Компания недели: «Сургутнефтегаз»
Настоящую сенсацию произвел на этой неделе «Сургутнефтегаз». Одна из крупнейших нефтяных компаний страны, знаменитая своим богатством и закрытостью, впервые решилась на приобретение серьезного актива – купила 21,2% акций венгерской MOL. Конечно, компания и раньше кое-что покупала. Например, через подконтрольные фирмы выкупила себя же на залоговых аукционах. Или в середине 90-х приобрела 16,6% акций Онэксимбанка, чтобы контролировать свои сбережения. Еще нефтяники незаметно взяли под контроль авиакомпанию UTair, услугами которой они активно пользуются, зачем-то инвестировали в медиахолдинг (услугами которого не пользуются вовсе) и купили долю в питерском банке «Россия». Но в основном все эти годы «Сургутнефтегаз» тратился на оборудование, технологии, лицензии на новые месторождения, но не на покупку готовых активов в виде долей в уже действующих проектах. Прижимистый гендиректор компании Владимир Богданов всегда отговаривался тем, что активы нынче дороги, по разумной цене никто не предлагает, но к поглощениям компания готова и даже держит для этих целей 37% своих же акций.
За это время зарезервированные акции куда-то растворились, попрятались в номинальном держании и все акционеры «Сургута», но совсем спрятать средства, накопленные компанией за тучное десятилетие, не вышло. Пытливые люди обнаруживают в балансе «Сургута» признаки наличия примерно $22 млрд. Которые и являются главной интригой нефтяной отрасли: то ли «Сургут» выйдет со своими миллиардами и всех скупит, то ли к «Сургуту» зайдут за его миллиардами и он сольется с обнищавшей «Роснефтью». В такой ситуации про сделку на $1,4 млрд можно сказать – «чижика съел».
Вопрос только – зачем? Сама MOL уже выстроила серьезную систему защиты в ходе схватки с прежним владельцем проданного пакета – австрийским нефтегазовым концерном OMV. И новому акционеру уже указано его место – «финансовый инвестор». Синергии по бизнесу у компаний сейчас нет. А заплатил ведь «Сургутнефтегаз» вдвое дороже котировок, что так не укладывается в философию Богданова. Поэтому трудно отделаться от мысли, что заплачено было не только за акции.