Как запросы потребителей меняют бизнес в платформенной экономике

Расширение экосистем обычно связывают со стратегиями самих компаний, однако в России этот процесс продиктован запросами потребителей. Именно они меняют принципы организации бизнеса, правила конкуренции и формат взаимодействия с клиентами. Как покупатели влияют на развитие платформенных технологий, как адаптируются бизнес-модели и какой станет экономика к 2036 г. – эти вопросы обсудили представители регуляторов и главы российских технологических компаний, на пленарном заседании «Платформы 2036: экономика следующего десятилетия» в рамках Дня платформенной экономики, который прошел в Национальном центре «Россия» 11 ноября.

Расширение экосистем обычно объясняют стратегиями компаний, но российские компании связывают изменение принципов организации бизнеса, конкуренции и взаимодействия с запросами потребителей. Как потребитель влияет на развитие платформенных технологий и как к этим процессам адаптируются бизнес-модели , обсудили регуляторы и главы российских технологических компаний на пленарном заседании «Платформы 2036: экономика следующего десятилетия» в рамках Дня платформенной экономики, который прошел в Национальном центре «Россия» 11 ноября.

От транзакций к решению задач

Классическая транзакционная модель банковского бизнеса, основанная на платежах и переводах, фактически исчерпала себя, считает президент группы «Т-Технологии» Станислав Близнюк. По его словам, регуляторные изменения сделали получение дохода непосредственно от таких операций практически невозможным. «Если мы начнем говорить про транзакционные банки, то в общем и целом они уже давно умерли», – заявил он.

Близнюк также считает нужным разделять платежные сервисы и традиционные банковские функции, связанные с управлением процентными и кредитными рисками. Последние, по его мнению, у кредитных организаций сохранятся: для них нужны специализированные компетенции и капитал, который позволит покрывать возможные потери. Президент группы «Т-Технологии» предположил, что такие операции сосредоточатся у трех-десяти крупных игроков.

Изменение запросов потребителей, по мнению Близнюка, определяет современное развитие платформ. Клиентам все чаще требуются не отдельные услуги, а комплексные решения повседневных задач, объединяющие возможности разных компаний. Так, покупка квартиры предполагает не только оформление ипотеки, но и оценку недвижимости, страхование, переезд и ремонт. Он объяснил, что в этой цепочке могут участвовать банки, сервисы объявлений, логистические компании и торговые площадки. «Платформы создаются не потому, что кто-то написал стратегию. Платформы создаются потому, что так захотел клиент», – подчеркнул спикер.

Потребитель, по словам Близнюка, ожидает от бизнеса простых и взаимосвязанных действий вместо необходимости самостоятельно обращаться к разным поставщикам. Он проиллюстрировал это на примере сервиса для переезда, который мог бы помочь с поиском необходимых товаров, например, для упаковки вещей, их перевозкой и оплатой услуг подрядчиков. При этом удобство не должно сопровождаться существенным ростом затрат для клиента, который уже привык, что технологии снижают стоимость услуг, отметил он.

Конкуренция и границы регулирования

По мере распространения использования цифровых платформ в различных отраслях экономики возрастает и необходимость их регулирования, заявил заместитель руководителя администрации президента Максим Орешкин. Сейчас в России разрабатывается национальная стратегия развития цифровых платформ, которая должна определить подходы к дальнейшему развитию этой сферы. По мере их роста влияние на поставщиков, покупателей и рынки становится настолько существенным, что государству приходится уделять больше внимания возникающим рискам, отметил он.

Орешкин выделил несколько направлений государственного участия: создание эффективного регулирования, защиту чувствительной информации и поддержку конкуренции. «Если конкуренция уходит, мотивация [участников повышать эффективность] также уходит», – подчеркнул он, объясняя, почему крупная платформа даже при наличии ресурсов может перестать повышать эффективность своей работы.

Министр экономического развития России Максим Решетников предложил рассматривать национальную стратегию как способ определить границы между государственными информационными системами и частными платформами. Не всякий государственный цифровой сервис представляет собой платформу в экономическом смысле: в разных отраслях нужно разграничить задачи властей и рынка, пояснил министр.

Решетников также затронул тему о возможности переноса информации между площадками. Сейчас предприниматель может зависеть от платформы, которая хранит его клиентскую базу и историю взаимодействия с покупателями; переход к конкуренту сопровождается потерей накопленных связей. «Получается своеобразное современное крепостное право», – охарактеризовал он эту ситуацию. Министр предложил искать механизм переноса данных, одновременно сохраняя заинтересованность самих операторов платформ в инвестициях в сервисы.

По словам Решетникова, предстоит также решить вопросы доступа бизнеса к сведениям из государственных информационных систем и границ действия регулирования в отношении разных видов цифровых сервисов. Проект документа уже подготовлен, но его положения еще будут представлены для публичного обсуждения, заявил глава Минэкономразвития.

Экономика персональных помощников

Следующий этап развития платформ может быть связан с ИИ-агентами, способными самостоятельно искать предложения и выполнять поручения пользователя, считает президент – председатель правления Сбербанка Герман Греф. «Агентная экономика убивает интерфейсы», – заявил он. По прогнозу спикера, сервисы, конкурирующие за внимание человека с помощью экранов, лент и поисковых строк, столкнутся с системами, которым важнее качество и доступность машиночитаемых данных.

Глава Сбербанка также допустил переход платформ от комиссионной модели к оплате за конкретный результат, но не назвал конкретных сроков таких изменений.

При этом Греф отметил, что в условиях быстрого технологического развития долгосрочные корпоративные стратегии приходится регулярно пересматривать. По его словам, даже документ с трехлетним горизонтом требует уточнений несколько раз в год. Компании должны учитывать изменения технологии и собственных бизнес-моделей, а не рассматривать стратегию как неизменный набор решений.

Член правления «Яндекс Рус» Тигран Худавердян связал возможности ИИ с решением более сложных задач, которые пока трудно организовать по единому алгоритму. Если заказ поездки в такси предполагает сравнительно стандартную последовательность действий, то подбор школы для ребенка требует множества индивидуальных решений. По мнению Худавердяна, новые сервисы смогут не только находить подходящий вариант, но и помогать с записью и согласованием условий.

Возможности платформ затрагивают и рынок занятости, отметил управляющий партнер по развитию бизнеса «Авито» Иван Гуз. Он оценил нынешний вклад платформенной занятости примерно в 1,5% ВВП России и допустил рост до 3,5% к 2036 г. Для этого, по словам эксперта, необходимо снижать издержки цифровых сделок и упрощать доступ к государственным информационным системам.

При этом цифровые каналы продаж позволяют региональным производителям работать с покупателями за пределами собственного рынка, отметил губернатор Рязанской области, председатель комиссии Госсовета РФ по направлению «Эффективная и конкурентная экономика» Павел Малков. По его словам, возглавляемый им регион стал одной из пилотных площадок программы «Платформа роста», направленной на поддержку малого производственного бизнеса. За год суммарный оборот присоединившихся к проекту компаний удвоился; у некоторых он увеличился в шесть-восемь раз. Малков также связал платформенную занятость и дистанционную работу с возможностью сдерживать отток работников в крупные города.

Однако последствия автоматизации для занятости могут оказаться неодинаковыми, полагает Близнюк. В качестве примера он вновь привел такси: цифровые сервисы не отменили потребность в водителях, но сократили необходимость в диспетчерских и части управленческих функций. По его мнению, развитие ИИ-агентов способно прежде всего изменить работу офисных специалистов среднего звена, тогда как физический труд останется востребованным. «Агентная экономика, возможно, больше затронет белых воротничков, а не синих», – заключил он.