Шалом Симхон: Интервью - Шалом Симхон, министр промышленности Израиля

– Была рабочая встреча с министром промышленности и торговли Денисом Мантуровым – по моему мнению, довольно эффективная и успешная: мы надеемся продолжить наше сотрудничество и общение. Также прошли встречи с Российско-израильским деловым советом, вице-премьером Аркадием Дворковичем и министром сельского хозяйства Николаем Федоровым.

– Это люди, с которыми мы встречаемся время от времени, – Михаил Фридман, Виктор Вексельберг. С Вексельбергом мы встречались как с президентом фонда «Сколково», по итогам встречи продвинулись в реализации соглашения о сотрудничестве в сфере НИОКР. Израиль вообще открыт для сотрудничества с представителями бизнеса всех стран мира, а учитывая нашу богатую историю отношений с Россией, для общения с российскими предпринимателями мы еще более доступны.

Крупнейшими торговыми партнерами Израиля являются Германия, Китай, США и страны Европы. Правительство пытается существенно расширить географию. Во время октябрьского визита министр промышленности Израиля Шалом Симхон рассказал, какое место сейчас занимает Россия и какое должна занимать, однако был вынужден признать, что довольно часто успеху экономического сотрудничества препятствуют политические разногласия.

– С кем вы встречались, что обсуждали?

– Есть конкретные договоренности?

– Мы всерьез заинтересованы в продвижении соглашения о зоне свободной торговли между Израилем и Россией. С коллегой Мантуровым обсуждался вопрос реализации соглашения о сотрудничестве в сфере НИОКР и совместных проектах в рамках этого соглашения. Также обсудили запланированное израильской компанией TEVA открытие завода в Ярославской области. Мы пригласили российского министра посетить выставку WATEC в 2013 г. – это крупнейшая выставка в Израиле и одна из крупнейших в мире по водным технологиям. С вице-премьером Дворковичем договорились о начале переговоров по соглашению о создании зоны свободной торговли и обсудили широкий спектр двусторонних вопросов. С министром сельского хозяйства Федоровым договорились о создании российско-израильского центра агротехнологий. Наша задача – укрепить двусторонние торгово-экономические отношения. Израиль видит в России стратегического партнера, и мы придаем особую важность укреплению торговых отношений между нашими странами.

– Есть дедлайн по подписанию соглашения о свободной торговле?

– Конкретной даты пока нет, но тема обсуждалась с Дворковичем. Стороны договорились о создании совместной рабочей группы по данному вопросу, первое заседание которой пройдет 3–4 декабря 2012 г. в Израиле, в рамках межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Мы считаем, что создание такой зоны соответствует интересам Израиля и России. У наших стран огромный потенциал развития отношений: сейчас уровень товарооборота составляет почти $3 млрд и, по нашему мнению, он может возрасти в разы – наши экономики взаимно дополняют друг друга и по большинству направлений не конкурируют. Соглашение приведет к увеличению товарооборота, и в результате выиграют все. Экспорт обеих стран выиграет от снижения пошлин, это взаимовыгодный шаг. Наша цель – облегчить двустороннюю торговлю и позволить деловым кругам наших стран быть более активными. Потенциал нашего товарооборота в разы выше, мы верим, что с такими мерами сможем его реализовать.

– Создание зоны свободной торговли предполагает обнуление пошлин?

– Обычно мы стараемся покрыть соглашением о максимальном снижении тарифов как можно больше товарных позиций, но некоторые пошлины иногда остаются. Если вы посмотрите на подобные соглашения, которые Израиль заключил с другими странами, вы увидите, что мы всегда пытаемся добиться максимального льготного режима сразу, а там, где это сразу невозможно, – постепенного снижения.

– Вы хотите и с другими странами Таможенного союза создать зону свободной торговли?

– На сегодняшний день свыше 80% израильского товарооборота происходит в рамках соглашений о свободной торговле. Израиль готов вести переговоры не только с Россией, но и с другими странами СНГ. В том числе в формате Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана. И, естественно, у нас задача – совместно с российскими партнерами прийти к взаимопониманию, как правильно продвигаться в этом вопросе.

– Что страны могут предложить друг другу? Израиль – лидер НИОКР. А как вы смотрите на Россию – как на традиционного экспортера энергоресурсов?

– Наша экономика очень высокотехнологична и инновационна, российская экономика во многом сегодня построена на энергоресурсах. Создание современной инфраструктуры на экономическом и технологическом уровне может быть востребовано в России. Израиль, конечно, небольшая страна, но считается в последние годы сильной инновационной державой.

– С подписанием соглашения структура взаимной торговли изменится?

– Кроме роста традиционных отраслей есть потенциал для взаимного сотрудничества в других областях. Наше сотрудничество уже давно переросло модель простых экспортно-импортных операций – оно включает совместные проекты и взаимные инвестиции. Например, создание фармацевтического завода TEVA. Сотрудничество приведет не только к расширению торговли количественно, но и к изменению ее качества.

– А сейчас Россия на каком месте среди торговых партнеров Израиля?

