Уйти в монастырь: зачем россияне едут в православные обители

Термин «монастыринг» на слуху уже несколько лет: в 2024 г. так стали называть проживание в монастыре на определенный срок с целью трудничества, а уже в 2025 г. вышло одноименное реалити-шоу.

Сейчас под монастырингом обычном понимают кратковременное проживание в монастыре, во время которого человек выполняет различные послушания, а взамен ему предоставляют ночлег и питание. Несмотря на то что тренду уже несколько лет, отдельное туристическое направление «православных ретритов» не сформировалось и вряд ли сформируется, считают опрошенные эксперты. Как развивается этот аутентичный вид отдыха и чем трудничество на Валааме отличается от ретрита на Бали – в материале «Ведомости. Города».

Православный ретрит?

Проживание в святых местах с целью очистить разум и перезагрузиться далеко не новое и не российское изобретение. Такие поездки практикуют уже несколько десятилетий и за границей: достаточно вспомнить книгу «Ешь, молись, люби» Элизабет Гилберт, в которой героиня переживает экзистенциальный кризис и в поисках себя отправляется в индийский храм. В последние годы иностранная молодежь заново открыла для себя такой вид отдыха и нарекла его «ретритом». Молодые люди записывают ролики о своем опыте в TikTok: рассказывают, как ездили в буддистские храмы или бронировали заранее места в католических обителях.

Ретрит-туры в Азию организовывают также российские агентства и компании. Обычно это поездка «под ключ», в которой участникам не нужно ни о чем беспокоиться: бронь проживания, питание и программа включены в стоимость.

Иная ситуация сложилась с поездками в православные монастыри. В обителях всегда была возможность пожить трудником – то есть остановиться на какое-то время в стенах монастыря и выполнять послушания: например, мыть посуду в столовой, полоть грядки, чистить подсвечники и т. д. Трудники обычно не только работают, но и ходят на утренние и вечерние службы, а срок их пребывания в монастыре составляет от пары недель до нескольких месяцев, а иногда и лет.

Термин «монастыринг» еще не устоялся, поэтому непосвященные люди могут трактовать его совершенно по-разному, а иногда воспринимать поездку в монастырь как очередной формат городского досуга, считает религиовед, сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Ярослав Климов. По его словам, в церковной традиции существуют паломничество, добровольная помощь монастырю и трудничество. При этом трудниками считаются люди, которые намерены вступить в монастырскую общину, а паломники и добровольцы выделены отдельно. «Понятие «монастыринг» стирает эти различия, поскольку возникло в языке социальных сетей и туристических публикаций. Это создает риск неверного описания монастырской жизни», – уверен он.

Чтобы пожить трудником, нужно договариваться с обителью самостоятельно и индивидуально: каких-либо централизованных туров в России, которые организуют поездку за вас, сейчас нет. Турагентства в основном предлагают экскурсии, которые включают в себя посещение двух-трех религиозных объектов в сочетании с культурно-познавательной программой, подтвердили «Ведомости. Городу» в Российском союзе туриндустрии (РСТ). Такие туры обычно не предполагают проживания на территории монастыря и погружения в его атмосферу. «Запросы на поездки с кратковременным проживанием в монастырях поступают туроператорам достаточно редко. Как правило, организацией подобных поездок занимаются специализированные паломнические службы либо сами путешественники», – сообщил «Ведомости. Городу» эксперт РСТ Владимир Лутов.

При этом спрос на экскурсионные паломнические поездки в последние два года снизился, отмечает он. В РСТ это связывают с ростом стоимости путешествий, так как значительная часть аудитории это пожилые люди с ограниченным бюджетом.

Традиционно востребованными направлениями в таких турах остаются Муром и Дивеево, Тульская и Нижегородская области, города Золотого кольца России, в частности Сергиев Посад и Переславль-Залесский, добавляет эксперт.

Безвозмездный труд как отдых 

Некоторые из монастырей – Валаамский, Костомаровский Спасский, Дивеевский – запустили отдельные от трудничества волонтерские программы. Их детали в каждой из обителей различаются, но общим остается то, что программа выделена в отдельное направление: желающим нужно заполнить анкету и оставить специальную заявку на сайте.

Например, в Валаамском монастыре волонтерская программа разделена на три части: сельскохозяйственная работа, работа на ферме и помощь в благоустройстве и озеленении обители. Первые две длятся три недели, последняя – две. Мужчины и женщины в рамках программы живут отдельно друг от друга без исключений – даже если кто-то из них находится в браке.

Волонтерской программе Валаамского монастыря уже 21 год: первая группа добровольцев из 20 человек прибыла на остров в 2005 г. В то время монастырь возрождался и работал над созданием своего сельского хозяйства. 

