Кошелек или жизнь: почему Саудовская Аравия сокращает инвестиции в мировой спорт
Финансирования лишились проекты в гольфе и теннисе, расходы на ЧМ-2034 тоже урезаныОдин из главных драйверов развития спорта последних лет – Суверенный фонд Саудовской Аравии (PIF) отходит от прежней стратегии крупных инвестиций в большие проекты. По данным американского бизнес-издания Semafor, пять из 15 арен, которые должны будут принять ЧМ-2034 по футболу, так и не построят. Причина – неспособность фонда финансировать столько дорогостоящих проектов одновременно. PIF разорвал контракт с Женской теннисной ассоциацией (WTA), отказался от Азиатских зимних игр – 2029, а также закрыл собственный мегапроект в гольфе.
Покупка влияния
О новом глобальном векторе развития в фонде официально не объявляли. Но цепочка последних событий и анонсов говорит о том, что о прежних многомиллиардных инвестициях придется пока забыть. С конца 2010-х Саудовская Аравия уделяла огромное внимание спорту в рамках стратегии Vision 2030, которую наследный принц Мухаммед бин Салман представил в 2016 г. Документ включает несколько направлений: диверсификацию экономики, привлечение туристов, создание условий для иностранных инвестиций, а также повышение международного авторитета страны. Серьезная экспансия в мировой спорт началась в 2018 г. 10-летним контрактом с американской рестлинг-лигой WWE. По нему Саудовская Аравия получила право принимать несколько турниров. Затем страна стала проводить боксерские бои, топ-соревнования по теннису и гольфу, а в 2021-м в одном из крупнейших городов королевства – Джидде впервые прошел этап «Формулы-1».
Уже тогда государство финансировало спортивные проекты через PIF. Но по-настоящему крупную сделку фонд заключил в октябре 2021-го, когда купил 80% акций клуба Английской премьер-лиги «Ньюкасл» за 305 млн фунтов. А в конце 2022-го при участии PIF саудовский «Аль-Наср» подписал Криштиану Роналду на зарплату за $200 млн в год. В 2023-м громких трансферов в местную лигу стало больше – Карим Бензема, Неймар, Н’Голо Канте и другие звезды переходили в клубы саудовского чемпионата за очень солидной зарплатой и бонусами. К тому моменту PIF получил контроль над четырьмя ведущими клубами: «Аль-Хилялем», «Аль-Насром», «Аль-Ахли» и «Аль-Иттихадом».
В некоторых видах спорта фонд стал крупнейшим инвестором и попытался изменить давно выстроенную систему. Например, в 2022 г. PIF запустил лигу LIV Golf, чтобы конкурировать с американским PGA Tour и привлечь ведущих игроков многомиллионными контрактами. В проект инвестировали $5 млрд. «Первая фаза была этапом быстрого входа на рынок путем приобретения активов и привлечения международного внимания, – объясняет «Ведомости. Спорту» Глеб Васильев, сотрудник научно-учебной лаборатории исследований спорта ВШЭ. – На втором этапе возникает вопрос, какие из этих инвестиций смогут приносить отдачу без постоянного притока дополнительного госфинансирования. Такую смену акцентов мы и видим в новой стратегии. Фонд переходит от быстрого роста к реализации стоимости созданных активов и повышению эффективности инвестиций».
Пик и спад
Пик спортивной активности фонда пришелся на 2023-й, но уже в следующем году проявились признаки торможения. Расходы на футбольные трансферы резко снизились: если в 2023-м саудовские клубы потратили на новичков $875 млн, то в 2024-м – только $431 млн. В 2026-м – $407 млн. Список контролируемых фондом клубов тоже сократился: в апреле 2026 г. PIF продал 70% акций «Аль-Хиляля» саудовской компании Kingdom Holding.
5 ноября фонд объявил о прекращении финансирования LIV Golf на фоне неудачной попытки привлечь $300 млн частных инвестиций – лига будет ликвидирована. «Скорее это переход от экстенсивных вливаний к жесткому финансовому аудиту, – отметил в беседе с «Ведомости. Спортом» инвестиционный банкир Илья Шумов. – Первоначальный хайп показал, что классические и искусственные спортивные активы могут генерировать миллиардные убытки без очевидной синергии. Сейчас фонд требует окупаемости. Если актив не вписывается в экономику Vision 2030, финансирование урезается».
