашивает, кого ему отравить – поднять отраву может как безобидный домашний питомец, так и ребенок. Но даже побочные жертвы догхантеров, судя по всему, их никогда не останавливают», – считает президент Российской кинологической федерации Владимир Голубев.

Кроме того, догхантеры провоцируют рост конфликтности, говорит GR-директор благотворительного фонда помощи животным «Ника» Виталий Кривцов. 

«Самосуд быстро разогревает дворы: появляются угрозы, травля, раскол между соседями. Люди перестают спокойно гулять, боятся отпускать детей на площадки, владельцы собак выходят на улицу как на минное поле. Это уже ущерб городской среде», – говорит он.

Для города представляют опасность и токсические вещества, из которых состоит приманка. По мнению экспертов, яды загрязняют почву, водоемы, песок на детских площадках. Более того, они могут накапливаться в экосистеме, попадать в грунтовые воды, отравлять насекомых, птиц и почвенные микроорганизмы. 

Также действия догхантеров создают угрозу санитарной обстановке в городе. «Неконтролируемое разложение трупов в парках, подвалах, на пустырях создает очаги инфекции, привлекает переносчиков болезней (крыс, мух, бездомных животных)», – уверен Жарков. 

Отловить нельзя убить

В советский период подход к бездомным животным был прагматичным: приоритетом была санитарная безопасность граждан. Приютов для животных практически не существовало, и отловленные животные редко возвращались обратно. 

Постановление «Об упорядочении содержания собак и кошек в городах и других населенных пунктах РСФСР» от 1980 г. устанавливало, что собаки и кошки, которые находятся на улице без сопровождающего лица, подлежат отлову. При этом региональные власти должны были самостоятельно решать, где именно будут содержаться отловленные собаки и кошки. Дальнейшая судьба животных после отлова зависела от наличия хозяина. Владельцам животных возвращали, в противном случае они либо передавались «заинтересованным предприятиям, учреждениям и организациям», либо продавались. 

Жарков говорит, что советские методы контроля за численностью бродячих животных не отличались особой гуманностью. При этом способы с течением времени менялись, а также отличались от региона к региону. 

«Методы сильно менялись с годами. В 1930-е гг. собак безжалостно уничтожали. А в позднем СССР обращались чуть гуманнее. В крупных городах был центральный отлов, а в отдаленных республиках – циничный отстрел», – утверждает эксперт. 

При этом, добавляет он, отношение к этой проблеме и к животным в целом в обществе постепенно менялось В советское время не существовало никакой общественной дискуссии о правах животных, в то время как сейчас она для нас стала привычной. «То, что 50 лет назад казалось неизбежной нормой по отношению к бродячей собаке, сейчас нам кажется садизмом и жестоким обращением», – заключил он.

Принятый в 2018 г. закон «Об ответственном обращении с животными» призван гуманно решить проблему численности бездомных животных на улицах городов, а также предполагает внедрение по всей стране системы отлов–стерилизация–вакцинация–выпуск (ОСВВ). Как следует из названия, бездомные животные должны сначала отлавливаться, затем помещаться в приюты, где их стерилизуют и вакцинируют, а затем выпускаться на прежнее место обитания при условии, что они не агрессивны. 

В 2023 г. регионам предоставили право решать судьбу животных после стерилизации и вакцинации самостоятельно. Сейчас в Москве действует безвозвратный отлов животных с дальнейшим содержанием в приютах. В Бурятии изначально разрешили после отлова усыплять агрессивных и неизлечимо больных животных. Но под действие этой нормы также могли попасть здоровые и спокойные собаки, если для них в течение месяца не найдется хозяин. Благодаря усилиям зоозащитников дело дошло до Конституционного суда, который признал умерщвление бездомных животных исключительной мерой. В итоге норма, разрешающая усыплять здоровых, но невостребованных животных, была отменена.

«Нередко из-за коррупционной составляющей собак вакцинируют и стерилизуют только на бумаге, а по факту выпускают на волю ровно в том же виде, в каком и отловили», – говорит Жарков. По мнению эксперта, наиболее эффективно работает система безвозвратного отлова: так животное останется живо и при этом не будет представлять опасности для людей. 

