"Вступление в ВТО - это сертификат качества экономики"
Конечно, одно дело - иметь соответствующее законодательство, а другое - его выполнять, располагать для этого определенными возможностями и наглядно демонстрировать, что оно выполняется. В отношении интеллектуальной собственности это, например, существование необходимой юридической системы, способность проводить судебные разбирательства по искам от операторов рынка. - А как вы оцениваете открытость российской торговой системы на данный момент? - Она развивается в верном направлении. Поэтому сейчас уже стоит вопрос о скорости развития процесса. У нас есть собственный опыт - двустороннее Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС), когда положения, касающиеся некоторых областей, соответствуют правовым нормам страны, а положения по ряду других аспектов - нормам ВТО. И если проанализировать исполнение условий этого договора с точки зрения торговли, то видно, что в некоторых областях существуют определенные шероховатости - по вопросам налогообложения спиртных напитков, например. Мы стараемся разрешать эти трудности с максимально разумных позиций. С услугами сложнее. Сейчас в российском законодательстве существует целый ряд положений, совершенно несовместимых с СПС. - А как, кстати, воспринимают в ЕС снижение Россией импортного тарифа с начала этого года? - Отличная новость! Проблема лишь в том, что это не следует замещать налогами. - Как вы думаете, почему ЕС до сих пор не признает Россию страной с рыночной экономикой? В чем проблема? - Следует объяснить, что это на самом деле означает. Речь идет об антидемпинговом законодательстве. У нас существует положение, согласно которому некоторые компании могут претендовать на рыночный статус. Это означает, что в отношении их демпинговое расследование будет проводиться по другой процедуре, нежели для нерыночных. Чтобы получить такой статус, компании должны соответствовать определенным критериям, которые устанавливаем не мы. В соответствии с законодательством ЕС таких критериев пять. Компания просит о присвоении себе такого статуса и, когда предоставляет необходимую информацию, получает этот статус, как, например, несколько российских компаний в алюминиевом секторе в 1999 г., или не получает такового, как некоторые компании в стальной промышленности, которые или не проходили процедуру, или не предоставили о себе необходимой информации, или просто не отвечают требованиям. Но вся система очень прозрачна. Мои собственные полномочия в этом вопросе весьма ограниченны.
"Вступление в ВТО - это сертификат качества экономики".
Комиссар по торговле Комиссии ЕС Паскаль Лами о перспективах вступления России в ВТО.
Главный европейский глобализатор комиссар по торговле Комиссии ЕС Паскаль Лами входит в десятку самых влиятельных людей на континенте по рейтингу английской газеты Observer. В этом списке, где собственно европейцев меньше, чем американцев, Лами стоит на девятом месте, опережая, например, Папу Римского Иоанна Павла II. В Европе, славящейся своей поддержкой внутренних производителей, Лами под силу проводить такие решения, как, например, постепенная отмена импортных пошлин на продукцию из 48 беднейших стран мира.
Отношения России с Евросоюзом - крупнейшим торговым партнером нашей страны - далеки от идеальных. У сторон существуют претензии друг к другу: например, Россия хочет добиться изменения квот на экспорт российской стали, введенных ЕС, Евросоюз, в свою очередь, недоволен запретом на экспорт в Россию европейской мясо-молочной продукции. О перспективах разрешения этих проблем, а также о возможности вступления России в ВТО Паскаль Лами рассказал "Ведомостям" во время своего визита в Москву.
- Как вы оцениваете усилия, которые предпринимает российское правительство по вступлению России в ВТО? Насколько эффективными, на ваш взгляд, были проходившие до сих пор переговоры? - Мы самым положительным образом относимся к этому процессу по целому ряду причин. Во-первых, торговые отношения между Россией и ЕС имеют огромное значение: около 40% российского экспорта приходится на долю ЕС. Все, что касается интеграции России в мировое торговое сообщество, имеет большое значение. Мы считаем, что процесс пойдет быстрее, если российская система перестроится в соответствии с международными стандартами. Вступление в ВТО сродни подтверждению высокого качества. Подобно тому как организации по контролю за соблюдением международных стандартов издают сертификат качества в отношении каких-либо механизмов, ВТО выдает сертификат качества экономикам разных стран. Сам факт, что, вступая в ВТО, государство проходит процедуру своего рода сертификации, дает инвесторам и операторам рынка гарантию, что в этом государстве соблюдаются правила ВТО - прозрачность и предсказуемость.
Естественно, за это надо платить, внося соответствующие изменения в законодательную и регулирующую систему, которая определяет деятельность российской экономики. Таким образом, нет большой разницы между, с одной стороны, вступлением в ВТО и проведением рыночных реформ в российской экономике - с другой. Вступление в ВТО не имеет отношения к дипломатическим играм - речь идет о сложном переговорном процессе и установлении доверия путем исполнения совершенно конкретных обязательств. В отношении России такой процесс пошел, хотя конечной цели мы еще не достигли. Нам надо решить еще ряд вопросов, касающихся тарифов на промышленную продукцию и либерализации рынка услуг, что, конечно же, имеет большое значение для нашей сегодняшней экономики. В этой области российской стороне еще есть над чем работать - вопросы интеллектуальной собственности, авторских прав и некоторые законодательные нормы, обеспечивающие прозрачность и способствующие укреплению доверия. Я думаю, что процесс пошел. Кроме того, из высказываний президента Путина в Стокгольме и встреч, которые я провел здесь, у меня складывается впечатление, что у России уже существует стремление следовать курсом рыночных реформ. По-моему, российское правительство сознает, как это важно для привлечения в страну иностранных инвестиций. Одним из основных результатов вступления России в ВТО станет уверенность иностранных инвесторов в том, что эта система функционирует по определенным правилам, она прозрачна. Российской стороне осталось провести кое-какие необходимые преобразования, а это процесс длительный. Даже при том, что движение идет в верном направлении, нам еще многое предстоит сделать.
- А что вы скажете о качестве представленных россиянами предложений по доступу на российский рынок? Я имею в виду предложения, касающиеся тарифов и услуг. - По вопросу о тарифах мы приближаемся к стадии переговоров. Переговоры еще не начались, но до этого осталось недолго. Из собственного опыта я знаю, что требуется много времени для изучения предложений, оценки ситуации... Потом наступает стадия переговоров. Здесь уже все зависит от способности сторон идти на взаимные уступки.
По вопросу либерализации рынка услуг нам еще предстоит много работы, прежде чем мы приблизимся к переговорной фазе. Что касается прав на интеллектуальную собственность, российское законодательство еще не вполне соответствует выдвигаемым нами требованиям. По вопросу о сельском хозяйстве мы находимся уже недалеко от цели.
- Что препятствует более эффективному обсуждению вопроса либерализации рынка услуг? - Это совершенно естественные затруднения. Говоря о рынке услуг, мы прежде всего сталкиваемся с проблемой существующих сейчас положений и правил. Речь должна идти о либерализации всей российской системы, чтобы можно было говорить о принятии определенных обязательств, касающихся открытости. Так что, естественно, это более сложная область.
- А какие позиции имеют наиболее важное значение для ЕС? - Что касается услуг, это, как всегда, банковская сфера, страхование, транспорт и рынок телекоммуникаций.
- Какие пробелы, по-вашему, существуют в нынешнем российском торговом законодательстве? Какие изменения нам следует внести в законодательство? - Давайте я приведу вам несколько примеров. В таможенном законодательстве это положение о деятельности таможни, об оценке товаров, кроме того, это нормы, регулирующие вопросы интеллектуальной собственности, санитарное законодательство, законодательство об иностранных инвестициях, налоговое законодательство, нормы, регулирующие деятельность предприятий, находящихся в собственности иностранного лица, и конечно же - банковское законодательство. В ходе своего визита я ознакомился с положением в этих областях и узнал, что многие вопросы уже находятся на рассмотрении в Думе.
- ЕС попросил российское правительство пересмотреть запрет на импорт мясо-молочной продукции из Европы. А какие гарантии безопасности этих продуктов Евросоюз может предоставить российской стороне? - У нас очень жесткий контроль экспортируемой продукции, и нам кажется, что российское правительство, как, впрочем, и правительства других стран, несколько преувеличенно отреагировало на ситуацию, сложившуюся в ЕС, распространив запрет на такую продукцию и такие страны, где риск практически отсутствует. В этой области существует естественная тенденция перестраховываться. Порой органы власти проявляют чрезмерное рвение.
- Какой, по-вашему, вклад может сделать Россия в развитие глобальной экономики, кроме как традиционно экспортируемыми природными ресурсами? - Природные ресурсы - это только начало. Здесь очень важно отметить, что российская система сохраняет способность эффективно функционировать и проводить преобразования, благотворно влияющие на развитие российской экономики. Постепенно Россия станет подниматься по лесенке прибавленной стоимости, но сейчас для России очень важно сохранять свои производственные мощности, которые стали основной причиной создания очень значительного положительного сальдо России в торговом балансе с ЕС. Здесь Россия уступает только Японии и Китаю.
- Существуют ли какие-нибудь положительные сдвиги в переговорах об экспорте российской стали в ЕС? Может ли ЕС изменить существующие ныне квоты? - Мы обсудим с правительством возможность изменения системы квот с учетом, во-первых, нынешних потребностей мирового рынка стали и, во-вторых, риска принятия США мер по защите своего рынка, которые сейчас активно обсуждаются американской стороной и которые станут источником серьезных проблем и для нас, и для России. Нам следует вместе тщательно исследовать этот вопрос.