Читайте также
Как запустить франшизу и не прогореть
Звездная команда. Как Netflix пережил экономический кризис благодаря талантливым сотрудникам
Как эффективно и быстро переобучиться тем, кто хочет сменить профессию

Надо ли ученым думать как бизнесменам

Как научным командам перестать «осваивать гранты» – и начать делать крутые рыночные проекты?

Российские студенты все больше склоняются в сторону научной карьеры – и это хорошая новость: любой мегаполис – это место, куда стекаются лучшие мозги со всей страны. Но будут ли разработки российских ученых востребованы в экономике, как у их коллег во всем мире?

Совсем недавно стартап Databricks – проект в области программного обеспечения, который делают семь ученых из университета Беркли (Калифорния), – побил рекорды по капитализации с оценкой $27 млрд и вышел на IPO. Как говорят сами ученые – бизнес получился «случайно», вообще-то они занимались наукой. Почему эта новость взорвала рынок? Принято считать, что из ученых получаются так себе бизнесмены: для них первична научная составляющая, и они не очень успешны в выстраивании бизнес-кейсов.

При этом в Штатах, Европе и Азии стабильно растет роль наукоемких стартапов – их называют Deep Tech. Они на порядок сложнее, чем в IT, однако в IT уже не протолкнуться, а тут явно перспективная ниша. Поэтому пошел тренд среди венчурных инвесторов во всем мире – все больше вкладываться в проекты Deep Tech – в области биотехнологий и зеленой химии. Заметно повлияла на рост наукоемких стартапов и пандемия: новые разработки стали срочным порядком востребованы в фармацевтике.

Как же обстоит дело с наукоемкими стартапами в России? Еще недавно ученые искали деньги на коммерциализацию разработок 30–40-летней давности, а инвесторы перелопачивали научные статьи в поисках изюминки. Четыре года назад тренд поменялся: теперь задачу на глубокие научные разработки ставят отделы развития крупных компаний. Появились инвестфонды с серьезной научной экспертизой, посредники, занимающиеся брокериджем в области научных разработок. 

Есть большие надежды на вузовские стартапы – у российских студентов растет интерес к научной карьере. Мониторинг инновационного поведения Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ подтвердил, что доля родителей, приветствующих выбор научной карьеры своими детьми, за последние три года выросла с 32 до 62%. Сыграли свою роль курс экономики на импортозамещение, рост зарплат ученых и увеличение госфинансирования.

С другой стороны, наши вузы совсем не готовят своих выпускников к работе в составе бизнес-команд. А инвесторам идти в Deep Tech, скажем так, лень – первая прибыль слишком далеко, а труда надо в разы больше по сравнению с IT-сектором, чтобы довести проект до рынка. Это несколько лет в лаборатории, серия испытаний, сложная технологическая экспертиза, и не факт, что идея сработает.

Да, появляются бизнес-акселераторы при университетах – например, в рамках программы «Стартап как диплом» при поддержке Минобрнауки России, но пока остаются скорее фикцией. В отличие от IT, где во многом усилиями «Сколково» уже создана рабочая схема взаимодействия стартапов и большого бизнеса, мост между наукой и бизнесом в нише Deep Tech пока не построен.

Но уже появились «живые» институции: корпорации ищут инновации и готовы помогать ученым на всех стадиях проекта – для этого создаются бизнес-акселераторы. Например, у акселератора «Менделеев» в пайплайне уже рабочих 10 проектов.

Недавно я смотрел интересный на первый взгляд проект аэрогелей, которые сегодня используются в различных отраслях – от промышленности и строительства до медицины. Но когда начали разбираться, оказалось, что инженерная установка была сделана на государственный грант, бизнес-плана по выводу продукта нет, но главное – получившийся аппарат просто не работает. При этом сами аэрогели – продукт очень распространенный в мире, в Штатах он очень популярен.

Ну ок, у этих не получилось. Бывает. А где остальные? Ученые у нас есть, это факт, но их идеальный сценарий – получить грант на разработку, отработать, отчитавшись четко по условиям гранта. Но до рынка проекты не доходят.