– Место России всегда будет высоким. Мы уверены, что Россия в самое ближайшее время войдет в первую десятку, а потом и в первую пятерку. Надо помнить, что в Израиле проживает свыше 1,5 млн выходцев из СССР – это примерно 18% населения. Хотим мы этого или не хотим, наши деловые сообщества уже давно работают в тесном сотрудничестве друг с другом. Эти отношения теплые и хорошие, они не всегда зависят от руководства стран – они эффективны сами по себе. Нужно не забывать, что до 1991 г. у нас не было дипломатических отношений. В последние годы мы видим сближение руководства Израиля и России, и обе страны находят все больше и больше взаимной пользы от сотрудничества.

Определенные факторы из нашего прошлого продолжают так или иначе влиять, но их становится все меньше и меньше, и, в принципе, мы видим позитивное развитие.

– Что мешает развитию более активных связей?

– У России есть глобальные и региональные интересы, поэтому на международной арене мы не всегда смотрим одинаково на некоторые проблемы. Израиль окружен арабскими странами, а арабский мир сейчас переживает период трансформации. Это представляет определенные вызовы для Государства Израиль: в частности, существует иранская ядерная проблема и еще ряд вопросов, на которые у нас с Россией не всегда одинаковые точки зрения, но в том, что касается торгово-экономических связей, у Израиля и России прекрасные отношения. Что касается стратегических и глобальных направлений – это вопрос более сложный.

– То есть на данном этапе политика мешает экономике?

– Мы делаем все, чтобы не мешала, поэтому мы и приехали в Москву.

– Кто из российских предпринимателей наиболее активен?

– Вы как-то говорили, что Израиль может стать мостом между США и Китаем. Где место Израиля на торговой карте мира?

– Есть два региона, где экономика развивается бурно, – Юго-Восточная Азия и Южная Америка. Израиль – небольшая страна с очень открытой экономикой: уровень внешней торговли, в частности экспорта, по отношению к ВВП крайне высок. Мы очень много инвестируем, стремясь увеличить наш экспортный потенциал, поскольку внутренний рынок ограничен в размере. Поэтому мы пристально следим за рынками, которые стремительно растут, и прикладываем максимум усилий, чтобы расширить там наше присутствие.

– Как «арабская весна» повлияла на торговые отношения Израиля с соседними странами?

– Израиль заинтересован в развитии тесных связей со всеми странами мира, в том числе с граничащими с ним. Арабский мир находится на стадии больших перемен. Мы внимательно изучаем, что там происходит, и мы очень хотим сохранить добрые отношения с нашими соседями – с Египтом и Иорданией. Мы крайне обеспокоены тем, что происходит сейчас в Сирии, заинтересованы в продвижении мирного процесса с палестинцами и опасаемся усиления влияния Ирана в Ливане. Пока никакие изменения в странах не повлияли на наши мирные договоры с соседями, и мы делаем все, чтобы сохранить рамки этих договоров. С палестинцами нам также удается придерживаться четких разграничений: мы пока не пришли к подписанию мирного договора, однако много сделано для облегчения и максимального упрощения жизни населения. Естественно, есть разница между палестинской администрацией на Западном берегу Иордана и сектором Газа. На Западном берегу мы видим бурный экономический рост за счет ряда мер с нашей стороны – именно они позволили данной экономике бурно развиваться. На самом деле все, что издалека выглядит проблематично, вблизи работает хорошо и эффективно. Когда я работал министром сельского хозяйства, я всегда говорил, что номер моего мобильного телефона знает больше палестинских фермеров, чем израильских. Несмотря на то что на различных конгрессах слышны те или иные разногласия между израильтянами и палестинцами, мы умеем здороваться и желать друг другу всего хорошего.

– Это так принято в правительстве Израиля – давать людям номер мобильного министра?

– Они сами находят этот номер. Палестинцы, видимо, через израильских фермеров. Например, когда выплачивались компенсации после природных катаклизмов, палестинские фермеры звонили мне и спрашивали, почему они тоже не получают компенсацию. На это я отвечал: «Обратитесь к вашему министру» и слышал в ответ: «Нет – ты наш министр, другого нет».

– Если Израиль решится нанести удар по Ирану, к каким последствиям для экономики это приведет?

– Иранская ядерная программа – проблема не только Израиля, но и всего мира. На этом закроем эту тему. Мы желаем, чтобы население Ирана могло жить и преуспевать, как желаем этого всем.

– Поток эмигрантов в Израиль сохраняется?

– Израиль – дом еврейского народа. Репатриация из России внесла большой вклад в развитие государства, в частности в области науки, культуры, медицины, высоких технологий и вообще в экономическое развитие. Эта репатриация способствует развитию страны. На сегодня, если сравнивать с 1990-ми, уровень притока меньше, и всплесков репатриации в последние годы не наблюдалось. Однако тесные связи развиваются, туризм особенно активно растет после отмены виз в 2008 г. Есть более 70 рейсов в неделю между Россией и Израилем.

– Насколько трудно устроиться на работу эмигрантам из России? И много ли тунеядцев?

– Не существует разницы между приезжающими из России и репатриантами из других стран. Академическая степень признается, целый ряд видов деятельности требует лицензирования, существуют экзамены, чтобы получить лицензию на работу, как это происходит и в других странах, но все эти вопросы решаются, и люди вливаются в общество. Репатрианты из России достаточно эффективно влились в общество, они работают в политике, экономике, научной деятельности, отрасли высоких технологий. Средний показатель по тунеядцам не отличается от других групп населения. У нашей страны есть большое преимущество: мы учимся друг у друга и это позволяет нам объединять сильные стороны, укрепляя нашу экономику.