В России развивают новый подход к лечению онкологических заболеваний

Рак предстательной железы остается одним из наиболее распространенных онкологических заболеваний среди мужчин. По данным Международного агентства по изучению рака (IARC), в 2022 г. в мире было зарегистрировано около 1,5 млн новых случаев заболевания и более 397 000 смертей от него. В России, согласно статистическому сборнику «Состояние онкологической помощи населению России», в 2024 г. диагноз рака предстательной железы впервые был установлен у 59 405 пациентов.

Для пациентов с распространенными формами заболевания, у которых опухоль перестает отвечать на гормональное лечение, одним из направлений терапии становится применение радиофармацевтических препаратов. Они позволяют доставлять радиоактивные вещества непосредственно к опухолевым клеткам или пораженным метастазами тканям.

Одно из развивающихся направлений ядерной медицины – таргетная альфа-терапия, основанная на использовании радионуклидов, испускающих альфа-частицы. В отличие от некоторых других видов лучевого воздействия они проходят в тканях небольшое расстояние, но обладают высокой энергией, позволяющей вызывать серьезные повреждения опухолевых клеток. Опрошенные «Ведомости. Здоровьем» эксперты отмечают, что для расширения применения технологии недостаточно увеличить производство радиоактивных изотопов. Необходимы клинические исследования, специализированные медицинские центры, подготовка персонала и развитие системы лекарственного обеспечения.

Как работает таргетная альфа-терапия

Таргетная альфа-терапия основана на использовании альфа-излучающих радионуклидов в сочетании с селективными молекулами-носителями, например пептидами или антителами, следует из материалов Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Такой подход позволяет максимально воздействовать на клетки-мишени при минимальном воздействии на окружающие здоровые ткани.

Ключевая особенность альфа-частиц заключается в высокой линейной передаче энергии при проникновении в ткань на расстоянии всего в несколько микрон, объясняет старший научный сотрудник кафедры физики ускорителей и радиационной медицины физического факультета МГУ Марина Желтоножская. Они отдают большое количество энергии, вызывая множественные двунитевые разрывы ДНК. Такие повреждения клетке практически невозможно восстановить, поэтому она погибает. Благодаря небольшой глубине проникновения альфа-частиц основное воздействие остается локальным – в зоне опухолевых клеток. Этот подход особенно полезен для лечения микрометастазов и отдельных опухолевых клеток, которые трудно удалить хирургически, добавила эксперт. Среди альфа-излучающих радионуклидов, которые применяются или изучаются в онкологии, – радий-223 и актиний-225.

Какие препараты уже применяются

Сейчас в России зарегистрированы три препарата хлорида радия-223 отечественного производства, рассказал «Ведомости. Здоровью» главный внештатный онколог Минздрава Андрей Каприн. Все они предназначены для лечения кастрационно-резистентного рака предстательной железы с метастазами в кости, но не во внутренние органы. Кастрационно-резистентным называют рак предстательной железы, который продолжает прогрессировать, несмотря на снижение уровня тестостерона в результате гормональной терапии.

Радий-223 – альфа-излучающий радионуклид, который химически ведет себя подобно кальцию, объясняет Желтоножская. Благодаря этому он самостоятельно накапливается в участках активного костеобразования, где часто располагаются костные метастазы. Поэтому радию-223 не требуется отдельная молекула-носитель для доставки к пораженной ткани.

В России препараты этого типа применяются с 2019 г., первоначально использовался препарат Xofigo компании Bayer. В 2024 г. было налажено производство его отечественных аналогов, в том числе в Екатеринбурге и Димитровграде (компанией «Простор фарма» и ФМБА соответственно. – «Ведомости»), рассказала Желтоножская.

При этом радий-223 не является универсальным препаратом для лечения любых костных метастазов, отмечает кандидат медицинских наук, доцент кафедры госпитальной хирургии № 2 Пироговского университета Алексей Шабрин. Решение о его назначении принимается с учетом показаний, состояния костной ткани, риска переломов и общей клинической ситуации, поясняет он.

Какие возможности изучают

Актиний-225 рассматривается как одно из перспективных направлений таргетной альфа-терапии. В отличие от радия-223 он сам по себе не накапливается в опухоли, поэтому его присоединяют к молекуле-носителю, которая распознает определенную мишень на опухолевых клетках, объясняет Желтоножская.

Больше всего клинических данных о применении актиния-225 собрано при метастатическом кастрационно-резистентном раке предстательной железы. В частности, речь идет о пациентах, уже прошедших несколько видов лечения, отмечает Желтоножская. Одно из наиболее известных направлений – использование актиния-225 в сочетании с молекулами, нацеленными на простат-специфический мембранный антиген (PSMA), говорит Шабрин. Эта мишень присутствует на поверхности многих клеток рака предстательной железы.

По словам Желтоножской, актиний-225 изучается в том числе у пациентов, у которых заболевание продолжает прогрессировать после терапии лютецием-177 с молекулой, также нацеленной на PSMA (см. врез). При этом результаты ранних клинических исследований актиния-225 выглядят обнадеживающе, но его применение пока не стало универсальным стандартом лечения, подчеркивает Шабрин.

