Реновация и ревитализация: как выглядит формула обновления для мегаполисов БРИКС

Страны БРИКС связывает не только амбициозный экономический и политический альянс, но и общий урбанистический вызов. В прошлом году власти Китая инициировали свыше 60 000 проектов реновации, которые предполагают обновление старых кварталов и промышленных районов. Сумма инвестиций в эти проекты составила 2,9 трлн юаней ($408 млрд). В Индии реконструкция одного только района Дхарави (Мумбаи), известного по фильму «Миллионер из трущоб», может обойтись от $2,4 млрд. В столице России на модернизацию жилфонда, по данным городских властей, с 2024 по 2026 г. предусмотрен почти 1 трлн руб.

Мегаполисы стран БРИКС развивались в разных градостроительных традициях, климатических, социальных и экономических условиях. Но объединяют их долгая история и стремительный экономический рост, сообщил «Ведомости. Городу» доцент Высшей школы урбанистики имени А. А. Высоковского ФГРР НИУ ВШЭ Кирилл Пузанов. По его словам, сейчас для этих городов важно сохранить свое наследие и идентичность, одновременно проводя масштабную модернизацию территории.

Сносить или приспосабливать?

У мегаполисов БРИКС много общих урбанистических проблем, заявил «Ведомости. Городу» председатель правления Московского центра урбанистики «Город» Алексей Расходчиков. Эксперт выделяет неконтролируемое разрастание городов, которое приводит к масштабным заторам в часы пик и вынуждает жителей тратить много времени и сил на дорогу. Еще один злободневный вызов – замена морально и физически устаревшего жилья, необходимость перепланировки городской ткани и редевелопмента промышленных территорий. По этой причине программы реновации (сноса ветхих объектов и нового строительства), а также ревитализации (приспособления старых зданий под новые функции) являются оптимальным решением, подчеркнул Расходчиков.

По словам эксперта, в Китае программа реновации старого и ветхого жилья развивается с 1990-х гг. Свои кварталы обновляют Пекин, Шанхай и другие города. Только с 2019 по 2024 г., по данным Государственного совета КНР, в стране отремонтировали 280 000 старых жилых комплексов, что улучшило условия жизни более чем 120 млн человек. У программы есть свои особенности. К примеру, более половины жителей получают новые квартиры в других районах, подчеркнул Расходчиков.

В Индии трущобы могут охватывать до четверти городской площади, отмечает Расходчиков. Программа реновации реализуется здесь с 2022 г. и столкнулась с большим сопротивлением. «Многие использовали свои дома не только для жизни, но и для торговли, а также производства. В новых высотных домах старый уклад становится невозможным, что вызывает протесты жителей», – подчеркивает эксперт.

В Москве в рамках программы реновации, стартовавшей в 2017 г., построено уже 410 домов, а около 500 находятся в стадии строительства. Об этом в августе сообщил в своем Telegram-канале мэр города Сергей Собянин. Получили квартиры или готовятся к переезду более 220 000 горожан. Всего в программу вошли 5176 домов – примерно 350 000 квартир общей площадью 16,4 млн кв. м, в которых проживает около 1 млн москвичей.

У городов БРИКС есть свои различия в работе с ветхим жилфондом, сообщила «Ведомости. Городу» ведущий консультант по территориальному развитию международного бюро развития территорий Atlas Мария Зенкина. Москва делает ставку на активный снос панельного и морально устаревшего жилья и уплотнение застройки. Шанхай – на точечную реконструкцию с сохранением уличной сетки и фасадов. В Мумбаи преобладает массовый снос трущоб, часто без восстановления прежней среды. В бразильском Сан-Паулу власти стараются сохранить существующую структуру городской ткани, нередко используя реконструкцию с добавлением новых функций. Старые здания переосмысляются как культурные, общественные или креативные пространства.

Мегаполисы стран БРИКС используют для оживления территорий и проекты ревитализации. Например, в Шанхае уже 15 лет идет обновление набережной реки Хуанпу, отметила Зенкина. Речь идет о комплексной трансформации бывшей промзоны площадью около 100 га в современный многофункциональный район. Прибрежные территории преобразуются в пространство с жильем, офисами и общественными зонами.

Исторические фабричные здания обретают новую жизнь как культурные кластеры и творческие пространства. Параллельно городские власти увеличивают плотность застройки, стараясь сохранить связь с ландшафтом реки. Эта градостроительная стратегия реализует современную модель «жить – работать – отдыхать» в радиусе пешеходной доступности, подчеркнула Зенкина.