«Решение этих вопросов требовало, конечно, больших человеческих ресурсов. Среди послушников и насельников монастыря необходимого количества работников просто не было. И мы с отцом Георгием, тогдашним начальником фермы, старались привлечь на работы паломников, приезжающих в Валаамский монастырь, студенческие отряды как светских, так и духовных учебных заведений», – рассказал «Ведомости. Городу» эконом Валаамского монастыря монах Ефрем.

В 2025 г. волонтерами на Валаам приезжали люди не только из России, но и из Беларуси, США, Австрии, причем 45% из них были жителями мегаполисов, сообщили «Ведомости. Городу» в монастыре. Возрастной состав широкий – обитель принимает участников от 18 до 65 лет, но в прошлом году больше всего было взрослых людей 31–50 лет (42%), молодежи до 30 лет – 30%, людей 51–65 лет – 24%. Желающие поработать волонтерами среди возрастной группы старше 65 лет тоже есть, но их уже заметно меньше – 4%.

«Средний возраст валаамского волонтера в 2025 г. – 42 года. В основном приезжают зрелые люди, осознанно выбравшие безвозмездный труд в качестве отдыха», – прокомментировали в пресс-службе Валаамского монастыря.

Одновременно с этим в жизни трудников и волонтеров есть различия. Для последних монастырь организовывает экскурсии и праздничные поездки на Рождество и Пасху, а также беседы с иеромонахами и братией. Свободное время они могут проводить по своему усмотрению – главное, чтобы это не противоречило правилам монастыря.

В пресс-службе Валаамского монастыря обращают особое внимание на то, что вопрос о вероисповедании волонтеров не ставится принципиально все годы существования программы. «Волонтеров объединяет не только желание оказать помощь, но и желание разобраться в себе – каждый приезжает со своими духовными вопросами», – добавляет монах Ефрем.

В Дивеевском монастыре заезды по волонтерской программе длятся от двух недель, но можно остаться и на более долгий срок. Перед приездом волонтеров просят снять пирсинг, нарощенные ногти и ресницы, а татуировки закрывать длинным рукавом. Координация волонтерской группы происходит в специальном чате в мессенджере «Макс». 

При этом в Дивееве в отличие от Валаама волонтерская программа открылась совсем недавно, в 2023 г., рассказала «Ведомости. Городу» насельница монастыря монахиня Макария. Распорядок дня у волонтеров в монастыре более организован, приближен к монастырской жизни, чем у трудников, говорит она. Последние сами устраивают себе досуг, выбирают дату приезда, а послушание у них обычно одно на все время пребывания в обители.

По словам монахини Макарии, значительную часть волонтеров в Дивеевском монастыре составляют люди 35–50 лет. «Это направление очень востребовано. Многие неоднократно уже приезжали в Дивеево в этом качестве», – заключила она.

Опрошенные «Ведомости. Городом» эксперты сходятся во мнении, что поездки в монастыри с проживанием там вряд ли получится упаковать в массовый туристический продукт в первую очередь из-за специфики православных обителей.

«Монастырь все-таки устроен иначе. Там уже живет община со своим укладом, в который тебя на время принимают, а не организуют его под тебя. Если продавать такую поездку как турпакет, довольно быстро возникнет обычное клиентское ожидание: я заплатил, теперь обеспечьте мне тишину, внимание и нужное состояние. Но монастырь ничего такого не обещает», – говорит преподаватель управленческих дисциплин МГТУ им. Баумана Олег Моторин.

Главное ограничение для развития этого направления не столько спрос, сколько возможность совместить туристические ожидания с реальной жизнью монастыря, считает руководитель FMCG-практики в коммуникационном агентстве PR Partner Татьяна Солдатова. Для туроператора важны понятные условия и воспроизводимый формат, тогда как монастырь не может менять свой распорядок ради удобства гостей. «Кроме того, есть риск, что религиозная жизнь станет для участников и организаторов лишь необычным фоном для фотографий и публикаций в социальных сетях», – добавляет она.

Монастыринг может развиваться не как массовый продукт, а как формат небольших, тщательно подготовленных программ, уточняет эксперт. Успех будет зависеть от договоренностей с конкретными монастырями, понятных правил и уважительного отношения к местным традициям. Если такой формат позволит человеку познакомиться с новым для него укладом жизни, не превращая монастырь в разновидность загородного отеля, у него есть шансы занять свою нишу на туристическом рынке, резюмировала Татьяна Солдатова.

