Дети бегают босиком, грунт вывозят на лодках, а волонтеры едут со всей страны

Прибрежную территорию в Туапсе уже открыли для посещения, и люди приходят к морю гулять, загорать и рыбачить. Некоторые даже заходят в воду и пускают детей бегать босиком. Центральный пляж выглядит довольно чистым, а вода – прозрачной. Но если двигаться в сторону скалы Киселева, картина меняется. До следующего пляжа практически нет участков без следов нефтепродуктов. Где-то это отдельные капли, где-то небольшие сгустки, а местами – загрязненные зоны.

На этом маршруте мне встретились два мертвых дельфина. По внешнему виду невозможно определить причину их гибели. В некоторых лужах застревают крабы, при этом у самого берега плавают мальки и рыба. Местные продолжают помогать: вручную собирают загрязненный песок, гальку и камни. У мусорных контейнеров стоят пятилитровые бутылки, наполненные густой темной жижей, мешки. Рядом видны три очага возгорания. Вероятно, поджог: горят доски и древесина.

Жители считают, что, если бы каждый вышел на уборку хотя бы один раз, побережье удалось бы привести в порядок, «иначе все лето в мазуте будем ходить». А собачники предупреждают друг друга: животных лучше сюда не приводить – нефтепродукты все еще остаются в грунте, хотя другие дают своим животным там гулять.

В пункте АНО «Будь рядом», куда попадают пострадавшие от загрязнений животные и птицы, находятся 28 кошек и шесть собак, в пиковые дни животных было более 70. Их очищают в три этапа: сначала обрабатывают маслом, затем смывают жирорастворяющим средством, после чего моют шампунем для животных. Если питомец успел слизать нефтепродукты, ему дают сорбенты, а при обезвоживании ставят капельницы. Диких или одичавших животных иногда приходится купать прямо в клетках. Особенно сложно было в период, когда не было воды, – тогда приходилось греть воду в чайниках и отмывать в тазах.

Животных выгуливают, вычесывают, кормят, лечат, стерилизуют и кастрируют. Есть стационар для самых тяжелых пациентов и места для тех, кто уже ждет новых хозяев. Часть животных забрала краснодарская организация «Краснодог», часть уже удалось пристроить. Приюту по-прежнему нужна помощь: лекарства, расходные материалы и прочные клетки. Хлипкие конструкции крупные собаки быстро ломают.

Пока мы общались, привезли кота на повторную отмывку. В приюте над этим уже смеются: местные, кажется, готовы были бы просто приносить сюда помыть своих питомцев. А через пункты выдачи заказов люди отправляют необходимое – от расходников до лекарств.

«Праздники закончились, волонтеры разъехались, все пошли на работу. Теперь это на мои плечи легло. И один приют, и второй, где 40 собак», – рассказывает руководитель приюта Елена Луговенко. Но она думает и о будущем: ищет меценатов, готовых помочь с покупкой отдельного участка вдали от людей со светом и водой.

По дороге случайно знакомимся с Аланом, он из Санкт-Петербурга. Работает техническим директором мультипликационной студии, а в Туапсе приехал на две с половиной недели помогать.

Сейчас он вместе с единомышленниками пытается организовать фонд защиты птиц. Люди, работавшие с пернатыми после разлива мазута 2024 г., хотят применять полученный опыт. Алан – один из них, он рассказывает, что в Туапсе замазученных птиц почти нет. И ситуация в целом выглядит заметно лучше, чем в Анапе. Возможно, потому, что сейчас не сезон массовой зимовки птиц – побережье просто не было заполнено ими так, как это бывает зимой.

То же самое говорят и сотрудники приюта. В Туапсе среагировали гораздо быстрее. С самого начала было много техники, много людей, работа шла организованно и женщинам-волонтерам советовали не заниматься уборкой из-за возможного вреда для репродуктивного здоровья. Девушки в приюте смеются, говорят, в 20 лет такие предупреждения их бы точно не остановили.

Среди волонтеров на пляже у поселка Тюменский, в 11 км от центра Туапсе, в основном молодежь. Работают в хорошей защите: плотные костюмы, серьезные респираторы. По словам Владимира Коровянского, представителя Народного фронта и координатора, среди волонтеров преимущественно молодежь от 18 до 26 лет, но есть и люди старше. «Вот молодая семья – ну как молодая, лет 40, – выдался отпуск, и решили использовать его на благо общества. Девочка приехала не так давно на мотоцикле, такая антуражная, вся в коже. Оказалось, девочке 54 годика», – приводит примеры координатор.