В женском теннисе Саудовская Аравия также сокращает присутствие. В апреле 2024 г. WTA договорилась с Федерацией тенниса королевства о проведении Итогового турнира в Эр-Рияде. Принимающая сторона обеспечила рекордные призовые – более $15,25 млн. Но сотрудничество завершилось раньше срока. В июле 2026 г. стороны договорились о расторжении контракта: WTA попросила перенести турнир в другое место, в 2026-м он прошел в Индиан-Уэллсе, а призовые снизились до $10 млн.
Побочные эффекты
У спортивной экспансии Саудовской Аравии была не только экономическая, но и имиджевая задача. Королевство стремилось уйти от образа нефтяной державы. Отчасти это получилось, но дало и побочный эффект. «На старте пиар сработал отлично, закрепив Саудовскую Аравию в глобальной повестке, – уверен Шумов. – Но образ «кошелька без дна» сыграл против них: продавцы и федерации начали задирать цены. Сокращение убыточных трат – попытка доказать рынкам, что PIF действует как профессиональный инвестор, а не спонсор дорогих игрушек».
Васильев уверен, что фонд инвестировал миллиарды не вслепую, а надеялся вернуть как минимум часть вложений. «Помимо коммерческой отдачи, инвестиции в спорт должны способствовать развитию туризма и индустрии развлечений, расширению международных связей и узнаваемости, ну и, конечно, укреплению мягкой силы, – считает Васильев. – Это часть долгосрочной экономической и политической стратегии. Но оценивать окупаемость подобных инвестиций достаточно тяжело». По словам Васильева, в этом контексте главная проблема – отсутствие отчетности: PIF не публикует подробные данные ни по отдельным проектам, ни по спортивному направлению в целом.
Осталось на картинках
Среди факторов, которые могли подтолкнуть Саудовскую Аравию сократить инвестиции в спорт, называют войну США против Ирана. Конфликт начался 28 февраля 2026 г., а окончательный мир не наступил до сих пор, что сказывается на обстановке на всем Ближнем Востоке. Местные экспортеры нефти потеряли привычные каналы поставки, а фонд лишился части источников финансирования. «Дефицит госбюджета за первые девять месяцев уже превысил запланированный на весь год более чем на 70 млрд риалов ($18,7 млрд), – отмечает Васильев. – Госбюджет и финансы PIF, конечно, разные сущности, но эти данные иллюстрируют усиливающуюся конкуренцию за капитал. В такой ситуации сложнее обосновывать вложения, прямой эффект от которых трудно оценить, как часто бывает в спорте».
Стагнация для фонда началась даже раньше – в 2025-м общий объем активов под управлением PIF сократился, пусть и менее чем на 1%. Но прежде они несколько лет росли. К тому же фонд сменил вектор развития не только в спорте – в других сферах многие проекты также лишились финансирования. «Тут логика схожая, – говорит Шумов. – На фоне дорогих денег и волатильности сырья PIF перераспределяет ликвидность в пользу критических мегапроектов внутри страны и технологий, урезая непомерные дотации в неэффективные активы».
Прежде фонд инвестировал в том числе в объекты на стыке бизнеса и спорта. Самый известный – Neom, масштабный проект города будущего на северо-западе страны. Он включал горнолыжный курорт Троджена, где должны были пройти Азиатские зимние игры – 2029. По плану на высоте 2600 м появились бы горнолыжные трассы с искусственным снегом. Также в Троджене хотели построить плотину для наполнения пресноводного озера, а вокруг возвести отели и спортивные сооружения. Но в марте проект стоимостью $38 млрд заморозили. Игры-2029 перенесли в Алматы.
Neom должен был принять и ЧМ-2034. Для этого на высоте 350-метрового небоскреба за $2,5 млрд планировали построить стадион на 46 000 зрителей. Но в октябре стало известно, что Саудовская Аравия намерена сократить число арен под турнир. Вместо 15 их, вероятно, будет 10 – из них лишь шесть возведут специально к ЧМ-2034.
И все же отказ от крупных проектов не означает, что роль фонда в мировом спорте сойдет на нет. В мае PIF стал официальным партнером ФИФА, организация сохраняет влияние в мужском теннисе, а один из этапов «Формулы-1» по-прежнему проходит в Джидде. Да и в клубном футболе Саудовская Аравия остается серьезным игроком. «За летнее трансферное окно 2026 г. саудовские клубы потратили на международные трансферы более чем вдвое меньше, чем за аналогичный период 2023-го. Но это значительная сумма, говорящая о масштабе воздействия на рынок, и даже после такого сокращения влияние Саудовской Аравии сохраняется», – считает Васильев.