ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ: Агрессивный инвестор
Все началось в далеком 1996 г. , когда я учился на 4-м курсе Российской экономической академии им. Плеханова. Своих денег для инвестиций у меня тогда еще не было, но попробовать силы в таком доходном деле, как ценные бумаги, хотелось. Поэтому я занимал деньги у друзей и знакомых и вкладывал в векселя. Кто-то давал деньги просто так, кто-то - под проценты. Естественно, мои кредиторы не знали, зачем я беру в долг.
Такие вложения стабильно приносили мне 60 - 70% годовых в рублях, но меня это не удовлетворяло, ведь ставка рефинансирования в 1996 г. составляла 60 - 120% годовых.
Поэтому я решил попробовать свои силы на рынке акций, который тогда был организован лучше, чем вексельный. С начала 1997 г. я играл на самых ходовых фьючерсах (контракты на будущий курс акций) - на акции РАО "ЕЭС России" и "ЛУКОЙЛа" на РТСБ. Опирался я исключительно на собственную интуицию, и эффект от такого инвестирования, конечно, получался негативный. За месяц я проиграл около 30% активов.
Отрицательный результат заставил меня более серьезно отнестись к фондовому рынку. Я изучил массу книг, освоил профессиональные методы анализа компаний и курсов их акций, познакомился с разными стратегиями инвестирования. Труды не пропали даром, игра на фьючерсном рынке полтора года шла в гору, я зарабатывал не менее 100% годовых и в начале 1998 г. купил новый Cadillac STS.
Я никогда не следовал рекомендации вкладывать в высокорисковые инструменты (акции, фьючерсы) менее 20% активов. Я действовал очень агрессивно и вкладывал на фондовом рынке 50 - 60% средств. Но летом 1998 г. биржу неожиданно разорили. Некоторым крупным компаниям деньги вернули, но я был клиентом мелкого брокера, который ничего не смог сделать. В итоге я потерял все.
Накануне дефолта я купил облигации государственного сберзайма, потому что их доходность подскочила до 90% годовых. Их я и получил - но в рублях, а доллар стоил уже в четыре раза дороже. Так что около половины вложенной в облигации суммы пропало.
После кризиса я примерно на год отошел от дел - фондовый рынок был очень вялый. Я копил силы на новый рывок. У меня остались кое-какие сбережения в наличной валюте - я всегда хранил их дома. На эти деньги и жил.
В 1999 г. я случайно нашел себе компаньона, такого же частного инвестора, как и я. Мы объединили свои деньги и стали вкладывать их. Вместе принимали решения о покупке тех или иных бумаг в расчете на 3 - 6 месяцев. Для этого мы заключили с двумя банками договоры на брокерское обслуживание с выходом на ММВБ и теперь ежедневно работаем в клиентском зале банка. Сделки заключаем не каждый день, просто постоянно следим за рынком, анализируем новости компаний, пытаемся прогнозировать динамику курсов акций. Короткими спекуляциями не занимаемся. Это не выгодно, потому что большую часть дохода съедает комиссия брокера.
Мы работаем только с самыми ликвидными бумагами. С привилегированными акциями стараемся не иметь дела, потому что они менее ликвидны, а мы хотим в любой момент иметь свободу маневра. Не работаем и с фьючерсами - они не вписываются в нашу стратегию. Мы практически не играем на заемные деньги, в основном на свои собственные.
Сильно убыточных сделок у нас обычно не бывает. Мы просто не продаем бумаги дешевле, чем покупали, и держим их, пока не вырастут.
Некоторые операции оказываются особенно удачными. К примеру, в середине августа мы отступили от своих правил и купили привилегированные акции "Ростелекома" по 31 руб. и в первых числах сентября продали их по 38 руб. , за две недели получив 25% прибыли. А совсем недавно очень красиво сыграли на "ЛУКОЙЛе". Две недели назад в несколько приемов купили его акции по 560 - 590 руб. , а на этой неделе продали по 665 - 700 руб. Получилось тоже 25% , но за две недели.
В целом с начала года наш портфель потяжелел примерно на 60 - 70% , а к концу года мы надеемся удвоить свои активы.
Пока наш портфель на 40% состоит из акций Сбербанка, в которые мы верим. Еще по 20% приходится на "Мосэнерго", "Сургутнефтегаз" и "Ростелеком". На него мы возлагаем особые надежды в среднесрочной перспективе. Кроме того, сейчас мы присматриваемся и к бумагам нефтехимических предприятий и генерирующих энергокомпаний. Возможно, вскоре мы изменим свою стратегию и будем вкладывать часть средств в их бумаги.
Игра на фондовом рынке - дело очень нервное. Я страшно переживаю, если только что купленные бумаги начинают дешеветь. Когда видишь, что портфель стоит достаточно много, а рынок падает, хочется быстро все распродать и успокоить нервы где-нибудь на море. В это время главное - удержать себя от опрометчивых сделок.
Часть заработанной на акциях прибыли я вывожу с рынка и направляю на потребление и создание резерва на черный день. Этот резерв обычно составляет около 30% моих активов, а 70% обращается на фондовом рынке. Я сугубо агрессивный инвестор, который к тому же не диверсифицирует активы. Все свои деньги я держу либо в акциях, либо дома. Больше никуда не размещаю, даже в банки. Ссужать банку деньги за те проценты, которые сегодня предлагаются вкладчикам, я не считаю нужным, лучше уж держать их дома, так надежнее. В паевые фонды тоже не вкладываю, поскольку их доходность ниже, чем я сам могу заработать на рынке акций.
Наша стратегия инвестирования себя оправдала настолько, что сейчас мы консультируем нескольких клиентов, которые ведут сделки от своего имени по нашим рекомендациям. Это приносит нам с компаньоном дополнительный доход - клиенты отдают нам 30% прибыли. Сейчас игра на акциях, клиентские бонусы и накопления - единственный источник доходов моей семьи.