Игорь Острейко: «Цифровой рубль может объединить интересы бинеса и государства»

С 1 сентября 2026 г. цифровой рубль перешел из пилотной стадии в массовую: в России открыто более 200 000 счетов, более десяти тысяч из них – через ВТБ. Для компаний с выручкой больше 120 млн руб. работа с цифровым рублем стала требованием закона, но интерес бизнеса этим не ограничивается, считает руководитель департамента транзакционного бизнеса, старший вице-президент банка ВТБ Игорь Острейко. Он рассказал, какие сценарии со смарт-контрактами (самоисполняющийся цифровой договор, условия которого записаны в виде программного кода. – «Ведомости. Капитал») банк уже протестировал, почему крупным компаниям стоит осваивать цифровой рубль уже сейчас и чего рынок ждет от ЦБ и государства.

«Разница между физлицами и компаниями – в мотивации»

– ВТБ протестировал все основные сценарии работы с цифровым рублем и подготовил необходимую инфраструктуру. Мы подошли к моменту, когда данный инструмент уже фактически выходит из фазы тестирования, однако говорить о том, что он стал частью повседневных расчетов, было бы преждевременно.

Разница в востребованности цифрового рубля между физлицами и компаниями на этом этапе – в мотивации. Люди открывают счета из интереса: они хотят понять, что это за новая форма валюты и как ею пользоваться. Для корпоративного клиента использование цифрового рубля – прежде всего вопрос соответствия закону. Оплату им торговые компании с выручкой более 120 млн руб. должны принимать с 1 сентября 2026 г. Поэтому все, кто обязан, уже открыли счета. Получается, в одном случае драйвер – интерес, в другом – регуляторные требования. Дальше вопрос в том, как смогут ЦБ и коммерческие банки перевести этот интерес из информационной и регуляторной плоскости в нормальный бизнес-процесс, эффективный для всех участников.

– Очевидно, если закон что-то требует – надо выполнять. Это регуляторная основа. Но многие компании понимают, что создается новый механизм расчетов. Статистики тут нет: мы не спрашиваем клиента, открывает он счет потому, что хочет, или потому, что должен. Регулятор определил перечень: попадая под требования закона, компании должны их выполнить, а банки, в том числе ВТБ, – обеспечить технологическую возможность. Мы это и делаем, но с фокусом на создание удобного и полезного для бизнеса продукта.

Но это не единственная причина. Мы с каждым клиентом ищем и диагностируем сценарии, где цифровой рубль может пригодиться. Во-первых, в самой технологии зашита возможность автоматической оплаты. Насколько такой сценарий масштабируется, зависит от ряда факторов и на нашей стороне, и на стороне регулятора: как мы сможем сделать процесс бесшовным и удобным для коммерческого использования. Чтобы технология действительно стала массовой, есть достаточно большой ряд элементов, которые необходимо донастроить.

Во-вторых, в цифровом рубле можно программировать действия, например на цепочке из нескольких этапов задавать платежи при определенных условиях. В-третьих, технология позволяет «окрасить» цифровой рубль и затем видеть весь маршрут платежей до конечной точки назначения. Эти опции, вне всякого сомнения, подталкивают и компании, которые регуляторно не обязаны открывать счета в цифровых рублях, сделать это.

При этом важно учитывать специфику крупного бизнеса. Если взять 200 крупнейших компаний России, у них практически нет одинаковых моделей работы. У каждой свои бизнес-процессы, корпоративная, межсегментная и межфилиальная отчетность, а также управление финансами с учетом отраслевой специфики. Поэтому компаниям уже сейчас имеет смысл пробовать работать с цифровым рублем. Его надо встраивать в свои системы, тестировать его возможности и адаптировать под конкретные задачи бизнеса. Тогда, когда новая форма расчетов полноценно войдет в экономику – через бюджетные операции или продукты коммерческих банков, – компании будут готовы использовать ее в своей повседневной деятельности. В противном случае они могут столкнуться с ситуацией, когда поток цифровых рублей уже пойдет через их бизнес, а соответствующие процессы и каналы работы с этим инструментом еще не будут выстроены.

