От Индии до Германии: кто претендует на проведение Олимпиады-2036

Международный олимпийский комитет (МОК) назвал семь стран, которые ведут предварительные переговоры о проведении летней Олимпиады-2036: Индию, Германию, Катар, Венгрию, Турцию, Южную Африку и Южную Корею. Другие претенденты могут заявить о своем интересе до 31 октября 2026 г., но это маловероятно.

Короткий список кандидатов планируется сформировать в марте 2027-го. В 2028 г. МОК намерен определить одного или нескольких предпочтительных претендентов, а окончательно выбрать хозяина Игр – в середине 2029-го.

За право провести Олимпиаду будут конкурировать существенно разные проекты. Германия рассчитывает использовать наследие Мюнхена-1972, Катар заявляет о почти полной готовности спортивной инфраструктуры, а Индия планирует масштабное строительство. МОК предстоит оценить, какая из этих моделей обеспечит лучшие условия для спортсменов и долгосрочную пользу принимающим территориям – без чрезмерной финансовой нагрузки.

Критерии выбора

Борьба за Олимпиаду-2036 разворачивается на фоне пересмотра самой модели выбора хозяев Игр. Еще недавно высокая стоимость заявочной кампании и необходимость масштабного строительства заставляли потенциальных организаторов отказываться от участия. Чтобы снизить порог входа, МОК в 2019 г. заменил дорогостоящую конкуренцию городов постоянным диалогом с заинтересованными сторонами и сделал инфраструктурные требования гибче.

Теперь кандидатам рекомендуют максимально использовать существующие и временные объекты, а олимпийские проекты – встраивать в долгосрочные планы развития городов и регионов. По данным комитета, реформы позволили сократить среднюю стоимость подготовки заявки примерно на 80%. Тем не менее эта экономия касается процедуры отбора, а не проведения самих соревнований: Игры по-прежнему требуют многомиллиардных расходов.

Поэтому при оценке претендентов МОК будет рассматривать не только спортивную инфраструктуру, но и модель финансирования, поддержку властей и населения, транспортную логистику и организационные возможности. Отдельный критерий – наследие Олимпиады: кандидатам предстоит обосновать, как объекты и инвестиции будут работать после завершения соревнований.

При этом центральным требованием остаются условия для участников. «Где бы ни проходили Игры, одно должно оставаться неизменным: спортсмены должны быть в центре всего, что мы делаем. Поэтому для каждого будущего организатора отправной точкой всегда должно быть создание наилучших условий для спортсменов», – заявила президент МОК Кирсти Ковентри.

Новые правила позволяют претендентам предлагать разные форматы – от компактных Игр в одном городе до распределения соревнований между несколькими территориями. Но такая гибкость усложняет сравнение: готовность арен, стоимость строительства и расстояния между объектами в каждом проекте складываются в собственный набор преимуществ и рисков.

Семь проектов

Среди семи претендентов только Германия и Южная Корея уже принимали летние Олимпийские игры: соревнования проходили в Берлине в 1936 г., Мюнхене в 1972-м и Сеуле в 1988-м. Остальные страны рассчитывают впервые получить этот статус. При этом их проекты заметно различаются.

Индия делает ставку на Ахмедабад, который уже получил право провести Игры Содружества 2030 г. В олимпийском проекте, подготовленном в 2025-м, расходы оценивались в 347-640 млрд рупий ($4,1-7,5 млрд). Около 30% соревнований предполагалось организовать на существующих объектах, 60% – на запланированных постоянных аренах, еще 10% – на временных площадках.

Соревнования планировалось распределить не только между Ахмедабадом и соседним Гандинагаром. В концепции также фигурировали Бхопал, Гоа, Мумбаи и Пуна. Таким образом, индийская заявка предполагает проведение Игр сразу в нескольких регионах страны и требует значительной транспортной и организационной координации.