Возможности актиния-225 изучаются и при других онкологических заболеваниях. Еще одно направление исследований – нейроэндокринные опухоли, клетки которых имеют рецепторы к соматостатину (пептидный гормон, который вырабатывается в гипоталамусе и поджелудочной железе и подавляет выделение гормона роста и других гормонов. – «Ведомости. Здоровье»), продолжила Желтоножская. В этом случае актиний-225 соединяют с веществами, похожими на соматостатин и способными связываться с соответствующими рецепторами. Также соединения с актинием-225 изучаются при лейкозах, глиомах, мелкоклеточном раке легкого и других злокачественных новообразованиях. Но для большинства этих заболеваний речь пока идет о клинических исследованиях, а не о стандартном лечении, добавила она.

Несмотря на развитие исследований, препараты на основе актиния-225 пока не зарегистрированы ни в России, ни за рубежом, сообщил Каприн. По его словам, в России их применение регулируется соответствующими приказами, позволяющими изготавливать радиофармацевтические препараты в специализированных производственных аптеках, расположенных непосредственно в медицинских учреждениях. Такие подразделения называют ядерными аптеками.

Производство радиоизотопов

Одним из основных препятствий для развития таргетной альфа-терапии остается сложность получения актиния-225. Как объясняет доцент кафедры медицинской физики НИЯУ МИФИ Алексей Трухин, изотоп можно получать несколькими способами: выделять из тория-229, облучать радий-226 на циклотронах средних энергий либо торий-232 на ускорителях высокой энергии.

Более 95% актиния-225 в мире получают первым методом, объясняет Желтоножская. Его преимущество заключается в высокой радионуклидной чистоте конечного продукта, но запасы исходных материалов ограничены. Уран-233 производился в ядерных реакторах еще в 1960-х гг., а период полураспада тория-229 составляет около 7340 лет. Поэтому быстро нарастить производство актиния-225 таким способом практически невозможно.

Альтернативой становятся ускорительные технологии. Актиний-225 можно получать путем облучения радия-226 протонами на циклотронах или тория-232 на ускорителях высокой энергии. Но и эти способы имеют ограничения: работа с радием-226 требует повышенных мер радиационной безопасности, а при облучении тория-232 главным ограничением является возможное образование долгоживущего актиния-227, который нельзя химически отделить от актиния-225 обычными методами, поскольку это изотопы одного элемента, поясняет Желтоножская.

По оценке Трухина, более 50% мирового объема актиния-225 производится в Государственном научном центре РФ – Физико-энергетическом институте в Обнинске. При этом на международном рынке развиваются новые проекты по увеличению производства изотопа. Например, американская TerraPower планирует запуск производства в 2027–2028 гг., а в Бельгии развивается проект консорциума PanTera, добавил он.

В России также расширяется производство радиофармацевтических препаратов. Как рассказала Желтоножская, «Росатом» строит завод на площадке Научно-исследовательского физико-химического института им. Л. Я. Карпова в Обнинске. По состоянию на апрель 2026 г. там были смонтированы две технологические линии, предназначенные для производства препаратов на основе актиния-225 и радия-223. Первую опытную партию планируется выпустить в конце 2026 г., а выйти на проектную мощность – к концу 2028 г., сообщила эксперт. Всего на предприятии планируется установить 16 технологических и одну исследовательскую линию, сообщала пресс-служба «Росатома». После запуска завод сможет выпускать еще около 20 видов продукции для российского рынка и экспорта.

Получение самого изотопа – только один из этапов производства радиофармпрепарата. После наработки актиний-225 необходимо выделить и очистить, получить фармацевтическую субстанцию, провести радиомечение молекулы-носителя и обеспечить стабильность, стерильность и контроль качества препарата, объясняет Желтоножская. Эти процессы требуют многостадийной радиохимической обработки и специального оборудования.

Дополнительные ограничения связаны с периодом полураспада актиния-225 – около 10 суток. Поэтому производство препарата и его доставку в медицинские учреждения необходимо точно координировать.

Что еще ограничивает внедрение

Наличие собственного производства радиоактивных изотопов само по себе не обеспечивает доступность таргетной альфа-терапии для пациентов. Для ее широкого применения необходима полноценная система, включающая производство и стабильные поставки препаратов, специализированную медицинскую инфраструктуру, подготовку персонала и клинические исследования, отмечает Шабрин.

Одним из основных препятствий остается отсутствие зарегистрированных препаратов на основе актиния-225. Для их регистрации необходимо получить клинические данные, отмечает Желтоножская. Исследования должны определить оптимальные показания, дозы и последовательность лечения, добавляет Шабрин. По оценке Трухина, этот процесс может занимать от пяти до 10 лет и требует значительного финансирования.

Расширение применения технологии потребует и развития медицинской инфраструктуры. По словам Желтоножской, необходимо создавать отделения радионуклидной терапии, обеспечивать лабораторный и дозиметрический контроль, а также организовывать логистику препаратов и обращение с радиоактивными отходами. При этом требования зависят от конкретного радионуклида. Например, радий-223 выводится преимущественно через кишечник, а не через почки, поэтому его использование не требует обязательного наличия специальной канализации в медицинском учреждении, пояснил Каприн.

Еще одно условие – подготовка специалистов. Развитие таргетной альфа-терапии требует участия не только врачей ядерной медицины, но и медицинских физиков, радиохимиков и радиофармацевтов, отмечает Желтоножская. По ее словам, необходимо также совершенствовать методы дозиметрического планирования и контроля при работе с актинием-225, поскольку расчет лучевой нагрузки остается сложной задачей.

Для масштабирования терапии необходимо решить и вопрос ее финансирования. По словам Трухина, специализированные радиологические отделения должны получить соответствующие лицензии, а лечение – быть включено в систему обязательного медицинского страхования и высокотехнологичной медицинской помощи.