Порты и набережные

Крупнейшие города БРИКС – от Москвы и Шанхая до Рио-де-Жанейро и Кейптауна – роднит расположение у воды. «Сегодня эти мегаполисы переживают новый этап в освоении прибрежных территорий. Берега рек и морей перестают быть утилитарными зонами и превращаются в точки роста, объединяющие инфраструктуру, сервисы, культуру и природу», – рассказала «Ведомости. Городу» основатель проектного агентства «Простор» Анна Носова. По ее словам, так власти городов также пытаются бороться со схожими проблемами, в числе которых и изношенная портовая и инженерная инфраструктура, и транспортная изолированность берегов от центра города, и проч.

Например, власти бразильского Рио-де-Жанейро к 450-летию города воплотили в жизнь проект Porto Maravilha – масштабно обновили старый порт. Сохранив историческую архитектуру, организовали здесь музеи, жилые кварталы и благоустроили набережные. Один из крупнейших городов ЮАР – Кейптаун – превратил бывшую портовую зону V&A Waterfront в один из успешных примеров городской ревитализации на континенте. Здесь соседствуют жилье, туризм и культурные объекты, отмечает Носова. Проект стартовал еще в конце 1980-х гг. прошлого века, но его новые фазы реализуются и в наше время. К примеру, в 2017 г. на этой набережной открылся крупнейший в мире Музей современного африканского искусства Цайца. Здание представляет собой переоборудованный элеватор, построенный в 1921 г. и выведенный из эксплуатации в 2001 г.

«В России мы видим схожую динамику. Москва возвращает городу реку: проекты благоустройства набережных и развитие водного общественного транспорта», – подчеркнула Носова. С 2011 г. в российской столице реконструировали и благоустроили более 100 км набережных Москвы-реки, а также привели в порядок все исторические набережные Яузы, отчитывались московские власти в сентябре. Характерные примеры – ревитализация территории завода имени Лихачева (ЗиЛ) и «Трехгорной мануфактуры», которые включают в себя обновление прибрежных зон.

«Комплексные проекты на воде дают новый импульс всему городу. Создают рабочие места, повышают туристическую привлекательность и качество городской среды», – резюмирует Носова.

Комплексное развитие

Успешная стратегия городов БРИКС заключается не в выборе одного метода, а в комплексном подходе – реновации, ревитализации, а также уплотнении застройки и транспортно ориентированном развитии, отметила Зенкина. При этом ни один из упомянутых методов в чистом виде (только снос или только сохранение застройки) не решает весь пул задач, подчеркнула эксперт.

По ее словам, реновация эффективна там, где застройка не подлежит адаптации. Например, аварийное жилье, трущобы. Ревитализация необходима в зонах с историческим, культурным или социальным потенциалом, где важно сохранить идентичность и вовлеченность сообщества.

«Ключевое преимущество комплексного развития территорий (КРТ) – возможность планировать не отдельный участок, а функционально взаимосвязанное пространство, с учетом транспорта, социальной инфраструктуры и городской экономики», – подчеркнула Зенкина. Она напомнила, что в Москве КРТ стал основным инструментом перезагрузки бывших промзон и устаревших жилых районов. На месте неэффективных территорий формируются полноценные кварталы: с жильем, рабочими местами, парками, школами. По данным московских властей, к концу лета в столице насчитывалось 336 проектов КРТ на разных стадиях реализации. Они должны преобразить территории общей площадью более 4200 га.

При этом попытки поиска баланса между модернизацией и сохранением наследия видны у большинства стран БРИКС, обратил внимание Пузанов. По его словам, Китай превращает часть пекинских хутунов (традиционная китайская застройка, при которой здания помещаются фасадами внутрь по сторонам прямоугольного двора. – «Ведомости. Город») в современные кварталы с отелями, барами и проч. Хотя значительная их часть уже отдана под высокоэтажное строительство.

В Рио-де-Жанейро и Кейптауне исторические районы становятся объектом джентрификации (преображение территории для привлечения более состоятельного населения. – «Ведомости. Город»). В Москве введен мораторий на высотное строительство в центре города, а развитие здесь идет через точечные программы реставрации, напомнил Пузанов.

Расходчиков привел в пример также индийский проект по реконструкции административного центра Нью-Дели, запущенный в 2019 г. Он предполагает строительство нового парламентского центра и правительственных зданий, культурных объектов и современных общественных пространств. Здание Центрального секретариата планируют преобразовать в грандиозный музейный комплекс – точку притяжения для туристов и крупнейшую экспозицию исторического наследия страны, подчеркнул эксперт.

Комбинированный подход позволяет снизить социальную напряженность и поэтапно трансформировать городскую ткань, резюмировала Зенкина.