Экономика по Фрейду, или Миллиардер из ХI века
Недавно я уже писал о своих подозрениях относительно здоровья науки экономики. С тех пор я получил дополнительные доказательства того, что она находится то ли при смерти, то ли накануне своего второго рождения, что в диалектическом, впрочем, смысле почти одно и то же. Посмотрите, к примеру, что происходит со знаменитой кривой Филлипса, которая многие годы так удачно описывала на графиках более или менее обратную зависимость между инфляцией и безработицей. Было время я даже гордился тем, что почти посрамил с ее помощью одного из недавних кандидатов в президенты России, который легкомысленно обещал избирателям добиться одновременного снижения обеих. Теперь как бы не пришлось мне по английской традиции глотать собственную шляпу.
И хотя, собственно, бороться против и инфляции и безработицы в одно и то же время - дело почти столь же безнадежное, как и прежде, чистота аргумента уничтожена. Приходится признать: кривая Филлипса заболела.
Согласно теории британского экономиста 50-х гг., давшего ей имя, предполагалось, что если безработица упадет ниже своего естественного уровня, то за этим неизбежно последует рост инфляции, который будет продолжаться до тех пор, пока безработица не вырастет снова. Использование этого метода позволяло экономистам худо-бедно предсказывать тенденции почти 25 лет. Еще в конце 80-х гг. кривая была жива-здорова и недурно трудилась во славу монетаризма и его пророка Милтона Фридмана. В тот момент безработица опустилась в США до 5,3% и немедленно стала опасно расти инфляция. В полном соответствии с теорией федеральная резервная система резко повысила процентные ставки кредита. Безработица пошла вверх, и,как и полагается по науке, инфляционный шторм стал стихать.
Урок казался столь наглядным, что это немало способствовало укреплению позиций монетаризма и его триумфальному шествию по миру. На некоторое время воцарился он и в России.
Но потом начались неполадки.
В 90-х гг. безработица снова стала падать и началось большое ожидание нового витка инфляции. Но его почему-то на этот раз не произошло. Вполне допускаю, что кривая Филлипса не умерла, а лишь затаилась на время.
Но в любом случае проблемы есть не только у монетаризма, но и у почти всех других школ.
Многие экономисты честно признаются, что больше ничего не берутся предсказывать, да и как этим заниматься, когда опровергнут основной постулат, а именно что люди в своем поведении в основном действуют рационально.
Теперь на конференциях докладчики рассуждают больше о том, что неплохо бы выявить и описать закономерности крайне важных для экономики состояний (или психозов?)массового сознания - вроде всеобщего помешательства на безмерно раздутых акциях интернетовских компаний. Недавно один известный экономист посвятил свой трактат тому факту, что интенсивность человеческой реакции на материальные потери гораздо мощнее реакции на материальные приобретения. В общем, экономический фрейдизм какой-то, да и только.
Гораздо более интересное занятие нашли себе некоторые другие экономисты, обратившиеся к сравнительно-историческому анализу индивидуального богатства. Таким образом, например, вычислили, что самым богатым человеком тысячелетия в Англии был граф Суррей, Вильям Вареннский, отличившийся в битве при Хастингсе и павший в бою в 1088 г. Его состояние по этой методе оценено в 57 с лишним миллиардов фунтов стерлингов. Сначала вычисляется процентное отношение индивидуального состояния к так называемому чистому национальному доходу страны в описываемый период. Затем замеряется такой же процент от нынешнего ВВП - и готово дело, граф Вареннский оказывается богаче Билла Гейтса. Вроде бы опровергнуто еще одно положение Маркса, утверждавшего, что по мере развития производительных сил растет и концентрация капитала, а также и Саймона Кузнеца, считавшего, что после индустриальной революции доход действительно концентрировался. Но нельзя забывать, что богатство Вильяма Вареннского сводилось в основном к немереным земельным угодьям, что его состояние было малоликвидным - не могло обеспечить быстрого оборота, прироста и т. д.
Это была иная экономика, другие деньги, мерить их по сегодняшним шаблонам столь же логично, как измерять советский ВВП 70-х гг. через официальный курс доллара - 90 деревянных копеек за рубль... Впрочем, я,видно, ошибочно считал до сих пор поведение экономистов в основном рациональным.