Жестокие лики любви
Участие в конкурсе "Ликов любви" фильма молодого американского режиссера Стивена Шейнберга "Секретарша" - большой успех организаторов фестиваля. Это фильм-сенсация, который хвалят критики и обсуждают зрители. Он уже получил спецприз Санданса и множество более мелких призов, а исполнительница главной роли Мэгги Джиленхал номинирована на "Золотой глобус" за лучшую женскую роль (это означает, что она является одной из кандидаток в номинантки и на "Оскара"). Фильм, идущий в Америке малым экраном, уже собрал почти 4 млн - не много для блокбастера, но неплохо для независимого малобюджетного фильма.
По жанру "Секретарша" - это история любви юриста и его секретарши. Особенность истории только в том, что отношения героев далеки от стереотипов голливудских романтических комедий: это изматывающие садомазохистские отношения. Юрист Эдвард Грей (Джеймс Спайдер) заставляет свою секретаршу ползать на коленях, выискивает ошибки в напечатанных ею письмах, шлепает ее по ягодицам и по телефону определяет, что она будет есть на ужин ("четыре горошины, ложку пюре с маслом и сколько угодно мороженого").
Секретарша Ли (Мэгги Джиленхал) режет себя острыми предметами, специально допускает ошибки и посылает своему боссу червяка в конверте, чтобы спровоцировать его на новые наказания. Она любит его и готова отстаивать свое чувство, а он стыдится своих склонностей и пишет ей: "То, что я делаю, - отвратительно". Схема стандартной романтической истории (она - смелая и решительная, он - богатый, но застенчивый) наполнена новым садомазохистским содержанием.
Большая часть успеха фильма - в прекрасной игре актеров (как всегда, несколько убитой русским дубляжом - впрочем, не самым плохим из возможных). Самодеструктивная Ли, дочь опекающей матери и алкоголика отца, с самого начала вызывает сочувствие. Наблюдать, как к концу фильма она преображается, неожиданно превращаясь в сильную и уверенную в себе женщину, - и страшно, и захватывающе. Адвокат Грей зажат в узкие жанровые рамки, изображая смутный объект женского желания, но смесь самоотвращения и стремления доминировать заставляет не только ужаснуться ("как он может такое делать! "), но и сочувствовать ему.
Стивен Шейнберг выбрал на роль участников садомазохистского дуэта двух симпатичных и неодномерных персонажей, которым можно сочувствовать и за которых хочется переживать. Впрочем, восприятие фильма в Америке и России будет различным. На родине "Секретарши" шокирующим являются не столько садомазохистские отношения, сколько то, что они развиваются на работе, между мужчиной и подчиненной ему женщиной. Сам же по себе садомазохизм давно уже не шокирует жителей крупных американских городов. Это не извращение, а еще одно проявление разнообразия окружающего мира: садомазохистская ярмарка в Сан-Франциско собирает полгорода, точно так же, как какой-нибудь Gay Pride парад. Не случайно Ли читает книжку "Как хорошо повелевать/подчиняться" и после того, как расстается с Греем, тут же пытается найти ему замену по объявлениям "садист ищет мазохистку" - впрочем, безрезультатно.
В России все наоборот: секс между шефом и секретаршей если и не реальность офисной жизни, то по крайней мере реальность общественной фантазии - тогда как женщина, получающая удовольствие от того, что ее шлепают по ягодицам, выглядит фигурой фантасмагоричной. В садомазохистском сексе на работе для американцев страшен секс на работе, а для нас - садомазохистский секс. Вероятно, русский зритель увидит этот фильм как рассказ о двух извращенцах. Впрочем, картина интересна и в этом качестве: по крайней мере можно убедиться, что извращенцы тоже любят и страдают; причем страдают, наверное, больше обычных людей.
Впрочем, было бы неверно говорить, что для американцев фильм ничего не добавляет к восприятию садомазохизма. Вероятно, впервые широкому зрителю эти люди были показаны не как фетишисты в черной коже с проколотыми сосками, а как обычные люди, ребята с соседней улицы. Для Америки "Секретарша" стала легитимизацией садомазохизма - не как маргинального стиля жизни, а как обычной жизни обычных людей. Высокая миссия легитимизации накладывает ограничения: эта история не может кончиться плохо. Герои должны не просто найти счастье в объятиях друг друга, но полностью вписаться в мэйнстрим - получить домик в пригороде, прекрасную спальню, совет да любовь. Беда в том, что финал этот выглядит ненатуральным для всех типов зрителей. Несведущий в садомазохизме человек склонен сомневаться, что извращенцы могут жить как нормальные люди. Зритель, несколько лучше разбирающийся в теме, не сомневается, что могут существовать стабильные и счастливые садомазохистские пары: но герои, как они показаны в фильме, не самые лучшие кандидаты на подобное счастье. Их страсти слишком разрушительны, чтобы можно было поверить, что все успокоится. Шансов у них не больше, чем у героев "Последнего танго в Париже". В результате "Секретарша" оказывается еще одним примером того, что можно снять правдивый фильм и прилепить к нему фальшивый хеппи-энд, - и не важно, делается это в угоду голливудской традиции или из либерального желания легитимизировать еще одну девиацию.