Одновременно Индия наращивает опыт проведения крупных международных соревнований. В 2026 г. страна объявила программу из 65 международных турниров в 15 городах до 2028 г. Еще одним важным тестом станет мужской чемпионат мира по крикету 2031 г. 

При этом опыт проведения масштабного мультиспортивного турнира у Индии уже есть: в 2010 г. Нью-Дели принимал Игры Содружества.

Германия, напротив, строит концепцию вокруг существующего олимпийского наследия. После национального отбора страна выбрала Мюнхен и рассматривает проведение Игр не только в 2036-м, но и в 2040 или 2044 г. Согласно проекту, 90% спортивных объектов должны находиться в пределах 30 км от олимпийской деревни, а 76% – в пределах 16 км. Соревнования почти по половине видов спорта могут пройти непосредственно в Олимпийском парке.

Мэрия оценивает стоимость проекта примерно в 10 млрд евро: половина суммы приходится на проведение соревнований, другая половина – на модернизацию и строительство инфраструктуры. Заявка получила поддержку жителей Мюнхена: на референдуме 2025 г. за нее проголосовали 66,4% участников при явке 42%. Помимо олимпийского опыта, Германия может опираться на проведение мужского чемпионата мира по футболу-2006 и Евро-2024.

Катар представляет один из наиболее подготовленных проектов с точки зрения инфраструктуры. По утверждению Дохи, в городе уже есть 95% необходимых олимпийских объектов, испытанных на крупных международных соревнованиях. Дополнительный аргумент – компактность: во время футбольного чемпионата мира 2022 г. расстояние между самыми удаленными стадионами составляло около 55 км, а транспортная система в пиковые дни перевозила более 700 000 пассажиров в сутки.

В ближайшие годы Катар продолжит накапливать опыт: в 2027-м страна примет чемпионат мира по баскетболу, а в 2030-м Доха проведет Азиатские игры. Главным ограничением олимпийского проекта остается климат. Летняя жара может затруднить проведение соревнований в традиционные сроки – в июле и августе. В случае успеха Катар станет первой страной с преимущественно мусульманским населением, принявшей Олимпиаду.

Турция вновь выдвигает Стамбул, который ранее безуспешно претендовал на летние Игры 2000, 2004, 2008, 2012 и 2020 гг. Теперь город рассчитывает усилить заявку за счет Европейских игр 2027 г. Турецкое спортивное ведомство прямо называет этот турнир важным этапом подготовки к олимпийскому проекту.

Организаторы намерены в значительной степени использовать существующую инфраструктуру. При этом публичной оценки стоимости Олимпиады-2036 Турция пока не представила.

Венгрия также делает ставку на готовые объекты. Центром ее проекта остается Будапешт, но к проведению соревнований могут подключиться другие города страны. По заявлениям руководства национального олимпийского движения, строить новые стадионы специально для Игр не планируется.

За последние годы Будапешт получил опыт проведения крупных международных соревнований – чемпионата мира по водным видам спорта в 2022 г. и чемпионата мира по легкой атлетике в 2023-м. В городе уже есть несколько крупных арен, которые потенциально могут быть задействованы и на Олимпиаде. На «Пушкаш Арене» проводятся футбольные матчи. «МВМ Доум» принимает баскетбольные и гандбольные матчи, а также концерты. Национальный легкоатлетический центр принимал чемпионат мира 2023 г. «Дуна Арена» используется для плавания и других водных дисциплин. При этом детальный олимпийский бюджет Венгрия пока не представила. Последняя попытка страны получить Олимпиаду была связана с Играми-2024, но в 2017 г. Будапешт отозвал заявку, после чего хозяином стала столица Франции.

Южная Африка рассматривает распределенную модель, позволяющую разделить финансовую нагрузку между несколькими территориями. Первоначальная концепция предполагала участие Кейптауна, Йоханнесбурга и Дурбана. Сейчас главным городом проекта на международном уровне называется Кейптаун, а власти страны официально поддержали намерение провести Игры в 2036 или 2040 г. Подробного бюджета в актуальных материалах правительства и олимпийского комитета пока нет.

