Индонезийская мама
В понедельник у крупнейшей мусульманской страны мира, Индонезии, появился новый лидер. Ее политические противники утверждают, что Мегавати Сукарнопутри - избалованная домохозяйка, у которой есть единственное преимущество, благодаря которому она и заняла президентский пост, - ее происхождение. Мегавати - дочь основателя Индонезии легендарного президента Сукарно.
Мегавати - противоречивая личность и необычный политик. Недруги едко подмечают ее застенчивость и неумение держаться на публике, несмотря на то что первые 20 лет жизни Мегавати провела при дворе своего отца. Ее любит народ и поддерживает парламент. Тем не менее она всеми силами стремится избежать участия в публичных дискуссиях, посвященных важнейшим политическим вопросам.
Ставшая в понедельник пятым президентом Индонезии, Мегавати всерьез претендует на звание самого популярного политика Индонезии. Она любит называть себя "ибу" - "мать", выстраивая политический образ матери нации - сугубо женственный и камерный. По свидетельству друзей, она десятки раз смотрела диснеевский фильм "Красавица и чудовище". Всем известно, что она прекрасный кулинар: говорят, фирменное блюдо президента, "беф-ренданг" (говядина, вываренная в кокосовом молоке), - просто деликатес. Однако на политический капитал все это как-то не тянет, замечают критики.
Дело не только в том, что в стране с традиционной мусульманской культурой пребывание женщины у власти не приветствуется. Индонезия занимает четвертое место в мире по численности населения. Оппоненты высказывают сомнения, что Мегавати справится с управлением страной такого масштаба, да еще и сражающейся с целым букетом политических, экономических и этнических проблем. На сегодня Индонезии помимо размера нечем похвастать. По идее, она должна была бы стать противовесом Китаю в регионе, но экономика страны остается слаборазвитой и ресурсно-ориентированной.
Диктатор Сухарто, продержавшийся у власти 32 года, вплоть до кризиса 1998 г., пытался подтолкнуть вперед развитие страны и вывел из нищеты десятки миллионов жителей. Однако он оставил в наследство преемникам государство, пораженное коррупцией и лишенное устоявшихся демократических институтов.
Важнейшие сырьевые районы страны - нефтегазовый Асех на западе и богатый минералами Ириан Джая на востоке - вынашивают сепаратистские идеи, провоцируя власть на применение силы. Экономическая стагнация, провалы в системе законности и порядка, огромные государственные долги - это то, что досталось Мегавати от предыдущего президента Вахида, обвиненного в коррупции и подвергшегося импичменту.
Мегавати строит свою политическую программу на идее сильной централизованной власти. Она обещает восстановить законность и порядок, принять самые суровые меры против сепаратистов в провинциях Ириан Джая и Асех. По выражению журнала Far Eastern Economic Review, Индонезия сейчас стоит перед выбором не между авторитаризмом и демократией, а между порядком и хаосом. И тут от президента потребуется неженское мужество и недюжинные интеллектуальные способности.
Между тем Мегавати явно не отягощена багажом академических знаний. Она изучала и психологию, и сельское хозяйство, но так и не получила диплома. В начале 1970-х она вышла замуж за бизнесмена Тофика Кимаса, который теперь оказывает значительную поддержку ее партии, и долгое время вела образ жизни типичной домохозяйки, принадлежащей к среднему классу. Так продолжалось вплоть до 1987 г., когда дочери Сукарно захотелось заняться политикой.
Это произошло почти случайно, когда социалистическая по ориентации Демократическая партия Индонезии (ДПИ), стремясь увеличить свою популярность среди населения, попыталась привлечь в свои ряды детей президента Сукарно. В результате приняли в партию лишь Мегавати, которая долгое время играла роль послушного депутата индонезийского парламента, подчиняющегося авторитарной власти генерала Сухарто.
Союзники Мегавати утверждают, что те 14 лет, что она занимается политикой, - лучшее доказательство ее лидерских способностей. За это время ДПИ приобрела в парламенте большой вес. Стараниями Сухарто Мегавати обрела статус едва ли не политической мученицы, после того как в 1996 г. ДПИ стала подвергаться жестоким преследованиям. В конце концов Мегавати была отстранена от лидерства в ДПИ, после чего спокойно вернулась к роли домохозяйки: изучала испанский язык, занималась кулинарией и садоводством.
После свержения диктатуры Сухарто Мегавати вернулась к политике, едва не опередив Вахида на президентских выборах и заняв пост вице-президента в его администрации.
Ее президентская кампания была почти закулисной: в борьбе с бывшим президентом Вахидом Мегавати приходилось работать в спартанских условиях. Вплоть до последнего времени, будучи вице-президентом страны, она сносила насмешки, издевательства и оскорбления Вахида, до поры до времени почти ничем не выдавая своих политических амбиций.
По словам давнего друга семьи Мегавати Джеффри Уинтерса, ее кажущаяся флегматичность, проявляющаяся в периоды острых политических битв, - плод чисто индонезийского благородного воспитания. Однако эта флегматичность и стремление остаться в стороне порой кажутся личностными чертами Мегавати. Во время массовых беспорядков в Джакарте в мае 1998 г., будучи вице-президентом, она делала покупки в элитном супермаркете города. Ее подчиненные как-то признались репортерам, что в то время, как солдаты расстреливали демонстрации студентов, она преспокойно спала.
Уинтерс считает, что главная сила Мегавати в том, что она способна прислушиваться к советам. В отличие от Вахида она активно обращается за помощью к тем, кого считает экспертом в своей области. Ее ключевые советники - Лаксамана Сукарди, бывший директор Citibank, и Квик Киан Джи, экономист, получивший образование в Голландии. Эрос Джарот, друг детства Мегавати, выражает общее мнение: "По крайней мере, она знает, что ничего не знает".