Не страна
"Для страны не может приключиться ничего худшего, чем не существовать вовсе", - писал Эрнст Теодор Амадей Гофман, чье творчество, быть может, лучше всего подходит для описания происходящего в России в последние две недели. Страшилки историков-медиевистов про опустошенную в течение нескольких веков после распада Римской империи Западную Европу, в которой и людей-то толком не было, не то что цивилизации, начинают обретать кровь и плоть.
Нет такой страны Россия. Есть территория на карте, заселенная полутора сотнями миллионов людей. Есть название территории. Есть органы власти, которых становится все больше. Есть легенды и мифы о былом величии этой страны, якобы утраченном за годы неразумных рыночных реформ.
Ничего не утрачено, кроме самой страны. В столице европейского (по крайней мере, в такой же степени, как и азиатского) государства незнамо почему горит телебашня - и ее нечем тушить. В море на территории этого государства незнамо почему тонет подводная лодка - и ее нечем спасать. Проблема не в том, насколько трудно тушить и спасать в данных конкретных ситуациях. Проблема в том, что все равно нечем.
Башню строили 32 года назад, и тогда халатности, названной существующим только в русском языке словом "разгильдяйство", было не меньше, чем теперь. Лодку строили совсем недавно. И лодка, и башня считались достижениями гениальной конструкторской и научной мысли самой прогрессивной страны на свете.
Увы, самая прогрессивная страна на свете окончательно разучилась существовать как более или менее осмысленный организм, состоящий из миллионов индивидуальных воль, используемых государством для достижения частного и общественного блага. То, что у нас нет народа, стало ясно вскоре после распада Советского Союза. Советский народ, конечно, был некоторой реальностью, если понимать под реальностью миллионы людей, привыкших делать вид, что они работают, и безропотно вверять свою судьбу государству. Как только государство перестало напрямую, из ложечки кормить этот советский народ, он благополучно исчез, стал фантомом.
Теперь ясно, что у нас вообще нет базового атрибута страны - телевидения в столице государства. Заметьте: стихийные бедствия всего лишь обнажают базовые проблемы России. Строго говоря, почему Москва должна бесперебойно получать телесигнал, если часть страны до сих пор не газифицирована, а массовые отключения электричества могут происходить не только по причине горячего желания "зловредного" Чубайса получать деньги за электричество, но и по причине разрушения генерирующих мощностей, линий электропередач etc.
В некотором смысле "Курск" и Останкинская башня знаменуют собой конец эпохи российской индустриализации. Россия чудовищно изношена - морально и материально. Она выработала советский ресурс и не создала нового. В августе 2000 г. стало как-то особенно четко видно, что Россия не страна. Пока не страна.
Автор обозреватель газеты "Известия". Настоящий комментарий написан для "Ведомостей"