«Проложить дорогу – необходимый первый шаг»

– Приведу аналогию. ВТБ участвует в реализации множества инфраструктурных проектов – например, строительство автомобильных трасс, мостов и т. д. Проложить дорогу – необходимый первый шаг. Но пользоваться ей начинают, когда она становится нужным и удобным маршрутом. Здесь похоже: первая дорога построена, а дальше от регулятора и коммерческих банков во многом будет зависеть, как наполнить ее движением.

Сегодня большинство инвестиций делается в ответ на регуляторные требования. Но цифровой рубль предусматривает и другие возможности. Чтобы их реализовать, нужны доработки со стороны регулятора, часть из которых уже запланирована, а также со стороны коммерческих банков, которые лучше понимают потребности клиентов. Важно, чтобы эта работа шла согласованно.

Отдельная тема – бюджетные платежи, прежде всего расходы в цифровых рублях. Создаваемая для этого инфраструктура станет основой для дальнейшего развития более сложной модели использования этой валюты.

Поэтому я бы не рассчитывал, что инфраструктура сама по себе сформирует спрос. Она открывает возможности, а наша общая задача – превратить их в практическую пользу. Именно на пересечении интересов бизнеса, государства и банка рождается ценность цифрового рубля.

– Первый пример – оплата в цифровых рублях на нескольких уровнях: заказчик платит подрядчику, тот – субподрядчику и далее, при этом средства объединяются в серию. При реализации инвестиционных проектов с большим количеством участников такая система позволяет обеспечить прозрачность движения денег и их целевого использования. Для бизнеса это действительно может быть полезным инструментом. Если все необходимые технологические доработки будут сделаны и такой сценарий войдет в практику компаний, это станет одним из примеров эффективного использования новой формы расчетов.

Второй пример – ВТБ, страховая группа «Согаз» и Московский метрополитен заключили первый в России смарт-контракт на страхование беспилотного городского транспорта. Формируется заявка, после чего смарт-контракт автоматически производит выплату в цифровых рублях. Эта тестовая операция стала первой в России страховой выплатой, осуществленной в цифровой национальной валюте. При этом в ходе тестирования возникла практическая задача: как действовать, если на счете недостаточно цифровых рублей? В процессе возникла потребность проводить выплату в безналичной форме. То есть сразу пришли к доработке технологии, которая позволила бы объединить два вида расчетов – в цифровых и безналичных рублях. На базе таких тестов вполне могут появиться реальные бизнес-кейсы.

– Я бы не противопоставлял одно другому. Смарт-контракт позволяет автоматически исполнять заранее согласованные условия. Но сама логика условного платежа бизнесу давно знакома. Мы работаем с ней в документарном бизнесе: например, при расчетах по аккредитиву платеж зависит от представления документов, соответствующих установленным условиям. Поэтому вопрос не столько в новизне подхода, сколько в том, какие действия можно автоматизировать и что это даст бизнесу.

Это хорошо видно на примере банковского сопровождения контрактов, которое мы развиваем в ВТБ. Здесь задача – не просто провести платеж, а обеспечить прозрачность расчетов по всей цепочке исполнителей и проконтролировать целевое использование средств. За этим стоят и технологии, и накопленный опыт работы с условиями конкретных контрактов. При этом часть проверок по-прежнему выполняют специалисты, так как требуют уникальной экспертизы для принятия решения. Смарт-контракты могут дополнить эту практику там, где условия можно однозначно описать, а их выполнение – подтвердить в цифровом виде.

Но отдельный платеж – лишь часть работы компании. Развивая сервисы централизованного казначейства, мы видим, насколько важно связать управление ликвидностью, согласование и исполнение платежей в последовательный, удобный для клиента процесс, интегрированный в ERP-системы бизнеса (англ. Enterprise Resource Planning, корпоративные информационные системы для управления основными бизнес-процессами. – «Ведомости. Капитал»). Эти пути уже выстроены, и при внедрении новой технологии важно сохранить их целостность. Компания не должна заново организовывать работу только потому, что часть расчетов теперь проходит в другой форме денег.