Для страны заявка имеет и историческое значение: в случае победы Африка впервые примет Олимпийские игры. Кейптаун уже участвовал в борьбе за Олимпиаду-2004, но в 1997 г. МОК выбрал Афины. Из более позднего опыта крупнейших соревнований Южная Африка может опираться на футбольный чемпионат мира 2010 г.

Южная Корея еще формирует окончательную конфигурацию своего проекта. Национальным кандидатом в 2025 г. стала провинция Чолла-Пукто с центром в Чонджу. Тем не менее в 2026-м регион признал нехватку гостиниц, транспортной и спортивной инфраструктуры и предложил Сеулу совместно провести Игры.

7 октября мэр столицы О Се-хун заявил о готовности принять предложение. При этом распределение соревнований и размещение спортсменов и журналистов еще предстоит согласовать.

Подготовленное в 2025 г. исследование Сеула оценивало стоимость проведения Олимпиады в 5,08 трлн вон – около $3,5 млрд, а исследование Чолла-Пукто – в 6,91 трлн вон, или примерно $5,2 млрд. На референдуме 2026 г. проведение Игр поддержали 82,7% жителей страны.

Экономика Игр

Для претендентов на Олимпиаду-2036 ключевой вопрос – не только стоимость проведения соревнований, но и экономический эффект, который они могут обеспечить. МОК связывает возросший интерес к организации Игр в том числе с экономическими результатами последних Олимпиад. В качестве примера комитет приводит Париж-2024: по его оценке, чистый вклад Игр в экономику региона Иль-де-Франс к 2034 г. составит от 9 до 11 млрд евро.

При этом даже преимущественное использование готовых арен не избавляет организаторов от многомиллиардных расходов. Базовый бюджет Парижа-2024 оценивался в 6,8 млрд евро, а с учетом затрат на транспорт и безопасность совокупные расходы превысили 10 млрд евро. При этом значительная часть спортивной инфраструктуры использовалась повторно – в соответствии с новым подходом МОК.

На сочетание готовой инфраструктуры и экономического эффекта рассчитывает и Лос-Анджелес, который примет Игры в 2028 г. Организаторы планируют преимущественно использовать существующие арены, а операционные расходы покрывать из частных источников. Бюджет Олимпиады оценивается более чем в $7 млрд. При этом Корпорация экономического развития округа Лос-Анджелес прогнозирует, что подготовка и проведение Игр увеличат объем экономики региона на $20,5-40,6 млрд.

Если для принимающих территорий экономическое обоснование Игр связано прежде всего с инвестициями и дополнительной деловой активностью, то для МОК основой финансовой модели остаются медиаправа и спонсорство. В цикле 2021–2024 гг. продажа прав на трансляции и глобальная партнерская программа TOP принесли организации суммарно $7,7 млрд: $4,7 млрд пришлось на медиаправа и около $3 млрд – на спонсоров. 

При этом спонсорская модель МОК проходит через перестройку. После Парижа-2024 от сотрудничества с комитетом отказались Toyota, Panasonic, Bridgestone, Intel и Atos. На этом фоне выручка МОК от спонсорства в 2025 г. снизилась до $560 млн – минимального уровня с 2020-го.

МОК частично компенсирует уход партнеров новыми соглашениями. В 2025 г. место Panasonic заняла китайская TCL, также были продлены контракты с компаниями AB InBev и Allianz. В апреле 2026-го к программе присоединился JPMorganChase, став первым в истории глобальным банковским партнером Олимпиады. 

Несмотря на изменения в составе спонсоров, значительная часть будущих коммерческих поступлений МОК уже обеспечена контрактами. Организация сообщала о $7,5 млрд на цикл 2025-2028 гг., $6,9 млрд – на 2029-2032 гг. и еще $4 млрд – на 2033-2036 гг. В сумме это более $18 млрд на 12 лет, включая цикл, в котором состоится Олимпиада-2036.