В лаборатории тихо щёлкают приводы, и манипулятор с мягким захватом подводится к яблоку на стойке. Камера фиксирует плод, алгоритм рассчитывает положение, рука аккуратно снимает «урожай» – без вмятин и рывков. Такие сцены ещё недавно выглядели как выставочный аттракцион, а сегодня всё чаще воспринимаются как черновик будущей промышленной рутины: робототехника постепенно выходит за пределы демонстраций и превращается в нормальный инструмент эффективности.
2025-й для мировой робототехники стал годом контрастов – одновременно годом больших ставок и годом трезвых решений. По данным The Robot Report (2026 State of the Robotics Industry Report), отрасль прошла через рекордные инвестиции и ускоренное расширение, но параллельно увидела заметное число реструктуризаций и закрытий проектов. На языке бизнеса это обычно означает одно: рынок взрослеет. Технологии уже достаточно зрелые, чтобы их массово пробовали, но ещё недостаточно «товарные», чтобы все эксперименты одинаково хорошо сходились по экономике.
Главным символом года стали человекоподобные роботы. В 2025-м в гонку за «роботом, похожим на человека» вошли новые разработчики, а действующие игроки ускорили развёртывания. Для компаний такой формат интересен не из-за эффектного внешнего вида, а из-за потенциальной универсальности: там, где инфраструктура построена под человека – проходы, лестницы, стеллажи, ручные операции – идея «робота в человеческой геометрии» выглядит логичной. Одновременно усилился более прагматичный тренд – мобильная манипуляция, когда автономная колёсная платформа сочетается с руками-манипуляторами. Это компромисс между гибкостью и предсказуемостью: колёса дают устойчивость и безопасную кинематику, а манипулятор закрывает широкий спектр операций на складе и в производстве.
Второй сюжет, который в 2025 году перестал быть нишевым, – автономный транспорт и роботакси. Сервисы расширяют географию, накапливают пробеги и обучающие данные, а вместе с этим выходят на новый уровень ответственности: любые инциденты, даже редкие, становятся поводом для доработки сценариев и добровольных отзывов программных обновлений. Для рынка это, скорее, признак зрелости, чем слабости: безопасность превращается в часть продукта и конкурентного преимущества, а не в пункт «после пилота».
Третий поворот – «физический искусственный интеллект», то есть переход от разговоров о генеративном искусственном интеллекте и больших языковых моделях к системам, которые умеют превращать инструкции в действие машины. В центре внимания оказываются модели типа «зрение–язык–действие» – связка, где изображение и текстовая команда преобразуются в моторную команду робота. Проще говоря, робот начинает не только «видеть» и «понимать», но и действовать более адаптивно, без бесконечного перечня жёстко заданных правил. В прикладных сценариях это сокращает время внедрения: меньше ручной настройки на каждом участке, больше повторного использования навыков на разных типах оборудования.
«Самый важный сдвиг – в управлении: робототехника перестаёт быть набором железа и становится данными, интеграцией и метриками эффекта. Побеждают решения, у которых прозрачен полный жизненный цикл – от обучения моделей и цифровых инструкций до обслуживания парка и безопасности взаимодействия человека и машины», – считает Сергеев Степан Алексеевич, заместитель заведующего Кафедрой бизнес-информатики Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.
На складах и в логистике роботизация в 2025 году окончательно закрепилась как инфраструктурный стандарт. Отрасль привыкла к автономным мобильным роботам, роботизированным рукам, конвейерным «островам» и смешанным зонам, где люди и машины работают бок о бок. При этом меняется и финансовая модель: всё чаще обсуждают формат «роботы как услуга» – когда компания платит регулярный платёж за результат и доступность системы, а поставщик берёт на себя обслуживание, обновления и поддержку. Такой подход снижает барьер входа и ускоряет принятие решений, особенно когда бизнесу важна прогнозируемая окупаемость, а не «железо на балансе».
«Компании всё меньше покупают устройство и всё чаще покупают операционный эффект. Если робот сокращает время операции, снижает потери или стабилизирует качество, он быстро становится частью цепочки создания стоимости. Отсюда интерес к моделям оплаты, где важен не станок как актив, а гарантированный результат как сервис», – отмечает Зубов Ярослав Олегович, к.э.н., доцент Кафедры бизнес-информатики Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.
Важно, что в 2025 году рынок показал и обратную сторону зрелости: громкие реструктуризации, банкротства и отделение технологических подразделений в самостоятельные компании стали нормой. Это не отменяет прогресса – наоборот, перераспределяет капитал в пользу тех, кто умеет доводить прототипы до серийного качества, выстраивать цепочки поставок и сервис, а главное – демонстрировать устойчивую экономику внедрения. В робототехнике слишком много «инженерной правды», чтобы долго жить на презентациях: реальная производственная среда быстро выявляет слабые места.
Для России эта мировая динамика важна прежде всего как окно возможностей. На практике выигрывают те, кто аккуратно выбирает задачи – не «робот везде», а робот там, где эффект измерим и повторяем. Такой подход близок российскому рынку, где ценится инженерная рациональность и умение делать решения «под процесс». Наиболее перспективными выглядят сценарии, где робототехника связана с компьютерным зрением, анализом данных и точной механикой – логистика, контроль качества, агротехнологии, обслуживание оборудования.
И здесь уместно упомянуть промышленно-ориентированные разработки Факультета информационных технологий и анализа больших данных Финансового университета при Правительстве РФ. В университете ведётся прототипирование робота для сборки яблок: обнаружение плодов и наведение захвата выполняются с использованием нейросетевой архитектуры YOLO. Система распознаёт объект на изображении и оценивает его положение, после чего вычисляет относительные расстояния до плодов и формирует команду манипулятору. По оценке разработчиков, распознавание удалось заметно ускорить – это критично для работы в саду, где освещение, фон и положение плодов постоянно меняются.
В этом смысле 2025 год можно описать как переход от «робота как чуда техники» к «роботу как элементу операционной системы бизнеса». В 2026-м отрасль, судя по настроениям, продолжит движение в сторону масштабирования – но масштабироваться будут прежде всего те решения, где совпадают три вещи: безопасность, предсказуемость и понятная экономика. А это ровно тот набор критериев, который превращает технологический тренд в устойчивую индустрию.