Человек, который знал
При жизни Сергей Добротворский был членом группы "Че-паев", кинокритиком, сценаристом, лектором. Человек, всю жизнь любивший "культовое кино" и во многом способствовавший возникновению этого выражения в русском языке, - он сам был культовой фигурой. После смерти он стал легендой. Изданная через четыре года книга его избранных работ не опровергает легенду о "петербургском гении" - скорее, придает ей объем.
"Кино на ощупь" - прекрасное чтение для тех, кто привык получать информацию небольшими порциями. Составленная по большей части из небольших газетных и журнальных заметок, она провоцирует на то, чтобы открывать ее в любом месте и читать прямо с середины листа.
Редкая книга о кино выдерживает такой способ чтения - большинство из них вряд ли будут открыты по второму разу, тогда как к сборнику статей Добротворского хочется возвращаться снова и снова.
Этот способ хорош и тем, что в одной из своих ипостасей "Кино на ощупь" - учебник мирового кинематографа, в котором события и явления изложены не в хронологической или смысловой последовательности, а в беспорядке. Комментарии и справочный аппарат призваны подчеркнуть и усилить эту образовательную функцию книги. Впрочем, точнее было бы назвать "Кино на ощупь" не учебником, а лекционным курсом - слишком сильны были личные эстетические пристрастия Добротворского во всем, о чем бы он ни писал. Толстый черный том, выпущенный издательством "Сеанс", - личный взгляд Сергея Добротворского на то кино, которое он знал и любил: от Мельеса до Тарантино - через Дрейреа, экспрессионистов, фильм нуар, Орсона Уэллса, Альфреда Хичкока и Джеймса Дина.
Однако я бы посоветовал читать "Кино на ощупь" подряд. Тогда помимо разрозненного курса мирового кино читатель получит краткий очерк российской киножурналистики в ее лучшие годы: с 1990 по 1997 г., когда на смену политической ангажированности перестроечных времен пришли стилистический поиск и постмодернистская игра со словом. Не случайно Сергей Добротворский был одним из самых заметных авторов газеты "Коммерсантъ", первой введшей в моду цитатные заголовки и обычай публиковать интеллектуальные и аналитические статьи об искусстве на соседней полосе с новостями бизнеса и политики. В середине 90-х эстафету стилистических изменений подхватили молодежные глянцевые журналы - прежде всего "Птюч" и "ОМ", - и не случайно Добротворский одним из первых крупных журналистов оценил их потенциал и почувствовал новый стиль: написанные для "ОМа" статьи об Абеле Фераре или Джейн Биркин нельзя спутать ни с большими работами, публиковавшимися в "Искусстве кино", ни с заметками в "Коммерсанте". Однако, несмотря на то что темы его статей часто были вневременными, внимательный читатель всегда сможет примерно определить, в какой период была написана та или иная статья. Вот отгремел культ Гринуэя, появился Дэвид Линч, мелькнул Вонг Кар Вай, надолго воцарился Квентин Тарантино. Читая "Кино на ощупь" подряд - страница за страницей, - вспоминаешь 90-е гг., когда кино (наряду с музыкой) снова стало "важнейшим из искусств".
Добротворский умер, когда эта эпоха стала клониться к закату - точно так же, как медленно, но верно стала меняться и журналистика. Не случайно фактически прекратил свое существование журнал "Сеанс", одним из создателей и авторов которого был Добротворский. Во многом благодаря ему был сформирован неповторимый стиль этого лучшего российского киножурнала - неформальная беседа высокообразованных людей.
Сегодня неформальность и образованность все больше и больше расходятся по разным полюсам.
Анализируя причины, можно говорить об экспансии необязательного и временами развязного стиля глянцевых журналов или об изменении целевой аудитории киноизданий, но книга Добротворского дает возможность увидеть, что по-настоящему глубокие статьи можно писать в самом разном формате. Возможно, причина изменений в том, что кинокритики, пришедшие в периодику в конце 90-х гг., считают, что достаточно много смотреть кино, любить его и уметь писать о нем.
Сергей Добротворский делал все это - и больше того. Он был человеком, который не только любил кино, но и знал его. И это знание было столь глубоким, что и спустя 10 лет после написания его статьи остаются лучшим, что было написано о кино в 90-е гг.