При этом не существует никакой корреляции между количеством бездомных животных в регионе и активностью догхантеров, считает депутат Бурматов. Он обращает внимание, что, например, в Москве нет проблемы с бездомными животными, однако новости об отравлениях домашних собак вблизи ЖК приходят регулярно.

Защита по закону

Сейчас деятельность догхантеров попадает под ст. 245 УК РФ (жестокое обращение с животными). Она содержит две части. Первая предполагает разные виды наказания – от штрафа в 80 000 руб. до лишения свободы до трех лет. Вторая фиксирует разные отягчающие обстоятельства вроде садистских методов, совершения преступления группой лиц или в присутствии ребенка и предполагает более строгое наказание – до пяти лет лишения свободы. Если правоохранители не усмотрели в действиях отравителей состава уголовного преступления, то их могут привлечь к административной ответственности по ч. 2 ст. 8.52 КоАП, которая предусматривает штраф до 15 000 руб.

По данным Судебного департамента при Верховном суде за 2024 г., по ст.245 УК РФ был осужден 191 человек. Доля тех, против кого уголовное производство было прекращено, составила 17%, еще 5% были признаны невменяемыми и отправились на принудительное лечение. В первой половине 2025 г. число осужденных по этой статье составило 73 человека, 9,5% из которых направлены на принудительное лечение.

Голубев предполагает, что в борьбе с догхантерами могли бы помочь уточнения в законодательстве: например, введение квалифицирующего признака за массовые отравления и усиление контроля за оборотом ядов.

«Это позволит четче определять состав преступления и ужесточить наказание: тогда действия могут расцениваться не просто как жестокое обращение, а как намеренное создание угрозы для общества», – считает он. 

Так, например, во Владивостоке в 2023 г. под такую меру попал догхантер Данил Кислицын. Он отравил тысячу собак, а также четыре раза поджигал приют для бездомных животных. Суд признал его невменяемым, опасным для себя и для общества. В 2016 г. в Самаре орудовал догхантер Александр Сергеев, который бросался с ножом на собак. За животных вступилась пожилая женщина, которая впоследствии погибла от его рук. Его также признали невменяемым и отправили на принудительное лечение. 

Но до реального наказания дело доходит не всегда. Опрошенные «Ведомости. Городом» эксперты сходятся во мнении, что зачастую сами правоохранители не заинтересованы в расследовании таких преступлений. При этом депутат Бурматов считает, что найти злоумышленников не так трудно, так как в каждом городе работают камеры видеонаблюдения. Депутат добавляет, что к нему регулярно поступают обращения с жалобой на отказ в возбуждении уголовного дела из-за отравления животного. Ситуация меняется лишь после депутатских запросов и жалоб в прокуратуру, отметил он. 

Зооюрист Анна Мелконян полагает, что проблема невостребованности статьи 245 УК еще и в неосведомленности обычных людей. Нередко они не знают, что за убийство животного можно привлечь к ответственности. 

«Все привыкли к тому, что если найден труп человека, – нужно сообщить в полицию, а когда совершаются противоправные действия в отношении животного – сразу теряются. Например в Топках (город в Кемеровской области – “Ведомости. Город”) в 2020 г. на улицах отстреливали животных. Не все сразу сообразили, что делать, многие своих животных просто кремировали. Но для расследования нужен труп животного, чтобы произвести вскрытие и установить причину смерти, достать части пуль», – заключила она. 

Юрист Юрий Александров добавляет, что в случае гибели домашнего животного его хозяева могут обратиться в суд с иском о возмещении убытков и компенсации морального вреда. Самой эффективной мерой против догхантеров он считает увеличение административного штрафа для физлиц до 200 000–300 000 руб. 

«В отличие от уголовной, привлечь их к административной ответственности в разы проще, при этом размер штрафа точно отобьет желание у таких граждан убивать животных», – уверен он.