ЦИТАТА НЕДЕЛИ
Впервые отправив в отставку целую группу генералов за конкретный провал – безнаказанный налет боевиков на Ингушетию, президент России потребовал от силовиков инициативы. И действительно, если силовые ведомства не будут проявлять инициативу в предотвращении акций боевиков, то защитить все российские населенные пункты не хватит никаких сил. Кроме инициативы в оперативных вопросах, очевидно, нужна инициатива и в том, что на сленге силовых структур называется информационным обеспечением.
В прошедшее воскресенье вступил в силу новый порядок аккредитации российских журналистов в зоне конфликта в Чечне. Теперь за это отвечает не аппарат помощника президента Сергея Ястржембского, переброшенного в ходе структурных реформ администрации президента на отношения с ЕС, а Министерство внутренних дел. В принципе, МВД еще в прошлом году получило из рук ФСБ управление операцией в Чечне, да и Сергей Ястржембский уже достаточно давно отошел от пропагандистского обеспечения этой операции. Поэтому передача этих функций МВД неожиданностью не стала. Также естественно, что вместе с ответственностью за аккредитованных при МВД журналистов у этого ведомства теперь появляется возможность фильтровать передаваемую ими информацию и удалять из республики тех, кто будет писать не то, что нужно МВД. Можно предположить, что в первую очередь МВД надо будет показать успешное проведение президентских выборов в Чечне в конце августа этого года, на которых, как это всем понятно, должен победить выходец из рядов этого ведомства Алу Алханов.
Впрочем, сама по себе информационная политика вряд ли что-либо изменит в ситуации в Чеченской республике вне зависимости от того, будет МВД проявлять либерализм или, напротив, прибегнет к закручиванию гаек, поскольку неудобная информация все равно просочится. Лучше было бы, если бы МВД объясняло причины, похоже, неизбежных в столь сложной обстановке неудач, а не тираживало бы бодрые рапорты, доверие к которым подорвано. Еще не забылось, как после налета на Ингушетию силовики доложили президенту об организации преследования боевиков и о том, что вверенные им силы со своей задачей справились, вместо того чтобы объяснить в конце концов, почему за четыре года, которые длится “контртеррористическая операция”, до сих пор не налажено взаимодействие между МВД, ФСБ и Минобороны.