Сила и бессилие Путина
На прошлой неделе Николай Аксененко ушел в отпуск. Как говорят в Белом доме, не по своей воле. Перед тем у него состоялся непростой разговор с Владимиром Путиным. Близкий премьеру чиновник не без ехидцы сказал: "Пусть Николай Емельянович отдохнет от трудов праведных". Сам Путин почти не скрывает раздражения отдельными действиями своего зама. Когда Аксененко в его отсутствие снял главу "Транснефти" Савельева, премьер еще сдержался. Потом Путин полетел в Казахстан - и Аксененко тут же распорядился изменить состав Совета директоров "Транснефти". Узнав постфактум об этом, глава правительства едко пошутил: "Да, такой он плодовитый автор. Все время что-нибудь подписывает".
После чего первый вице-премьер срочно собрался в отпуск.
Ощущаемое в Белом доме двоевластие, по крайней мере в сфере экономических решений, очевидно, нервирует Путина.
Сначала он делал вид, что у него просто руки не доходят до конфликта вокруг "трубы": война, взрывы - сами понимаете. Когда же Аксененко наполовину перекроил Совет директоров "Транснефти", убрав с поста председателя Сергея Чижова - советника премьера по ТЭКу, Путин сместил акценты: "Вы поймите, кроме Аксененко и "Транснефти", много других вопросов. И очень много других госкомпаний". То есть, в переводе с путинского, неприятен факт, что первый заместитель без согласования подменяет начальника, но случайто вроде рядовой, не стоящий того, чтобы публично ставить на место подчиненного.
Все ясно: премьер не может прилюдно расписаться в бессилии. Не может в открытую сказать, почему Аксененко действует так скандально смело. Не может сказать о сплоченной бизнес-политической группе, хотя составляющие ее чиновники, нефтяные генералы и банкиры известны поименно. Так же, как известно, что "Транснефть" - как раз не "одна из многих", а уникальная госкомпания - естественная монополия.
О том, как ОМОН захватывал "Транснефть", писали много. Куда тише прошла через несколько дней операция обезглавливания "Связьинвеста". По рассказам, Аксененко вызвал главу компании Олега Белова и неназойливо предложил поделиться информационными потоками.
Проще говоря, передать состоятельную клиентуру, пользующуюся каналами "Связьинвеста", некоему ЗАО "ТрансТелеком".
Это предприятие учредили железные дороги - для строительства общероссийской сети связи. Аксененко помог ЗАО еще и с лицензией на оказание услуг связи. И вот теперь хлопотал о загрузке каналов. Белов догадывался, что Аксененко не чужой в МПС, но не понимал, с какой радости "Связьинвест" должен дарить какому-то ЗАО доходы до $2 млрд? Эту непонятливость первый вице-премьер, видимо, приравнял к непрофессионализму. Сняли Белова на спешно созванном Совете директоров.
Причем первый зампред Мингосимущества Герман Греф попросил не задавать вопрос, почему директор "Связьинвеста" без повода сдает ключи.
"Можно было бы спросить с Аксененко за все, что он делает, если бы у нас была практика доклада премьеру о решениях такого рода", - словно оправдываясь, произносит Путин. Он явно чувствует себя не в своей тарелке. Он силен и бессилен одновременно.
У него растет рейтинг, но за спиной орудует влиятельная сила.
Путин - первый премьер, который реально управляет силовиками. Черномырдин мог только уговаривать Басаева, но о войне в Чечне его ставили в известность из Кремля. Путин же по-настоящему принимает стратегические решения по Кавказу, отдает команды министрам обороны и внутренних дел. Но Путина игнорируют, когда вершат дела вокруг ключевых предприятий. "Твоя задача - террористы, а сюда не лезь", - как бы поясняют премьеру. И понимая, в какое двусмысленное положение его ставят, Путин на ходу изобретает причину, призванную прикрыть это: в правительстве, мол, не сложилась традиция докладов премьеру.
Черномырдин тут, наверное, посмеялся бы. Даже Сосковец на пике власти, в полушаге от премьерского кресла, знал, кто в лавке хозяин по части экономики. В 1995 г. Сосковец задумал увести у Черномырдина ТЭК вместе с экспортной "трубой". Действовать в лоб он, однако, не посмел, а организовал соответствующее письмо Коржакова президенту. Всех тогда шокировала закулисная попытка перехвата власти. Но в сравнении с тем, как "заинтересованные лица" ставят перед фактом Путина, она кажется пристойным способом борьбы.
Вопрос не в том, кто лучше Вайншток или Савельев, Белов или его сменщик. Дело в том, что в правительстве ломается вертикаль принятия решений, искажаются представления о приоритетах государства. Первый зампред МГИ Герман Греф, которого дважды "нагнули" в историях с "Транснефтью" и "Связьинвестом", поостережется теперь отстаивать государственные интересы, когда начнется приватизация лакомых кусков собственности. И опять госпакеты "распилят". Потому что приватизация чиновников крупным бизнесом снова подобралась к самым высотам. В свою очередь чиновники устраивают "мелкий" бизнес, как говорится, не отходя от кассы.
В окружении Путина говорят, что последние дни расставили все точки над i: Аксененко больше так делать не будет. По их словам, Путин получил подтверждение "из-за стены", что он - полноценный премьер. Так ли это, покажут конкурсы по "Роснефти", ТНК, "Связьинвесту. "А пока собранные Савельевым $40 млн на Балтийскую трубопроводную систему Вайншток намерен переправить на более значимую для "ЛУКОЙЛа" "нитку" - в обход Чечни через Дагестан.