Фаталь разбивает лед
"Роковая женщина" - кинозаписки из насыщенной криминальными событиями жизни шикарной парижской стервы; вялотекущий экшн-триллер со сногсшибательным сюжетным аккордом в самом конце. Странные тут дела творятся: на исходе второго часа вдруг выясняется, что весь фильм мы ждали только одного: пока луч света насытит золотом пленку и экран взорвется от хлынувшей через край солярной энергии. Как будто фотобумага, долго набухавшая слепыми тенями, вдруг проявилась; очень затейливое, смею заметить, ощущение. Режиссер этого светописческого штукарства - Брайан Де Пальма.
Точка тьмы, вокруг которой завихряется сюжетный микротайфун, - авантюристка, похотливая тварь и редкостная сука по имени Лора в исполнении патентованной вертихвостки Ребекки Ромэйн-Стамос. Обложечная мамзелька, из самых дорогих, блондинка, рост за метр восемьдесят, ноги типа я вас умоляю, - чертовски фигуристая фря! - оказалась на удивление приличной актрисой; поверьте, в кино ее взяли не только за то, как она ресницами хлопает. Роль ее и социальная функция состоит в том, что она строит мужчинам куры, подбивает их на противоречащие уголовному кодексу поступки, после чего кидает ополоумевших от похоти самцов несолоно хлебавши. Амплуа Миледи в "Трех мушкетерах"; классическая героиня пикарески - плутовского романа.
"Роковая женщина" начинается в сортире каннского Дворца фестивалей. Вместе с громилами-напарниками Лора должна украсть десятимиллионную шоппардовскую алмазную змейку. В зале тем временем под фанфары начинается премьерный показ фестивального фаворита "Восток - Запад". Пока Варнье с Боннэр обмирают от наслаждения, пожирая глазами свои фамилии в титрах, Лора лапает модельку, снимая с нее потихоньку драгоценные камушки. Секс в лихо отдизайнированной уборной венчается, разумеется, безобразной перестрелкой: выясняется, что Лора с моделькой кинули и охранников, и бандитов. Далее начинается сюжет про судьбу-всегда-в-бегах: отныне за Лорой охотятся соответствующие и несоответствующие органы, но ей все хоть бы хны; знай себе успевай парики менять. Одной из ее жертв несколько лет спустя становится мелкотравчатый парижский папарацци огненного нрава и латинской наружности (Бандерас в роли "прощай молодость"). И вот с ним уже Лора проживает две параллельные жизни; приснопамятная сюжетная бифуркация - это и есть сценарный трюк Де Пальмы, поэтому о нем молчок.
Изъясняясь кривотолками, чтобы не спугнуть тот самый луч света и сопутствующий ему осязаемый поток возвращенного добра, который так вовремя появляется-таки в одном из последних кадров, скажем так: в этой твари вдруг проклевывается Другая. Точка тьмы неожиданно раскалывается на две проекции - блондинку с повадками стриптизерши и малахольную истероидную брюнетку; фамм-фатальная стерва вдруг вываливается из своей орбиты и воспаряет куда-то вверх, к свету, разбивая ледяную корку, которой была покрыта вся ее предшествующая жизнь. Стоп. Снято.