Стиль жизни
Бесплатный
Ксения Рождественская
Статья опубликована в № 3253 от 17.12.2012 под заголовком: Что мы делали в этом году

Артдокфест: Что мы делали в этом году

Судя по фестивалю документального кино Артдокфест, скоро никакого документального кино не будет
В «31-м рейсе» есть вездеходы и природа Камчатки, но человеческие отношения важнее
Артдокфест

На Артдокфесте можно узнать о том, как выглядела Россия прошедшего года. Россия-2012 заигрывала с политикой («Путин, люби нас»), убивала себя («Русская сказка»), пыталась отвлечься («Собачий кайф») и жила своей обычной, дикой жизнью.

Жюри – Андрей Смирнов, Ирена Лесневская и Александр Архангельский – отдали главный приз дикой России, фильму шведских документалистов Коге Йонссона и Хакана Пьеневски «А была любовь», истории распада одной семьи из Старой Руссы. Этот фильм – попытка выстроить сюжет игрового кино и снять героев так, будто камеры вообще не существует. В результате получилось что-то вроде скандальной телепрограммы с неубедительными героями.

Аня была персонажем давнего, 1999 г., фильма тех же авторов «Я люблю тебя, Наташа» – о женщинах в роддоме Старой Руссы. С эпизода из этого фильма и начинается «А была любовь»: в роддоме пеленают ребенка, отдают молодому счастливому отцу, говорят: «Поздравляем с рождением сына». Сын оказывается дочкой Надей, и дальше все так и пойдет: «мальчик, девочка, какая разница». Следующий фильм саги, «Я люблю тебя, дитя мое», рассказывал о дальнейшей судьбе этих женщин и их детей. В финальном фильме режиссеры сосредоточились на Ане, ее муже Жене и их дочери Наде – их история оказалась самой мрачной, скандальной и литературной. Размордевший Женя сел в тюрьму за то, что бил Аню, потом у Ани был роман с отцом Жени, тот, в свой черед, сел в тюрьму за то, что пырнул Аню ножом. Все это выглядит абсолютно постановочной драмой, с шансоном на саундтреке, неприятными людьми в неприятных обстоятельствах, но прежде всего с тем специфическим отношением героев к камере, которое сводит на нет все попытки показать реальную жизнь.

Персонажи изо всех сил делают вид, что никакой камеры нет, но, разговаривая друг с другом, ежесекундно запинаются: «Раньше я... действительно... зарабатывал... деньги приносил... в семью... и как вот... зарабатывать... теперь?»

То, чем хотелось бы заполнить паузы, вовсю расцветает в фильме Дениса Клеблеева «31-й рейс». Картина получила приз как «лучший полнометражный фильм», и это исчерпывающее определение: «31-й рейс» – действительно лучший фильм конкурсной программы Артдокфеста, гомерически смешной, матерный, нежный и бесстрашный. Клеблеев – ученик школы Марины Разбежкиной и Михаила Угарова, один из авторов нашумевшей политической комедии «Зима, уходи» и настоящий, редкого дара режиссер.

Он не появляется в кадре, но он всегда здесь, и герои, похоже, относятся к нему как к природному явлению – не рисуются перед ним, не заигрывают, а просто живут, изредка бросая взгляд в камеру: тут? – тут; ну хорошо, в нашем климате камера часто встречается. Здесь важен не сюжет (мужики на вездеходах перевозят по Камчатке продукты, дома их ждут жены), а мелкая моторика отношений, существования в пространстве. Матерные монологи, без многоточий и пауз, собака, поверх которой камера смотрит на Камчатку, какая-то домашняя нежность камеры к этим толстым смешным людям – и вот перед нами не кино, а живая жизнь, дурацкая, настоящая.

Нынешний Артдокфест запомнится, во-первых, переполненными залами, а во-вторых, своеобразным «разделением труда»: есть Виктор Косаковский и его «Да здравствуют антиподы» – красивейшая конструкция из бабочек, китов и неуловимых соответствий (премия «Лавр» за лучший неигровой фильм), а есть мрачные пермские наркоманы из фильма Джейка Моббса «Русская сказка». Есть звездное небо и нравственный закон из фильма «Нам нужно счастье» Алексея Янковского, а есть веселое неуважение к метафорам учеников школы Разбежкиной – Угарова. Чем больше возвышенного, тем больше низкого. Посередине – зрители.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать