Без единого каракуля
Что придет на смену армейским меховым шапкам![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2020/7d/1a7hy4/original-1nvx.jpg)
Коронавирус, среди прочего, поставил в сложное положение и меховую индустрию, став катализатором естественного сокращения производства. Например, в Нидерландах (эта страна – крупнейший поставщик меха в мире) COVID-19 был диагностирован у норок на нескольких десятках ферм, миллионы животных были уничтожены.
Впрочем, производство меха сокращается и вне связи с мировыми катаклизмами. В тех же Нидерландах попытки полного запрета меха предпринимались за последнее десятилетие не раз. В итоге Голландский апелляционный суд принял судьбоносное решение о запрете производства меха, он вступит в силу в 2024 г.
Кто против меха
На данный момент разведение животных ради меха запрещено в Великобритании, Норвегии, Бельгии, Австрии, Хорватии, Словакии. А в Израиле с 2010 г. запрещена даже продажа мехов. В 2023 г. в Калифорнии вступит в силу новое законодательство о защите животных, согласно которому производство и продажа новых изделий из меха животных тоже будут признаны нелегальными.
Постепенно от использования меха отказывается и модная индустрия – сегодня это один из ключевых аспектов ответственного подхода к потреблению и производству под названием sustainability. Одним из первых «отказников» (если не считать Келвина Кляйна, объявившего бойкот меху еще в 1990-е) стал Ральф Лорен в 2006 г. И хотя в тот год на фабриках Ralph Lauren были произведены сотни пальто с меховой отделкой, их в полном объеме отправили в развивающиеся страны в рамках благотворительности. За последние два года в движении за отказ от меха в модных коллекциях зафиксирован новый виток: вслед за Giorgio Armani, Stella McCartney, Bottega Veneta, Hugo Boss, Ralph Lauren, Versace и другими брендами об отказе использовать мех объявили Chanel, Gucci, Prada вместе с Miu Miu и Furla.
Вместо меха дизайнеры сегодня предпочитают использовать, например, шерсть барашка (ширлинг) – чтобы добыть такой «мех», животное достаточно просто причесать. Но производителям этого мало, и они активно ищут новые материалы на замену меху. Так, итальянский бренд Loro Piana представил в рамках осенне-зимней коллекции 2020/21 свою новую разработку, над которой трудился несколько лет, – «кашемировый мех» Cashfur: с виду не отличить от обычного, но это не мех, а ткань.
Отказываются от меха не только бренды и страны, но и люди – в том числе публичные. Среди ярких примеров – королева Елизавета Вторая, которая в конце прошлого года приняла решение не пополнять свой меховой гардероб, а просто донашивать старые меховые мантии и шляпы, сделанные из шкурок животных, умерших своей смертью.
Чем заменить мех
Есть, однако, страны и сферы, где мех был и остается неотъемлемым элементом статуса и стиля. Например, армия. В августе 2020 г. президент России предложил внести изменения в указ о военной форме одежды от 2010 г. – речь идет о лишении генералов и полковников Вооруженных сил, а также адмиралов и капитанов I ранга возможности носить в качестве головного убора «шапки из каракуля с козырьком». В случае принятия поправки, сообщало «Би-би-си», каракулевые шапки останутся только в ФСО и Росгвардии.
«Для нас такое решение было полной неожиданностью, – комментирует менеджер ателье по пошиву форменных головных уборов «Гримнир» Юлия Сафронова. – Но Россия северная страна, и, наверное, совсем от меха вряд ли откажутся. Да и другие страны тоже. Обратите внимание на Англию – королевские гвардейцы Ее Величества носят шапки из натурального медвежьего меха».
О полном отказе от меха речь вряд ли идет. Но вопрос, каким мехом заменят каракуль, пока открыт. «Говорят, что, возможно, это будет стриженый бобр, – рассуждает Сафронова. – Если это так, только представьте, какой внешний вид будет у этого бобра, если он попадет под дождь или мокрый снег. А куда будут девать тушки разделанных бобров? Отдельный вопрос, от которого буквально мурашки по коже. Каракуль в этом смысле был более гуманным выбором – баранину люди все-таки едят».
На самом деле отказ от меха в России вообще и в армии в частности – большая культурологическая проблема. «Меховая» военная история в России имеет глубокие корни. Папаха – головной убор мехом наружу – появилась в российской армии в начале XIX в., став форменным головным убором для казачьих войск, рассказывает историк моды Мэган Виртанен. «В 1881 г. была введена барашковая шапка, в которой любил щеголять Александр III. А с 1913 г. папаха превратилась в официальный зимний головной убор для всех армейских подразделений Российской империи, – продолжает он. – После революции красные комиссары отбросили старый быт, но вот папахи продолжали носить. С 1931 г. в Красной армии появилась шапка-финка, похожая на ушанку. С 1939–1940 гг. меховая ушанка стала форменным головным убором, для высшего командного состава ее делали из меха мерлушки, для среднего – цигейки. Армейский каракуль был серым. Флотские до 1960-х носили шапки из черного мутона, а командование флота – каракулевые папахи. Любили каракулевые шапки и советские генсеки: Брежнев щеголял роскошной папахой, а Хрущев и Горбачев предпочитали «пирожок» – более демократичный фасон».
Более 70 лет серый каракуль использовался для изготовления головных уборов и воротников. «Производились изделия в советское время в специальном цехе. Военный представитель присутствовал и проверял качество. Воротник на шинели обязательно должен был подходить под папаху – они должны были быть одинаковыми и по оттенку, и по завитку, – рассказывает Елена Неверовская, владелица мехового салона Blackglama в ГУМе. – Папахи создавались индивидуального размера, поименно». В Москву каракуль для производства привозили невыделанный – выделывали и шили уже здесь, уточняет Неверовская. Серый каракуль доставляли из Афганистана. «В годы коллективизации многие узбекские специалисты по выращиванию каракуля уехали в Афганистан, – говорит она. – Там они сохранили именно этот вид каракуля, и до сих пор именно потомки иммигрировавших в Афганистан узбеков занимаются ремеслом».
Конфликт ценностей очевиден: придется делать выбор между «статусом» и «зеленой модой», между традициями и sustainability. Но даже если дилемма решится в пользу искусственных материалов, возникнет еще одна проблема. «Да, сегодня набирает популярность искусственный мех, и уже с уверенностью можно говорить о том, что он составляет достойную и весомую конкуренцию натуральному, который в современных реалиях теряет свою статусную ценность. Преимущества синтетического материала с этической и даже эстетической точек зрения неоспоримы, – говорит Ирина Папоркова, глава сервиса Style Concierge. – Но возникает другая проблема: продукты нефтепереработки разлагаются сотни лет и отравляют окружающую среду – а ведь рано или поздно каждая экошуба окажется на свалке».