Поэтому главный вопрос – как обеспечить совместную работу цифрового и безналичного рубля, используя сильные стороны каждого. Не заменить уже работающие инструменты, а дополнить их там, где это сокращает ручные операции, упрощает контроль и делает расчеты удобнее. Для клиента ценность не в самой технологии, а в том, насколько лучше она решает его задачу.

«Бюджетные расходы – одно из направлений развития цифрового рубля»

– Если говорить о сценарии, где потребность в этой технологии может быть наиболее высокой, то это как раз бюджетные расходы. Тут цифровой рубль может объединить интересы бизнеса и государства. Решение, конечно, за правительством: какую сумму оно готово проводить в цифровых рублях, какую часть субсидий и других бюджетных расходов перевести в эту форму. При этом сама технология позволяет задавать условия использования средств и контролировать соблюдение установленных ограничений.

ЦБ также рассматривает бюджетные расходы как одно из направлений развития цифрового рубля. Это, в частности, отражено в «Основных направлениях развития финансового рынка» на ближайшие три года. Такой механизм позволит государству отслеживать целевое использование средств и оперативно доводить субсидии до получателей.

Совместно с правительством Москвы мы уже пропилотировали такие операции, как многоуровневые расчеты в цифровых рублях с поставщиками и зачисление зарплаты по реестру. Заказчик проекта получил возможность в режиме реального времени видеть всю цепочку платежей и контролировать целевое расходование средств.

– Давайте переведем это в житейскую плоскость. Что такое успех? Я как-то уже об этом задумывался. Это – неважно, в профессиональной или личной жизни, – когда ты чего-то достиг и получил удовлетворение. Для меня успех – это удовольствие от достижения. Применительно к цифровому рублю его можно измерить в трех направлениях.

Первое – государство. Для него критерий успеха, полагаю, увидеть, что технология действительно обеспечила прозрачность и скорость целевого расходования средств. Второе – бизнес, наши корпоративные клиенты, для которых банк здесь проводник инноваций. Для них это минимизация издержек на управление финансами и упрощение внутреннего контроля при реализации проектов. Третье – мы, коммерческие банки. Для нас успех будет измеряться спросом клиентов на наши продукты, когда мы сможем внедрить технологию. И, естественно, окупаемостью инвестиций, монетизацией вложений в цифровой рубль. Из этих составляющих и будет складываться успех.

– Со стороны государства и Банка России я бы выделил два направления. Прежде всего, это адаптация платформы под потребности бизнеса. Они постоянно формируются и расширяются. Мы на Международном банковском форуме как раз обсуждали механизм перевода средств между цифровыми и безналичными рублями, использование цифрового рубля в подписках, реестровые выплаты, межфилиальные и внутригрупповые расчеты, возможность одной компании открывать несколько счетов. Это уже конкретные запросы бизнеса. Чем быстрее они будут учтены, тем проще будет встраивать цифровой рубль в существующие процессы.

Кроме того, это бюджетные расходы, о которых мы уже говорили. Когда государство начнет хотя бы частично проводить их в цифровых рублях, через этот канал начнется дополнительное обращение средств, а вместе с ним появится больше возможностей для использования новой формы расчетов в конкретных бизнес-сценариях.

Со стороны коммерческих банков задача заключается в том, чтобы глубоко понимать потребности клиентов и адаптировать новые возможности под их реальные бизнес-процессы.

Отдельное направление – дальнейшее развитие платформы. Мы обсуждали возможность открывать счета в цифровых рублях в коммерческих банках, и Банк России обозначил готовность рассматривать такой вариант. Чем теснее будет взаимодействие между регулятором и банками – и при развитии функциональности, и при ее адаптации к реальным бизнес-задачам, – тем быстрее цифровой рубль сможет стать полноценным инструментом для компаний.