«Было непросто отказаться от привычной жизни»

«Про тренд на монастыринг я узнала от батюшки в трапезной монастыря, когда в 2023–2024 гг. жила там как трудник. Он об этом рассказывал шутливо», – рассказала «Ведомости. Городу» Анна, которая сама прожила долгое время трудником в монастыре. По ее словам, она планировала трудничать пару месяцев, но в итоге осталась в обители на целый год. Как и многих, в монастырь ее привел тяжелый период в жизни, и она решила, что сможет «найти спасение в Боге».

«В то время я работала сммщиком, вроде все было, но и физически, и психологически я постоянно себя плохо чувствовала. Перепробовала все, включая психологию и разные практики йоги, но внутренне почувствовала, что в Боге единственное спасение. Я уволилась с работы, чтобы ничего не отвлекало, и полностью посвятила себя труду», – говорит она.

В монастыре у Анны были разные послушания: полоть огород, следить за свечами в храме и чистить подсвечники, убирать в храме, мыть посуду в трапезной, возить землю в тачках, копать ямы и мыть туалет. Дольше всего девушка занималась реставрацией фасада кельи – затирала трещины штукатуркой, грунтовала и красила, а также изготовлением церковных свечей – топила воск, наматывала фитили и заливала в формы, высушивала, натирала. «Это был очень интересный процесс, я научилась делать свечи разных цветов и размеров. Мне это сильно нравилось», – вспоминает Анна.

Без трудностей тоже не обошлось, признается собеседница «Ведомости. Города». Было непросто отказаться от привычной жизни, особенно в первый месяц: своей квартиры, дофаминовых покупок, скроллинга соцсетей и возможности самостоятельно строить свой режим дня. Также иногда происходили конфликты с другими трудниками: по ее мнению, это случалось из-за того, что совершенно разные люди находятся на закрытой территории.

Анна смогла остаться в монастыре почти на год, так как, по ее словам, «дома ничего не держало». «Я воцерковлялась, разбиралась в себе, исповедовала то, что накопилось за жизнь, ведь в храм я не ходила очень много лет», – добавляет она. Кроме того, в обители девушка встретила близкую подругу, с которой дружит до сих пор. 

Еще одна собеседница «Ведомости. Города» Дарья опыт трудничества приобрела в монастыре Оптина Пустынь, где провела 10 дней и помогала в трапезной. Сначала девушка побывала в обители несколько раз как паломник, прониклась местной атмосферой и решила попробовать себя в качестве трудника.

«Предварительно взяла благословение у духовника и позвонила ответственному за прием трудников, купила билет на поезд и приехала. На месте подошла к дежурному, и меня проинформировали о порядках», – рассказывает Дарья о процессе организации своей поездки. Также девушка жила трудником в Печорах и в Дивеево – работала в трапезной и помогала с цветами в теплице и на территории монастыря. С особенными трудностями девушка не столкнулась – иногда лишь бывало физически сложно, но мыслей или ситуаций, из-за которых захотелось бы уехать раньше срока, не было. 

Даже короткое пребывание в монастыре сильно повлияло на девушку. «Я стала больше доверять Богу, молиться дерзновеннее, меньше суетиться и пытаться разрешать сложные ситуации самостоятельно. Раньше мне было свойственно принимать решения на эмоциях, не подумав. Сейчас прошу Бога через обстоятельства показать, как нужно действовать», – поделилась она.

Отпустить контроль и перезагрузиться 

Психолог Родион Чепалов связывает интерес к монастырингу не только с тягой к религии, но и с психологической усталостью от современной жизни. По его словам, в современном мире человек вынужден ежедневно решать множество дел и одновременно оставаться конкурентоспособным. А монастырь предлагает совсем другую организацию жизни, где все уже решено за тебя и можно отпустить контроль хотя бы на неделю.

Также, продолжает эксперт, у человека есть потребность в автономии, ощущении компетентности и принадлежности к сообществу. Условные офисные сотрудники, составляющие абстрактные таблицы и отчеты, не видят конкретных результатов своей работы. Поэтому они могут разочаровываться и страдать, предполагает он.

«Если такой человек едет в монастырь, то там живет по-другому: работает в саду, убирает территорию, помогает готовить пищу. И самое главное, что вечером он видит результаты своего труда и чувствует себя полезным. Такая смена деятельности может приносить психологическое удовлетворение, отдых, обновление», – рассуждает психолог.

При этом эксперт предостерегает и от возможных психологических рисков, которые могут возникнуть, если ожидание и реальность не совпадут. Например, чересчур тревожный человек может надеяться, что жизнь в монастыре принесет немедленное облегчение, а для другого окажется сложно соблюдать режим или выполнять физическую работу.

«Поэтому я советую заранее узнать условия, честно рассказать принимающей стороне об ограничениях здоровья, обсудить возможность перерыва или досрочного отъезда. При серьезных психологических расстройствах полезно дополнительно посоветоваться с лечащим специалистом», – рекомендует он.