По его словам, люди едут со всей страны – из Челябинска, Новокузнецка, Ноябрьска и других городов. Волонтеры живут и питаются бесплатно благодаря поддержке местного бизнеса, в штабе организовано питание. «Ресторан «Мама», который находится в Сочи, прислал 100 порций потрясающего плова. Даже на таком удалении люди хотят быть сопричастны», – отметил он.

Волонтер Олеся приехала из Сургута по санаторной путевке. «Купила дома костюм и перчатки и приехала помогать», – рассказывает она. По профессии Олеся горный инженер – геолог, работает в офисе и составляет геолого-геодезические разрезы. В Туапсе она планирует остаться до конца отпуска и совмещать помощь с отдыхом. Следом за ней приехала 50-летняя мама Надежда, добиравшаяся поездом трое суток.

Изначально был ограничен доступ к основному пляжу, работали специалисты МЧС, «Кубань-Спаса», профильных ведомств. Основные силы были брошены на эпицентр в Туапсе. Но в уборке нуждался и пляж в поселке Тюменский. Туда с 27 апреля ежедневно выезжала группа из Краснодара: выезд в 5 утра, возвращение вечером. На начальном этапе не было понимания, как будет строиться работа, поэтому неравнодушные граждане просто приезжали и убирали самостоятельно, рассказывает Коровянский.

Из-за дождя 1-го и 2-го числа работы не велись, а 3 мая Владимир заехал на постоянку. Его задачей стало наладить процесс, создать штаб и выстроить системную работу. После обращения в головной офис Народного фронта в Москве было принято решение, что неравнодушные из других регионов могут присоединиться к устранению ЧС. Была набрана группа из 17 человек, которые прибыли 3 мая.

Изначально волонтерская активность носила стихийный характер, что создавало дополнительные проблемы и администрации, и координаторам на местах. Позже внедрили системные правила, переписали всех участников и начали полноценную координацию. После урегулирования бытовых вопросов была налажена коммуникация с профильными организациями – «Кубань-Спасом» и МЧС.

Основной проблемой участка стали бетонные конструкции, доходящие до воды, и отсутствие доступа для техники. Было принято решение делать дорогу, несмотря на скептицизм окружающих. «Когда мы рассказывали о своих планах, нам все говорили, что это невозможно, не получится так, кидайте руками», – вспоминает Владимир.

Параллельно прорабатывался вариант транспортировки мешков на катамаранах и лодках. «Их тащили люди, как бурлаки, только бурлаки по берегу тащили, а в нашем случае ребята в костюмах таких забродных заходили в воду и тащили руками», – рассказывает Коровянский. Позже нашли гидроцикл у «Кубань-Спаса», к которому прицепили лодки. Это значительно упростило логистику: груз теперь доставляется и по воде прямо к ковшу погрузчика. Темпы работы заметно выросли.

На прошлой неделе были осложнения из-за грозовой опасности – работу приходилось останавливать. В штабе организован контроль за безопасностью. «Теперь у нас в 12 часов пекло. Чтобы не допускать такого состояния, негативного для людей, первая группа заходит в 6 утра и дальше меняется по часу. Этот процесс длится до 11 часов. Далее заступают либо в 16, либо в 17 часов – смотря по погоде», – рассказал Коровянский. Волонтеры работают в двухфильтровых угольных респираторах, принимают полисорб.

Текущая задача штаба – убрать бухту и перешеек. Основной костяк волонтеров будет работать до 16-го числа, после чего из Москвы обещают прислать замену. Кроме того, штаб тестирует пять видов биоразлагаемых реагентов, не наносящих вреда окружающей среде. Жидкие составы в сочетании с подачей под давлением, по словам координатора, работают гораздо лучше, чем просто теплая вода. Тестируются сорбенты, результат которых будет виден примерно через 20 дней.

По словам Коровянского, волонтерам «очень помогают, причем не формально». И его впечатляет неравнодушие людей: «Все удивляются, насколько наше общество все-таки сознательно».

Туапсе