Фото. Остров неповиновения: зачем индейцы захватили Алькатрас

11 июня 1971 г. закончилась 19-месячная оккупация острова Алькатрас представителями коренных народов Северной Америки – самая продолжительная акция гражданского неповиновения в истории индейского движения. Как развивались события – в галерее «Ведомостей».

Захват Алькатраса стал вершиной протеста против политики США в отношении коренных народов. Инициаторами выступила группа активистов, назвавшая себя «Индейцами всех племен», в которую входили студенты из Калифорнийского университета, ветераны индейского движения и простые семьи. Формальным лидером являлся 26-летний мохок Ричард Оукс. 20 ноября 1969 г. группа из 89 человек высадилась на острове, который был заброшен после закрытия знаменитой тюрьмы строгого режима. Активисты сменили официальную табличку на самодельный плакат: «Добро пожаловать на индейскую землю. Проход воспрещен без разрешения».

Юридическим основанием стал договор в Форт-Ларами, подписанный между правительством США и племенем лакота в 1868 г. Один из его пунктов гласил, что любая федеральная территория, выведенная из эксплуатации, должна быть возвращена коренным народам, если они заявят на нее претензии. Поскольку в 1963 г. Алькатрас перестал быть тюрьмой и официально числился «избыточным имуществом», активисты сочли, что имеют право занять остров. Указывали они и на гораздо более древнюю связь: задолго до появления камер Аль Капоне и Роберта Страуда скала служила местом рыбной ловли и духовных практик для племени олони. «Мы не захватываем чужое, – заявлял Оукс через неделю после высадки. – Мы возвращаем то, что у нас украли, когда нам еще не разрешали иметь адвокатов».

Индейцы потребовали передать остров в вечное владение коренным американцам для создания культурного центра и университета. По их замыслу, там должны были разместиться музей индейского искусства, школа по сохранению языков, медицинский центр и духовное святилище. Кроме того, активисты настаивали на выделении земельных участков общей площадью 1600 га для нужд индейцев на всей территории США, признании права коренных народов на самоопределение и закрытии Бюро по делам индейцев. Наконец, захватчики хотели получить компенсацию за земли, отторгнутые за последние 200 лет, – $24 млрд. Требования были направлены президенту, в конгресс и даже в ООН. Активисты спали в бывших камерах надзирателей, готовили пищу на кострах и собирали дождевую воду.

Участники организовали комитет по связям с прессой и даже импровизированную школу для детей, которых несколько семей привезли с собой, чтобы подчеркнуть мирный характер акции. Снабжение шло по двум каналам: часть продовольствия и одежды доставляли на лодках добровольцы из Сан-Франциско, другую часть активисты добывали сами, обменивая на материке сувениры с Алькатраса – обломки кирпичей и куски тюремных решеток. Власти официально объявили остров закрытой зоной, но долгое время не препятствовали гуманитарным рейсам, опасаясь резонанса.

Со временем ситуация стала ухудшаться. Отсутствие нормального электроснабжения, примитивные санитарные условия и зимние штормы, отрезавшие остров от материка, привели к внутренним конфликтам и оттоку людей. В апреле 1970 г. 15-летняя падчерица Оукса Лила Кэннон упала с лестницы в одном из тюремных корпусов и разбилась насмерть, после чего сломленный горем лидер оккупантов тоже покинул остров. Руководство перешло к ЛаНеде Минс из племени оглала-лакота и Джону Труделлу, чей отец относился к санти. Они ужесточили дисциплину, но остановить отток не смогли: к лету 1970 г. на Алькатрасе оставалось не более сорока человек, а к началу 1971-го – всего пятнадцать.

Президент США Ричард Никсон проявлял определенную симпатию к идеям индейского самоопределения. Например, в 1970 г. он подписал закон о возвращении племени таос-пуэбло священной земли Голубого озера, что стало первым прецедентом такого рода за восемьдесят лет. Вероятно, Никсон надеялся, что оккупанты сами покинут остров, устав от холода и лишений. Но в октябре 1970 г. один из бежавших с Алькатраса заявил полиции, что те якобы готовят вооруженное сопротивление. После этого федеральные маршалы усилили блокаду, а в декабре береговая охрана перехватила лодку с припасами. Поводом для финального штурма стало заявление властей о том, что оккупанты препятствуют навигации, отключив береговые огни Алькатраса, а также подозреваются в краже медного кабеля на сумму $50.

Утром 11 июня 1971 г. два катера береговой охраны с тридцатью пятью вооруженными маршалами причалили к острову. Группа захвата действовала стремительно: они блокировали жилые корпуса, перерезали единственную телефонную линию, с помощью которой оккупанты поддерживали связь с берегом, и через громкоговоритель потребовали сдаться. Активисты не оказали никакого сопротивления. Как позже вспоминала ЛаНеда Минс в интервью The New York Times, их целью было показать всей стране, как коренных американцев вышвыривают с их собственной земли. Все пятнадцать человек были арестованы и доставлены в федеральный суд Сан-Франциско, где им предъявили обвинения в незаконном проникновении на федеральную территорию и сопротивлении властям. Однако судья Джордж Б. Харрис быстро закрыл дело, сославшись на отсутствие злого умысла, и уже через месяц все обвинения были сняты.

Вскоре коренные народы США перешли от пассивного сопротивления к открытым акциям гражданского неповиновения. В 1972 г. колонна активистов прошла по «Тропе сломанных договоров» от западного побережья до Вашингтона и захватила здание Бюро по делам индейцев. А в 1973 г. последовала 71-дневная осада Вундед-Ни в Южной Дакоте. Каждый раз протестующие ссылались на опыт Алькатраса как доказательство того, что власть можно и нужно вынуждать к переговорам.

В 1975 г. конгресс принял закон об индейском самоопределении и помощи в образовании, который фактически похоронил политику «терминации» – ликвидации племен и их прав, проводившуюся в пятидесятые годы. Документ передал племенам контроль над школами, больницами, судами и другими институтами на их территориях. Многие исследователи напрямую связывают появление этого закона с захватом Алькатраса.

Остров до сих пор хранит память об оккупации: на стенах бывшей прачечной сохранились граффити с надписями «Red Power» («Власть краснокожих»), «We are not savages» («Мы не дикари») и «Peace and freedom» («Мир и свобода»). В 2009 г., на сороковую годовщину акции, Труделл заявил: «Мы не добились университета на скале, но мы заставили американцев услышать то, что они не хотели слышать веками: мы никуда не ушли. Мы все еще здесь».