ВЕЩЬ НЕДЕЛИ: Макеты утраченного
По сути, это изменение правил приватизации, что называется, "на ходу". И это уже становится традицией: осенью Минимущество тоже изменило процедуру приватизации "Росгосстраха" после ее начала, когда инвестор уже купил первый пакет. Ведь в 1997 г., когда "ЮКОС" заплатил государству за акции ВНК $810 млн, никто не предупреждал, что в этой компании ничего нельзя трогать и менять. Теперь оказалось - нельзя.
Макет станка-качалки для добычи нефти демонстрировал вчера журналистам председатель Российского фонда федерального имущества Владимир Малин. И даже показывал, как этот станок качает нефть. Изучать ассортимент оборудования для нефтедобычи ему пришлось в связи с неудачной попыткой продать госпакет акций Восточной нефтяной компании (ВНК). Не будучи уверенным, что журналисты так же хорошо разбираются в отраслевой тематике, он решил наглядно продемонстрировать, какие именно активы вывел из ВНК владелец ее контрольного пакета - нефтяная компания "ЮКОС". Ведь именно из-за вывода активов компании РФФИ пришлось отменить уже объявленную продажу 36,6% ее акций, признал Малин. Его тревожит, что все оборудование "Томскнефти", нефтедобывающей "дочки" ВНК, принадлежит теперь "ЮКОСу", а "Томскнефть" его лишь арендует.
Впрочем, до того как Тюменская нефтяная компания (ТНК) предложила за госпакет акций ВНК $400 млн, приватизаторы не интересовались такими тонкостями. Ведь у ВНК никогда никаких станков не было, как не было лицензий на нефтедобычу. Это холдинг, и все его имущество состояло из контрольных пакетов акций дочерних компаний. Они сейчас на месте, это Малин признает. Но ТНК-то готова платить деньги только за ту же самую ВНК, которую четыре года назад покупали ее конкуренты, - со всеми бывшими у "дочек" станками-качалками. И вот чиновники пытаются теперь заставить "ЮКОС" вернуть все "как было", нанимают юристов для проверки всех сделок с активами ВНК и ее "дочек" и отменяют конкурс.
Теперь есть подозрения, что ВНК за эти годы растащили. Но почему-то Минимущество, которое могло и должно было этому помешать, РФФИ не критикует. Претензии предъявляются только компании, которой положено работать в интересах своих акционеров.
Если в стране действительно сменились правила приватизации, стоило бы объявить об этом открыто и - желательно - до конкурса. Если фонд намерен всеми средствами увеличивать стоимость продаваемого имущества, нужно начинать над этим работать заранее и в любом случае, а не только по просьбе заинтересованного покупателя.
Например, на этот год запланирована продажа акций нефтяной госкомпании "Славнефть". Этой компанией сейчас управляет уже третий по счету президент, и наверняка произошедшие за последние годы разнообразные сделки с ее активами и имуществом могут натолкнуть потенциальных покупателей на мысль, что, если их как-нибудь отменить, компания будет выглядеть интереснее. Так что, если позиция РФФИ является принципиальной, приватизаторам пора уже приступать к предпродажной подготовке других компаний: оспаривать сделки - дело не быстрое. А заодно запасаться макетами буровых вышек, месторождений, доменных печей и прочего имущества, вызывающего у чиновников ностальгию.