У меня был разговор с микробиологами в одном наукограде. Они рассказывают: наша команда на гранте Академии наук, работали над технологией, как нейтрализовать продукты испарения возле нефтепровода, – в мире такое есть, но все технологии взрывоопасные, а тут получилось придумать вообще без этого риска. И вот недавно пришли к ним «московские бизнесмены», хотят заполучить разработку за 10 млн руб.

Ученые возмущены: мол, «она стоит 100 млн руб – мы на этот проект ровно столько потратили за 10 лет, это и лаборатория, и исследования, и наши зарплаты». Я им говорю: зачем в принципе отдавать разработку, из которой через несколько лет вырастет серьезный бизнес? Сделайте с бизнесменами совместное предприятие – и ваша доля через несколько лет будет стоить миллиарды рублей. Они долго не могли сообразить, о чем я вообще говорю, – прочел быструю лекцию по основам экономики.

Впрочем, есть и те, у кого получается перейти от чистой науки к практике и выйти на рынок – например, стартап ОЗ, который занимается разработкой антикоррозионных покрытий, смог привлечь более $7 млн инвестиций на поздней стадии (раунд В) – и летом прошлого года команда запустила новую площадку в Ростовской области, чтобы производить ежегодно 30 млн л продукции.

Так надо ли ученому становиться бизнесменом? Не уверен – это разные настройки мышления: он может перестать быть ученым, волшебная штука в голове может сломаться, а вместо этого станет плохим бизнесменом. Поэтому, если научная команда хочет выйти на рынок, – важно искать правильных партнеров и научиться работать с бизнесом «в паре».

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора.

Самое популярное
Свободное время
Собянин: на ВДНХ открылась уникальная экспозиция «Цифровые технологии Москвы»
Выставка к 30-летию Рунета показывает, как развивалась цифровизация и менялась столица
Наш город
Архитекторы рассказали, как будет выглядеть столица в будущем
О трендах современного города говорили на Московской неделе интерьера и дизайна
Свободное время / Галерея
Московский велофестиваль в стиле ретро. Фоторепортаж
В заезде приняли участие более 65 000 человек
Свободное время
Новый Гай Ричи и психолог под прикрытием: шесть фильмов проката
Самые интересные кинопремьеры мая
Наш город
Собянин назвал ключевые инвестиционные проекты 2023 года
Москва стала лидером среди регионов страны с объемом вложений около 6,8 трлн рублей
Городская недвижимость
Личное и рабочее: на рынке недвижимости Москвы появились офисные резиденции
Исторические особняки преображаются с учетом современных требований
Наш город
Стартовал сезон клубники и нашли старинный некрополь – хорошие новости
Только положительные события в завершении недели
Наш город
Кому грант? Столица поддержит лучшее оформление бизнес-объектов
Власти Москвы объявили о запуске четырех программ для предпринимателей
Наш город
«Заморозки вернутся только осенью» – синоптики о восстановлении тепла в столице
После аномального холода погода постепенно приходит в климатическую норму
Свободное время
Куда пойти в выходные 18–19 мая
Только интересные события в Москве
Горожане
Сила жизни и неприятие перемен: книги о психологии, лидерстве и отношениях
Что читает основатель и СЕО сервиса Zoon Илья Мутовин
Наш город / Галерея
Москвичи выбрали самые красивые станции метро
Среди открытых в 2023 году лидерами стали «Нагатинский Затон», «Аэропорт «Внуково» и «Сокольники»
Наш город
Медиатеки и подиумы: как изменятся московские школы
В этом году в рамках программы капремонта модернизируют 50 учреждений
Свободное время
Шесть новых сериалов мая: побег на Кубу и ограбление в Рыбинске
Экранизация нашумевшего романа «Ева» от режиссера Софьи Райзман и спин-офф сериала «Бывшие» с Полиной Гагариной
Горожане
Из-за холодов плановые отключения горячей воды в Москве перенесли на 20 мая
Cвыше 34 000 жилых домов подготовят в столице к новому отопительному сезону